Святая тайна - Бирнс Майкл - Страница 48

– Саркофаг, – вспомнила Шарлотта, любуясь искусной работой древнего мастера.

– Да. «Двоюродный брат» еврейского оссуария, который мы с вами исследуем. Многие ранние христиане были новообращенными иудеями, и они, несомненно, развивали то, что должно было впоследствии стать христианскими погребальными ритуалами.

Они остановились напротив мраморной статуи высотой около трех футов.

– Ну вот, пришли. – Берсеи повернулся к ней. – Как вы думаете, кто это?

Перед ней было изваяние молодого человека с длинными вьющимися волосами, одетого в тунику. На плечах у него лежал агнец, ноги которого он придерживал обеими руками. На боку у юноши висела сума с лирой.

– Похож на пастушка.

– Тепло. На самом деле его зовут «Добрый пастырь». Нашли в катакомбах. Именно таким ранние христиане изображали Иисуса.

Шарлотта еще раз внимательно оглядела статую.

– Вы меня разыгрываете. – Облик пастыря был мальчишеский, с правильными чертами лица, но никак не библейский: изваяние выполнено скорее в традициях греко-римской скульптуры.

– Вовсе нет. Забавно, не правда ли? Но не стоит забывать, что в этом облике мифология смешивалась с историей жизни Иисуса. И портретное сходство не являлось целью. Это была попытка воплотить идеал, который олицетворял Иисус, – защитник, пастырь. В этом изображении Христа присутствуют также черты Орфея, греческого полубога, символа искусств и песнопений. Наверное, оттого, что небесная музыка Орфея способна была укротить и успокоить даже самого свирепого зверя. – Он указал на лиру в сумке на боку пастуха. – А слова Иисуса могли умиротворить души грешников.

– Прямо как дельфин и трезубец, олицетворяющие спасение души и божественность. – Шарлотта поняла, зачем Берсеи привел ее сюда.

– Точно так.

– Но тогда почему? Почему они не поклонялись иконам или распятию?

«Ведь распятия происходили повсюду, – подумала она. – Особенно в этих местах. Трудно представить католицизм без его страшного креста».

– Во-первых, чтобы скрыть от римлян свое истинное вероисповедание. Это было разумно в годы постоянных преследований. Во-вторых, ранние христиане не знали иконографии. И между прочим, апостолы Петр и Павел такие вещи запрещали. Вот почему не существует изображений распятий тех времен. И не существовало до появления Константина.

– Опять он.

– Опять. Он прародитель современной веры. Константин изменил все каноны. Когда в четвертом веке он пришел к власти, распятия-казни прекратились, и даже катакомбы были заброшены. Это ведь в годы его правления Иисус сделался настоящим культовым героем – божественным созданием. Появились распятия как символы веры, выросли большие соборы, и стали официально собираться материалы для Библии. Образно говоря, вера вышла из подполья, становясь национальным достоянием.

– Удивительно, но на уроках истории нам не рассказывали о Константине, а ведь я училась в католической школе! И я совсем ничего о нем не знаю.

Берсеи глубоко вздохнул, расслабил плечи и принялся рассказывать.

– В триста двенадцатом году нашей эры Римская империя была поделена между двумя правителями – Константином на западе и его родственником Максенцием на востоке. Максенций, правивший в Северной Италии, объявил Константину войну. Тот, сформировав армию из представителей группы людей, известной как христиане, с боями прошел через Северную Италию, несколько километров не дойдя до Рима, до единственной переправы через Тибр… Милвианского моста. Когда поползли слухи, что армия Максенция по численности в десять раз превосходит армию Константина, дух христианского войска довольно быстро пошел на убыль. На рассвете перед финальным броском на Рим Константину было явлено видение. Высоко в небе над головой он заметил удивительный знак, по форме напоминающий крест, – как бы наложившиеся X и Р, греческие «хи» и «ро», являвшиеся первыми двумя буквами имени Христос. Он тут же поднял свое войско и объявил, что их спаситель, Иисус Христос, сказал ему: «В этом знаке побеждай». Константин отдал приказ украсить этим символом все щиты, и его воины вновь обрели мужество. В тот день две армии сошлись в кровопролитной битве, и Константин вышел из нее победителем.

– И эту победу его армия приписала вмешательству Христа?

– Да, – кивнул Берсеи. – И, отдавая долг своим воинам, а возможно даже, вдохновленный их страстной верой, Константин впоследствии поднял христианскую религию на национальный уровень. Можно, конечно, отметить и то, что «единый бог», почитаемый христианами, удачно сочетается с позицией Константина как единого императора Рима. Однако необходимо было успокоить массы язычников по всей стране, еще не принявших новую религию. Император Аврелий в третьем веке сделал одной из официальных религий империи культ солнца, и Константин хитро вплетал в раннее христианство многочисленные языческие понятия.

– Какие, например?

– Начнем с простейших. – Берсеи сцепил пальцы, обводя взглядом галерею. – Вот, например, нимб, солнечный ореол. Как на наших монетках от Понтия Пилата, Константин отчеканил монеты в триста пятнадцатом году, лет за десять до того, как он обрел власть над всей империей. Но на монетах Константина можно видеть бога солнца с нимбом, в длинной мантии, невероятно схожего с изображениями Иисуса в более поздней иконографии.

– Интересно.

– А еще Константин мудро совместил празднование рождения Христа с языческим праздником – днем зимнего солнцестояния и рождения бога солнца, который отмечался двадцать пятого декабря. Думаю, вы не удивитесь, узнав, что еженедельный христианский праздник, когда-то отмечавшийся в субботу – еврейский Шаббат, – был перенесен на другой день недели.

– Воскресенье.[55]

Берсеи кивнул.

– Да, во времена Константина этот день был известен как dies Solis.[56] – Джованни помрачнел. – А затем в эпоху Константина появляется нечто более основательное. Акцент на физическом, а не на духовном воскресении Иисуса.

– Поясните, пожалуйста.

– В ранних греческих евангелиях высказывались предположения о том, что тело Христа не воскресло, но трансформировалось.

– А по Библии Иисус вышел из гробницы и явился пред своими учениками. – Все годы, проведенные в католической школе, ей вдалбливали это в голову.

– Разумеется. Иисус исчез из гробницы, – с готовностью согласился Берсеи. Затем на его лице появилась хитрая улыбка. – Но ни в одном Евангелии не говорится, как именно. Согласно евангельским свидетельствам, следовавшим за рассказом о пустой могиле, получается так, что Иисус также обладал способностью проходить сквозь стены и материализоваться буквально из ниоткуда. Если вы припомните Священное Писание, многие из тех, кому он являлся, даже не узнавали его. Это совсем не похоже на свойства, характерные для возвращенного к жизни физического тела.

– Почему же тогда церковь подчеркивает именно его физическую смерть и физическое воскресение?

– Поведаю вам о своем предположении. – Берсеи улыбнулся. – Египет, а в особенности Александрия, был очень влиятельным культурным центром Римской империи. Там поклонялись Осирису – богу загробного мира, зверски убитому своим братом, богом Сетом, разрубившим его на куски. Жена Осириса, богиня жизни Исида, собрала части его тела и поместила в гробницу, совершив ритуалы, в результате которых он через три дня восстал живой и невредимый.

– Очень напоминает пасхальную историю, – согласилась Шарлотта. – Вы полагаете, что тексты Евангелий были изменены?

Неподалеку от них остановилась пожилая пара, с любопытством поглядывая на двух людей в белых лабораторных халатах. Берсеи встал поближе к Шарлотте.

– По большей части тексты сохранились нетронутыми, но вполне возможно, что ключевым моментам дано иное толкование. А может, это просто совпадение. – Он пожал плечами. – Так или иначе, факт в том, что в четвертом веке христианство по всей империи практиковалось со всевозможными разночтениями. Циркулировали сотни манускриптов, какие-то из них подлинные, многие же – приукрашенные вымышленными деталями.