Путь камикадзе [Смертельный марш] - Йордон Эдвард - Страница 37

Ниже перечислены «наилучшие практики», рекомендуемые в этом проекте (не забывайте данный мною ранее совет о том, что не следует воспринимать эту информацию буквально как «заповедь», которой необходимо следовать; наоборот, она может служить полезной отправной точкой для ваших собственных идей относительно наилучшей практики):

20) Формальное управление рисками – я буду обсуждать его позже в данной главе.

21) Согласованные интерфейсы – аппаратные интерфейсы, программные интерфейсы и интерфейсы между вашей системой и другими внешними системами.

22) Экспертные оценки – экспертизы, проверки, сквозной контроль. Это весьма распространённая и понятная практика, однако в безнадёжных проектах от неё зачастую отказываются, поскольку считают, что это затормозит работу. В принципе, большинство из нас понимает полезность таких экспертиз, но в экстремальных условиях безнадёжных проектов каждый успевает только делать своё дело, и ему не до того, чтобы показывать свою работу остальным участникам команды.

23) Планирование и управление, основанное на метриках – речь идёт о том, что в основу наших планов и оценок должны быть положены данные, накопленные в предыдущих проектах. Однако, как было сказано выше, предыдущих безнадёжных проектов может просто не быть, а если даже они и были, маловероятно, чтобы кто-нибудь позаботился записать какие-либо полезные данные (кроме подсчёта потерь, понесённых командой). Все же, если имеются в распоряжении какие-либо данные, полученные в «нормальных» проектах, их можно было бы использовать для выверки оценок, сделанных в безнадёжном проекте – хотя бы для того, чтобы убедиться в их безумной оптимистичности!

24) Бинарная оценка качества по результатам этапов – другими словами, вместо того, чтобы заниматься подведением итогов каждые три месяца, во время которых команда рапортует, что она написала 97 процентов кода, следует подводить промежуточные итоги еженедельно, или даже ежедневно, фиксируя достигнутые результаты с помощью «бинарных» признаков. Одним из способов выполнения этого является стратегия «ежедневного завершения проекта», которая обсуждается в следующем разделе.

25) Свободный доступ к информации о проектных планах и фактических результатах – это согласуется с моими рекомендациями в предыдущих главах. Безнадёжный проект будет испытывать достаточно большие трудности, если менеджер будет скрывать от остальной команды информацию о состоянии проекта.

26) Фиксация дефектов в соответствии с заданными показателями качества – одна из идей данного проекта заключается в том, что дефекты идентифицируются, фиксируются и устраняются на ранних стадиях процесса разработки. Это позволяет не только точно установить уровень дефектности в разработанной системе, но и устранять дефекты в тот момент, когда стоимость их устранения относительно невелика, а не дожидаться стадии тестирования системы.

27) Конфигурационное управление – как бы оно не называлось (контроль версий, контроль исходных кодов, или как-нибудь ещё), конфигурационное управление обычно рассматривается как важная практическая составляющая проектов, протекающих в экстремальных условиях.

28) Ответственность и подотчётность руководства перед сотрудниками – увы, но в большинстве безнадёжных проектов этому моменту не уделяется достаточно внимания; как было отмечено выше, многие безнадёжные проекты относятся к типу «самоубийственных» или «камикадзе».

Одно из наиболее значительных достижений данного проекта министерства обороны – это понятие наихудшей практики ; особенно хорошо оно применимо к безнадёжным проектам, где зачастую бывает более важно предотвращать катастрофы, а не заниматься поисками наилучшего решения проблем. Список таких практик приведён ниже:

29) Не следует ожидать более чем 10-процентного сокращения сроков по сравнению со среднестатистической нормой для аналогичных проектов – разумеется, если вы действительно в это верите, то не следует даже и начинать безнадёжный проект!

30) Не пытайтесь использовать новую технологию как средство для сокращения сроков – у вас будет и без того достаточно проблем кроме отлавливания ошибок в бета-версиях новых средств и технологий, добытых у знакомого поставщика. Более детально этот вопрос будет обсуждаться в главе 6.

31) Не навязывайте заказчику решения, специфичные только для него – полезный совет для любого проекта.

32) Не следует заниматься поиском панацей – об этом стоит вспомнить, когда ваше руководство (сразу же после визита очередного настойчивого поставщика!) предлагает использовать для «спасения» проекта какое-нибудь «поражающее воображение» средство или методологию разработки.

33) Не упускайте возможность удалить из критического пути те элементы, которые находятся вне сферы вашего контроля – если ваша проектная команда не в состоянии их контролировать, то иметь такие элементы на критическом пути означает повышенную степень риска. Это относится к таким вещам, как инструментальные средства поставщика, оборудование, программные продукты и другие компоненты, поступающие от внешних поставщиков. Это касается также вещественных результатов деятельности и политических решений акционеров и заинтересованных лиц, имеющих отношение к проекту.

34) Не следует ожидать точной оценки состояния проекта от чисто формальных оценок, выполненных множеством чересчур активных и некомпетентных критиков – проектная команда не должна об этом беспокоиться, поскольку она уже знает, что такие сеансы оценки представляют собой политические ритуалы. Этот совет предназначен скорее для руководителей высокого уровня, которые наблюдают за безнадёжным проектом с безопасного расстояния, пытаясь при этом определить, в каком состоянии он находится.

35) Не следует ожидать, что в результате более чем 10-процентного отставания от плана удастся избежать более чем 10-процентного снижения функциональности разработанного ПО – эта рекомендация является критически важной для команды безнадёжного проекта, поскольку вероятность отставания от плана более чем на 10 процентов во время выполнения проекта достаточно высока. В самом деле, для безнадёжного проекта опасно даже 10-процентное запаздывание, поскольку команда, вероятно, уже так много работает сверхурочно, что у них просто не хватит сил, чтобы тратить каждый день на работу ещё на 10 процентов больше времени. Однако, самым главным в этой рекомендации министерства обороны является следующее: менеджер проекта должен помнить, что зависимость между временем работы команды и функциональностью ПО не является линейной.

В течение прошлого года на своих семинарах в разных концах света я задал нескольким сотням менеджеров проектов два вопроса: «Если ваш коллега предпринимает свой первый безнадёжный проект, какой единственный совет для достижения успеха вы могли бы ему дать? И что единственное вы бы посоветовали ему не делать?» Я был весьма заинтригован, обнаружив, что никто даже не упомянул средства или технологии в качестве «одной самой важной вещи»; не были также упомянуты и формальные методологии и методы, такие, как структурный анализ или объектно-ориентированное проектирование. Некоторые рекомендовали стратегии управления человеческими ресурсами (например, «наймите хороших исполнителей» и «добейтесь, чтобы команда была действительно нацелена на успех»), однако почти все рекомендации были направлены на проведение переговоров, контроль за выполненным объёмом работ (которому хорошо способствует обсуждавшееся ранее определение приоритетов требований) и управление рисками (о котором речь пойдёт ниже).

Ещё один последний подход, заимствованный из упоминавшегося проекта министерства обороны, может оказаться полезным для безнадёжных проектов, хотя он в большей степени предназначен для менеджеров за пределами проекта, чем для менеджера самого проекта и участников его команды. Он называется «тест на алкоголь»: какие вопросы следует задать команде безнадёжного проекта, чтобы быстро определить, не утратили ли они чувство реальности до такой степени, что проект пора прекращать? Вопросы такого рода часто задаются консультантами, которых высшее руководство уполномочило проанализировать состояние проекта. Я сам был в таком положении, и я обычно могу заключить, что проект находится в плачевном положении, когда вижу остекленевший взгляд менеджера проекта, который напоминает взгляд лани, застигнутой светом фар приближающегося автомобиля.