Святая тайна - Бирнс Майкл - Страница 41

Затем вперед вышел тот же молодой постовой, что пропускал их в Газу. Скривившись, он закинул винтовку на плечо и упер руки в бедра, внимательно разглядывая корпус «мерседеса». Затем опустился на корточки подле двери Разака с выбитым стеклом и насмешливо изрек:

– Хорошо покатались. Надеюсь, вам понравилось.

Ровно в пять вечера в лабораторию вошел отец Донован.

– Что-то вы опять заработались, – с приветливой улыбкой проговорил он.

– Хотим доказать, что Ватикан не зря тратит свои деньги, – ответил Берсеи.

– Могу ли я вам чем-нибудь помочь? Не требуется ли вам что-то еще для работы?

Ученые переглянулись.

– Нет, – ответила Шарлотта. – Лаборатория прекрасно оборудована.

– Вот и замечательно. – Донован перевел любопытный взгляд на скелет, а затем – на открытый оссуарий.

– Не хотите послушать краткий отчет о наших находках на данном этапе? – спросил Берсеи.

– О, конечно, – заметно оживился священник.

Последующие пятнадцать минут ученые рассказывали ему о результатах судебной экспертизы и радиоуглеродного анализа и показывали новые находки, скрывавшиеся в потайном отделении оссуария. Берсеи держался бесстрастно, стараясь излагать лишь бесспорные факты, и Шарлотта последовала его примеру.

Судя по гамме чувств, проявленной священником, – от неподдельного удивления и заинтригованности до сдержанной заинтересованности рассказом о следах распятия на скелете, – Шарлотта заключила, что он, возможно, находился в неведении относительно предполагаемого содержимого оссуария. Она обратила внимание на то, что бронзовый цилиндр как будто обеспокоил падре больше, чем все остальное, – неотступная тревога сквозила в его озадаченном пристальном взгляде, обращенном к этой находке.

– И вот еще что, отец Донован, – добавил Берсеи. – Это самое выдающееся археологическое открытие в моей практике. Не знаю, какую сумму выложил Ватикан, чтобы получить все это, но заверяю вас: вы обладаете бесценной реликвией.

Внимательно наблюдая за выражением лица священника, Шарлотта заметила, что тот доволен и, мало того, испытывает облегчение.

– Наверняка мое начальство будет радо услышать это, – сказал священник, вновь переводя взгляд на скелет. – Не хочу торопить события, но, как вы считаете, сможете ли вы представить официальный отчет о ваших открытиях в пятницу?

Берсеи посмотрел на Шарлотту – согласна ли она. Шарлотта утвердительно кивнула. Переключив внимание на Донована, он сказал:

– Нам надо будет подготовиться, но к пятнице мы управимся.

– Вот и хорошо, – подытожил Донован.

– Если у вас все, падре, – сказал Берсеи, – то я, пожалуй, пойду. Не хотел бы заставлять жену ждать.

– Что вы, что вы, не стоит из-за меня задерживаться, – заволновался священник. – Я очень благодарен вам за то, что вы держите меня в курсе.

Берсеи удалился в подсобку, чтобы переодеться.

– Примерный семьянин, – шепнула Шарлотта Доновану. – Его жене просто повезло.

– О да, – согласно кивнул тот. – У доктора Берсеи очень добрая… мягкая душа. Он столько лет нам помогал… – Отец Донован чуть помедлил и добавил: – А скажите, доктор Хеннеси, вам приходилось бывать в Риме прежде?

– Нет. И, если честно, у меня пока не было времени даже сходить на тот берег.

– Позволите порекомендовать вам маршрут для экскурсии?

– Да, прошу вас. – Она искренне обрадовалась гостеприимству священника.

Ведя замкнутый образ жизни, Донован с удовольствием направил свою нерастраченную энергию на то, чтобы услужить одинокой путешественнице.

– Если у вас нет планов на вечер, я настоятельно рекомендую вам «Прогулку по ночному городу», – с жаром предложил он. – Начинается экскурсия от пьяццы Навона, прямо напротив моста Сант-Анджело, в шесть тридцать. Продолжительность три часа. Экскурсоводы просто фантастические, они устроят для вас великолепный обзор всех достопримечательностей Старого города. – Священник бросил взгляд на часы. – Если пойдете туда прямо сейчас, то успеете вовремя.

– Звучит заманчиво.

– Обычно такие туры заказываются за два дня, – пояснил Донован. – Особенно в это время года. Но если мое предложение заинтересовало вас, я могу позвонить, чтобы вам зарезервировали билетик.

– Вы очень добры, – улыбнулась Шарлотта.

В этот момент из подсобки показался Берсеи.

– Доктор Хеннеси, отец Донован, доброго вам вечера, – попрощался он, отвесив каждому легкий поклон. Затем повернулся к Шарлотте и сказал: – Увидимся завтра утром, в то же время. Смотрите не загуляйте.

Перейдя мост Сант-Анджело, Шарлотта дошла до конца Виа Дзанарделли и несколько раз повернула, прежде чем выйти на просторную пьяццу Навона, похожую на чуть вытянутый овальный гоночный трек. Направляясь к большому фонтану в стиле итальянского барокко, расположившемуся в самом центре площади, – он носил название «фонтан Четырех Рек», – она увидела, что группа людей уже собирается вокруг долговязого итальянца с ламинированным «бэйджиком», скорее всего экскурсовода. Подойдя к ним, Шарлотта встала немного в сторонке, терпеливо дожидаясь своей очереди и любуясь высоченным обелиском фонтана и четырьмя мраморными скульптурами гигантов работы Бернини, олицетворяющими четыре великие реки: Ганг, Дунай, Нил и Рио-де-ла-Плата.[49]

Немного погодя гид направился к ней, уткнувшись в список предполагаемых участников экскурсии. Оторвав взгляд от бумаги, он лучезарно улыбнулся женщине, очарованный ее изумительными глазами.

– А, должно быть, вы доктор Шарлотта Хеннеси, – сказал он по-английски почти без акцента, поставив галочку напротив надписи от руки в самом низу своего списка.

– Да, это я, – ответила она, рассматривая гида.

Обаятельная улыбка и мягкий взгляд темных глаз, молодое и симпатичное лицо, черные волосы густые и длинные, но безупречно уложенные.

– Меня зовут Марко, – представился он. – Отец Донован замолвил за вас словечко. Очень приятно, что вы присоединились к нам в этот вечер.

– Спасибо, что включили меня в список в авральном порядке.

– Лишнего билетика не найдется? – Резкий голос с сильным итальянским акцентом раздался из-за левого плеча Марко.

Шарлотта и гид одновременно повернулись. Ее улыбка угасла, как только она увидела ухмыляющегося Сальваторе Конти.

Марко, похоже, задело, что его прервали.

– Ваше имя? – сухо спросил он.

– Да какая разница, – резко ответил Конти. – Почем билеты?

Оценивающе оглядев его, экскурсовод показал на свой список и отрывисто проговорил:

– Простите. Свободных мест нет. Если хотите, оставьте мне свои координаты, я постараюсь включить вас в субботнюю экскурсию.

Конти возбужденно развел руками, как бы охватывая ширь площади, а потом указал на «бэйджик» с именем гида.

– Бросьте, Марко, не похоже, чтоб тут не поместилась еще одна душа. Такой простор, да, Шарлотта? – Подняв бровь, он выжидающе уставился на женщину.

Удивленная его бесцеремонностью, Шарлотта отвернулась и не ответила.

Конти потянулся за бумажником.

– Так сколько?

Покачав головой, Марко скрестил за спиной руки, не выпуская планшетки со списком. Он видел, что гостье Ватикана неприятен этот мужчина. Она даже избегает смотреть ему в глаза.

– Не я придумал эти правила, синьор, – терпеливо объяснил он ему на итальянском. – Свяжитесь, пожалуйста, с нашим агентством и расскажите о ваших пожеланиях. А сейчас не время и не место для споров.

Уперев язык в щеку и скорчив рожу, Конти ткнул пальцем в грудь Марко и ответил тоже по-итальянски:

– Слышь, экскурсовод, к соотечественникам надо относиться с большим уважением. Неудивительно, что тебе приходится зарабатывать на жизнь, шатаясь по улицам и рассказывая басни туристам. Ну а у меня для тебя есть своя сказочка. – Он приблизил лицо к его глазам. – Смотри, время позднее, на улицах Рима порой небезопасно. Никогда не знаешь, с кем столкнешься в темном переулке. – Конти наслаждался замешательством гида. – Я не золотой слиток прошу, слышишь, урод, а всего лишь билет.