Времени нет - Бажанов Олег Иванович - Страница 1

Олег Бажанов

Времени нет

Вместо предисловия…

Когда у меня появилась идея написать исторический роман, сюжет одного из походов Тимура на Русь уже лежал в набросках. Но нужно было штудировать множество исторических документов. И я сел за книги и компьютер. Неожиданно появилось ощущение множественности истории. Некоторые факты противоречили событиям, известным нам из школьных учебников, другие повторялись в разных документах, но совершенно с иными датами. Через год работы я понял, что кроме известной Истории существует другая, неизвестная нам — альтернативная История, описывать которую очень и очень сложно. Ещё сложнее принять её. Так появился фантастический роман «Времени нет». История человечества близка к фантастике, потому что её писали люди. А человек смотрит на мир через зеркала суеверий — так говорит один из моих главных героев.

Не нужно сразу верить тому, что вы найдёте в этой книге. Сомневайтесь, анализируйте, делайте собственные выводы.

Интересного прочтения, уважаемый читатель.

Автор

Назначение

Вставало солнце. Волновались на утреннем ветру чёрные и красные христианские стяги с расшитым золотом ликом Спасителя. Вдруг дробно забили барабаны и громко зазвучали трубы. Блеснул над строем войск княжеский меч. Первая конная шеренга, облачённая в железо, разом опустила длинные копья, качнулась и медленно двинулась вперёд. За ней пошла вторая, третья… Выдерживая строй, всадники наращивали темп шага лошадей, переходя на рысь. И вот уже навстречу поджидающему врагу текла неудержимая лава, ощетинившаяся острыми наконечниками копий. В едином порыве слитая в монолит — плечо к плечу, конь к коню, щит к щиту, — молча шла тяжёлая княжеская конница. Был лишь слышен гулкий стон земли от топота великого множества копыт. И не было силы, способной остановить её страшное стремление.

Будто волна прошла впереди наступающих, и качнулась стена неприятельских войск, и чёрный лес пик принял горизонтальное положение. И двинулась стена навстречу текущей лаве. Молча, на ходу качая копьями и горя чешуйчатой бронёй, всё быстрее и быстрее без единого просвета в шеренге двигалась на лаву монолитная стена тяжёлой конницы. Ещё немного… Ещё…

Японец открыл глаза. Уже не в первый раз снился ему этот странный сон из чужой далёкой реальности. Хокимару немного полежал с открытыми глазами, прогоняя остатки непонятного сновидения, затем позвал жену:

— Сайхо!

— Да, дорогой? — отозвался из кухни звонкий красивый голос.

— Знаешь, снова этот сон…

— Чем сегодня закончилось? — в дверях спальни появилась черноволосая женщина в коротком цветастом халатике и с подносом в руках. — Никто не убит?

— Нет, опять на том же месте…

— Ну и хорошо, — женщина поставила поднос на тумбочку у кровати. — Твой утренний кофе и сыр.

— Спасибо, родная! — японец сел, потянулся к супруге и поцеловал её в подставленную щеку. — Что бы я без тебя делал, моя красавица?

Лёгкая улыбка пробежала по лицу молодой женщины. Она поцеловала мужа и кокетливо бросила:

— Ещё скажи, что любишь…

— Люблю! — не стал отрицать он. И они, глядя друг на друга счастливыми глазами, весело рассмеялись.

По чистому голубому небосводу не спеша поднималось тёплое апрельское солнце. Казалось, ничто не может испортить настроения в такой яркий радостный весенний день, но нескрываемое недовольство директора Агентства космических исследований можно было легко прочитать на его бледном азиатском лице. Господин Тошита не очень заботился о том, чтобы подчинённые не заметили его плохого настроения. Глядя вверх на большое разноцветное мозаичное панно, изображавшее самого господина Тошиту, только помолодевшего на десять лет, стоящего на фоне гигантских белых космических кораблей, уходящих в чёрный неведомый космос, директор ощущал себя слишком маленьким и ничтожным по сравнению со всем остальным. Раздражала Тошиту навязчивая мысль, что именно таким неуважительно маленьким на этом панно его видят все сотрудники Агентства. Скосив прищуренный взгляд на стоявшего рядом на трибуне для почётных гостей автора этого громоздкого произведения — начальника секретных лабораторий господина Хокимару, Тошита чуть слышно бросил:

— После празднования панно переделать! Вам что, материала не хватило на фигуру директора?

Хокимару еле заметно поморщился и, выдержав паузу, смело взглянул директору в глаза:

— Материала хватало, но композиция требовала соблюдения именно таких пропорций, уважаемый господин Тошита.

Увидев тяжело сдвигаемые густые тёмные брови начальника и пересекшие их у самого основания надбровий две грозные глубокие морщины, Хакимару поспешно добавил:

— Но если вы прикажете, мы изменим сюжет.

— Сюжет меня вполне устраивает, — отводя глаза от подчинённого, недовольно проворчал Тошита. — Мне кажется, что фигура директора не производит должного впечатления при таких пропорциях. А должна! Жаль, что вы этого не понимаете, Хокимару. Обязательно переделайте!

— Будет исполнено! Завтра же приступим, — с азиатской вежливостью лёгким поклоном головы ответил подчинённый. После его заверений Тошита, казалось, позабыл о существовании начальника секретных лабораторий и стал смотреть в текущую мимо трибуны организованную толпу сотрудников Агентства, лишь иногда невысоко поднимая руку и приветствуя движущуюся тысячу зависящих от него людей вялым покачиванием открытой ладони. Маска недовольства сошла с его полного лица, почти не тронутого морщинами, её место заняло выражение полной удовлетворённости и доброты, а на губах появилась скупая улыбка.

После парада Хокимару попытался снова завести разговор о злополучном мозаичном панно, — нерешённым оставался вопрос оплаты, — и для этого поджидал директора на ступеньках у главного стеклянного входа в основное офисное здание. Мимо проходили с шутками и смехом многочисленные служащие огромной, ставшей Хокимару родной организации, порой, узнавая, приветствовали одного из ведущих специалистов, а порой просто, даже не узнав, приглашали его с собой на продолжение праздника, но Хокимару с улыбкой вежливо отказывался, терпеливо поджидая директора. Прежде чем приступать к разборке огромного, высотой в пятнадцать метров панно, необходимо было учесть все пожелания босса. Но Тошита, чинно шествуя вместе с членами правления мимо поджидающего его учёного, лишь мельком взглянул на начальника секретных лабораторий и коротко бросил:

— Сегодня я занят!..

И, будто вспомнив, остановился и, не глядя в сторону учёного, добавил:

— Прямо сейчас зайдите в приёмную, там у моего секретаря остались неподписанные документы. Необходимо срочно подписать их! Я вас не задерживаю.

И пошёл дальше.

Хокимару заметил кривые едкие усмешки на лицах некоторых членов правления. Но это его не задело, к нескрываемой зависти коллег он уже давно привык.

Не получив приглашения и подождав, когда процессия из начальствующих лиц скроется за большими автоматическими дверями входа в двадцатиэтажное здание из стекла и бетона, Хокимару медленно двинулся вслед за ними.

На восьмом этаже, выйдя из лифта, учёный обнаружил, что дверь в приёмную директора приоткрыта, будто за ней кого-то ожидают. Темноволосая секретарша с кукольным лицом, казалось, не удивилась появлению Хокимару.