Волшебная реликвия - Кацура Александр Васильевич - Страница 74

– Удивительное животное, – сказал сержант.

– Базз не животное, – обиделась Сэнди.

– Извини, милая, – сказал сержант. – Конечно же, нет. Она будет поумнее иных двуногих. И явно душевнее.

– Это действительно так, сержант, – подал голос Якоб Якоби. – Теперь я просто уверен в этом.

– А почему вы тогда не окунули ее в отраженные лучи этой вашей Сферы? – спросил сержант. – Все прыгали, резвились, а про обезьяну забыли. Вдруг она превратилась бы в... ну, я не знаю, в кого... в принцессу...

– Вот и я не знаю, – ответил Якоби. – Сказать честно, в отношении этой славной мартышки я не был уверен в успехе. Мне непонятны исходные данные. Откуда это милое создание? Какова ее природа? Если бы Сэнди настаивала... Но она промолчала.

– Я боялась, – сказала Сэнди. – Я очень боялась. Я сама-то еле туда вошла. Думала, живой не выйду.

– Но ведь вышла? – улыбнулся в полутьме Якоби.

– Вышла, – тихо сказала Сэнди.

– Ладно, – сказал Якоби примирительно, – с обезьянкой мы еще что-нибудь придумаем.

– Думаете, у нас будет такая возможность? – спросил сержант.

– Я надеюсь на это, – серьезно ответил Якоби.

– Отлично, – сказал сержант. – А теперь варим крабов. Пока они не разбежались. Кто у нас специалист?

Через час, перекусив изумительно вкусным, нежным крабьим мясом, обитатели пещеры разлеглись кто где. Но заснуть им не дал сержант.

– Слушайте все! – сказал он ясным голосом. – Несмотря на трудное положение, расслабляться не будем. Дисциплина и распорядок. А то распустил я вас – и вот результат. Понятно? – Голос сержанта набрал гневные обороты.

В темноте не было особенно видно, но ребята живо представили, что левый глаз сержанта начал свое изумительное вращение, чего уже давно не наблюдалось.

– Он сердится, – шепнул Арик. – Хороший признак. Наверно, не все еще потеряно.

– Наверно, – отозвался Галик.

– Звезд здесь не увидать, – продолжал сержант сердитым голосом, – время, стало быть, не определить. Но все равно – подъем на рассвете. Занятия по расписанию.

– А чем заниматься будем, господин сержант? – осторожно поинтересовался Галик.

– Найдем чем, – пробормотал сержант. – Найдем.

– Безусловно, найдем, – поддержал сержанта Якоби. – Могу вам рассказать что-нибудь не особо сложное из курса волшебных наук. Все-таки я кое-что еще помню.

– Хорошая идея, доктор, – отозвался сержант.

– Нам это интересно, – сказал Арик.

– А в свободное время я бы хотел найти гейзер.

– Что? – спросил сержант.

– Горячий источник – сказал Галик. – Хочется найти место, где он в эту теплую лужу впадает.

– Зачем? – удивился сержант.

– Интересно. Тут какая-то тайна.

– Может, ты еще в кратер вулкана полезешь посмотреть, что там внутри?

– Я бы полез, – сказал Галик.

– Ха! – сказал сержант. – Мальчишка.

– Юноша прав, – задумчиво сказал Якоби. – Исследовать не вредно. Это удел смелых и любопытных.

– Вы же сами говорили, – распалился Галик, – что мы должны разыграть роль, будто мы – молодые вулканологи.

– Я это говорил?

– Вы, сержант.

– Никогда не поверю. Я и слов-то таких не знаю.

– Говорили, говорили, – включился в разговор Арик.

– Когда? Где?

– На каравелле. Чтобы обмануть капитана. И шпионов.

– Выдумываете!

– Неужели? – хитро улыбнулся Арик. – А кто говорил про возраст вулкана, диаметр кратера, химический состав лавы и сроки ближайшего извержения?

– Да ну вас! – сказал сержант и отвернулся к огню. – Эх, покурить бы сейчас, – добавил он мечтательно. – Жаль, трубки нет.

– А табачок есть, господин сержант? – поинтересовался Валик.

– Табачок-то есть, – отозвался сержант. – Флотский. Добрый табачок. – И он похлопал себя по карману, где лежал кисет.

– Так вы сами говорили, что бумага... это, значит... на курево...

– Что? – Сержант вскочил. – Где бумага? Ох, я болван! Действительно же, бумага! Ведь она не в корзине, где шар. Врагу она не досталась. Тащи ее сюда, малыш.

– Только я курить не буду! – строго сказал Валик.

– А я тебе и не дам, – столь же строго сказал сержант.

Валик схватил еле тлеющий факел и устремился во вторую пещеру, где был спрятан сложенный в несколько раз лист бумаги, в которую был изначально завернут хрустальный шар. Не успели шаги его затихнуть, как слабые тени в закоулках вновь заплясали. Валик вернулся с бумагой.

– Давай ее сюда. – Сержант торопливо оторвал от угла большой клок бумаги и стал сворачивать огромную цигарку. Усевшись недалеко от костра, он, любовно достав кисет, делал это с великим тщанием.

Якоб Якоби неодобрительно смотрел на него. Было заметно, что его коробит столь варварское обращение с бумагой если не волшебной, то по крайней мере близкой к волшебному предмету.

– Господин Якоби, вы нам обещали что-то рассказать, – напомнил Галик.

– Ах да, – рассеянно отозвался Якоби. – Ну что ж, давайте. С чего начнем?

– Вам виднее, – вежливо сказал Галик. – Ведь это вы доктор волшебных наук.

– Это правда. – Якоби слабо улыбнулся. – Мне нравится, что в этих печальных обстоятельствах, в этой темной пещере, ставшей нашей тюрьмой, вы, молодые люди, не теряете бодрость духа. Как раз поэтому расскажу вам для начала, как на далеком Востоке в монастырях воспитывали храбрость у молодых послушников.

– Интересно, – сказал Арик и уселся поудобнее.

– Чтобы отучить доверчивого и трусливого ученика бояться демонов, джиннов и злых колдунов, учителя-маги посылали его в темную лощину в пустыне, о которой сложилась весьма дурная молва. Юноша должен был сам привязать себя к скале крепчайшей веревкой и ночью вызывать и дразнить самых свирепых и кровожадных демонов. Монастырские художники, люди с изумительным воображением, изображали этих демонов в виде чудовищ, сосущих мозг из черепов и копающихся в человеческих внутренностях.

– Бр-р! – прошептал Валик.

– Какой бы ужас юноша ни испытывал, он должен был бороться с искушением отвязать себя и спастись бегством. Учитель приказывал ему не двигаться с места, пока не взойдет солнце. Многие юные отшельники начинали путь духовного совершенствования именно с этого искуса. Позже, когда выпадали настоящие тяжелые испытания, этот опыт помогал уже зрелым мужам находить невиданные силы.

– Здорово! – сказал Валик.

Повисла грустная пауза. Все сидели и смотрели на причудливые пляшущие тени, которые отбрасывали на стены пещеры затухающие языки костра.

– И все же, – сказал Галик, – куда они хотят нас везти? Небольшая прогулка по морю. Это куда?

– Офицер ихний говорил про тысячу миль, – напомнил Арик, – вот и проведи круг этого радиуса. Тогда поймешь куда.

– Ответ конкретный, – усмехнулся Галик. – Ничего не скажешь.

– Не нравится мне этот офицер, – сказал Якоби. – Очень уж корректный. Люди этого сорта бывают необыкновенно жестокими. Пустая логика и фанатическая преданность начальству заменяют им чувства. Прикажут такому – разрежет нас на части. Прикажут – замурует прямо вот в этой пещере.

– Что же делать? – тревожно спросил Валик. – Вот так и сидеть? Дожидаться?

– Я вам говорил, – пояснил Якоби, – что они считают нас хранителями важной тайны. Это важно. Это наша охранная грамота.

– Вот как? – удивился Валик. – Значит?...

– Значит, мы должны вести себя подобным образом. Во-первых, так, будто бы мы действительно владеем некой тайной.

– А мы ею владеем? – поинтересовался Арик.

– Ну, в какой-то мере.

– А что во-вторых? – спросил Галик.

– А во-вторых, ни в коем случае не лебезить перед ними. Ничего не просить.

– Ну, этого они от нас не дождутся! – сказал Арик.

– Правильно, юноша. Люди этого сорта уважают только силу. В том числе и духовную силу. Ведите себя так независимо, словно вас поддерживают сильные мира сего – короли, правители, президенты – и в той части света, и в этой. И ведите себя так гордо, слово вас опекают силы не от мира сего.