Лис Улисс и край света - Адра Фред - Страница 81

Здесь-то его и обнаружила крысиная шайка, которая не стала излишне церемониться: разбойники сняли с него качественную, ни капли не синтетическую одежду и слопали ее прямо у него на глазах. Затем надавали пинков, заставили сочинять стихи, подвергая их уничижительной критике, и, наконец потеряв к нему интерес, отпустили.

Одичавший, в одном нижнем белье, Флюгер доплелся до пустыря, и здесь, в свете луны ему открылось фантасмагорическое зрелище, заставившее критика серьезно встревожиться за свой рассудок.

Десятки крыс, в положении «ниц», прижимались ухом к земле. Морды их выражали крайнюю сосредоточенность.

Флюгер испуганно пискнул. Одна из крыс подняла голову, строго на него поглядела и прижала палец к губам. Критик понимающе кивнул и зажал пасть лапами, показывая, что будет нем как могила. А затем, повинуясь необъяснимому порыву, упал на четвереньки и тоже прижался ухом к земле. Но ничего не услышал…

На последнем этаже мэрии, в своем кабинете, у широкого окна стоял мэр Вершины и смотрел в подзорную трубу на Сабельные горы. Нашествие крыс застало его еще на службе — мэр любил работать по вечерам. Все началось с телефонного звонка. Звонила Регина Патронаж из «Гуманитарной организации». Срывающимся голосом, с истерическими интонациями, почтенная тигрица сообщила, что ее дом захвачен крысами. Мэр пообещал разобраться и немедленно связался с генералом Гаубицем, будучи самым решительным образом настроенным сделать крысу выговор. Однако разговор принял иной оборот.

— Ах, господин мэр, понимаю ваше негодование. Но и вы поймите, ситуация усложнилась…

— Что значит «усложнилась»? Вы же получили дом Башенек, чего вам еще надо?

— Кушать, господин мэр, всего лишь кушать. А у Башенек мы уже все съели. Вот ребята и занервничали, ведь им и самим питаться надо, и детей кормить. А когда ребята нервничают, они совершают всякие невинные глупости. Ну там, захватывают городок-другой…

— Но вы же обещали, что, получив дом Башенек, оставите город в покое!

Генерал Гаубиц рассмеялся.

— Ах, господин мэр, какой вы, право, фантазер. Ничего подобного я не говорил. Это вы сами придумали, вам с этой фантазией было легче жить.

Мэр хотел возмущенно возразить, но осекся — а ведь верно, генерал действительно ничего подобного не говорил! Странно, почему же все решили, будто крысы ограничатся Домом на Окраине?

— Но мы же вам так содействовали, помогали в борьбе с коварными Башеньками!

— О, да, господин мэр, и, поверьте, мы никогда этого не забудем, — заверил генерал Гаубиц. — Спасибо вам огромное. Ваша помощь неоценима. Всего хорошего, господин мэр! Не голодайте!

Звонки от граждан продолжались и, когда все телефоны на столе разрывались одновременно, мэр опять связался с генералом Гаубицем.

— Ну почему?! — возопил он. — Почему?!

— Потому что Деревянные Звери, — последовал сухой ответ. — Потому что вы не выдержали испытания Башеньками.

— При чем тут Деревянные Звери? При чем тут Башеньки? Я не понимаю!

— Знаю, что не понимаете, господин мэр. И в этом главная беда — и ваша, и всей Вершины. И в этом же — наша удача.

Генерал повесил трубку, не попрощавшись, и больше на звонки мэра не отвечал.

Мэр вызвал секретаря.

— В полиции никто не отвечает. Почему? — строго спросил он.

— Трудно сказать, господин мэр, — поколебавшись, ответил секретарь. — Чтобы это выяснить, пришлось бы туда пойти. Но никто идти не хочет.

— А наша охрана? Где все эти гепарды, что так быстро бегают?

— Убежали, господин мэр.

— То есть, вы хотите сказать, что город никто не защищает?

— Боюсь, что так, господин мэр.

Глава Вершины встал, подошел к окну и кинул взгляд на улицу. В свете фонарей было видно, что улицы кишат крысами и Деревянными Зверями. Мэр поднял глаза на Сабельные горы. В ночной темноте они казались черными великанами.

— Подайте подзорную трубу!

Поглядев в даль через подзорную трубу, мэр не различил деталей, но ему показалось, будто горы шевелятся — словно они скатываются к городу грозными волнами, подобно лаве, несущейся по склонам проснувшегося вулкана. И этой лавой были бесчисленные крысиные отряды.

Мэр повернулся к секретарю.

— Соберите всех чиновников высшего звена, каких найдете в здании. Пускай спускаются в святилище. Все как один! В этом наш единственный шанс.

— Понял, господин мэр!

Секретарь полетел выполнять приказ, а мэр снова бросил взгляд за окно.

— Скоро полночь, — прошептал он. — Это хорошо… Это прибавит нам сил…

Через решетку под потолком в камеру доносились шум и крики. Джанкарло стоял на плечах Антонио и комментировал то, что видит:

— Ночь. Луна. Темно.

— Ну а шум-то почему? — потребовал отчета Антонио.

— Откуда я знаю? Окно выходит на стену соседнего здания.

— Тьфу! — Антонио сбросил партнера с плеч.

— Странно… — задумчиво проговорил Проспер. — Шум, крики — в такой поздний час. С чего бы?

— Это строят помост на площади… — зловеще изрек Георгий.

— Зачем? — испугался Бенджамин Крот.

— Для публичных казней!

— Не говорите глупости! — рассердилась на суслика Антуанетта. — Что вы нас пугаете? Вершина, конечно, не самое цивилизованное место на свете, но не до такой же степени!

— От публичной казни не зарекайся, — тоном ясновидящего произнес Георгий.

Идея публичной казни волкам не понравилась. Мафиози переглянулись, бросились к двери и заколотили в нее с криками «Эй, охрана, у нас проблемы! Эй, где вы там! Кто-нибудь!»

Однако никто не явился.

— Что-то мне это совсем не нравится, — хмуро признался Антонио, когда они с Джанкарло вернулись к остальным арестантам. Компания принялась живо выдвигать версии происходящего — одна другой фантастичней.

Евгений сидел в сторонке и в мозговом штурме участия не принимал. Ему было не до того, так как он был занят самобичеванием. «Ну зачем я писал в автобиографии про тюрьму! Вот, накаркал! И что теперь делать — в будущее, что ли, перенестись? Все, отныне буду писать исключительно о хорошем, пускай только оно со мной случается! Зачем, зачем я писал про тюрьму? Зачем геройствовал на сцене? Зачем приехал в эту Вершину? Зачем покинул Антарктиду? Зачем родился на свет? Зачем мои родители встретились? Зачем был создан мир? Зачем ко мне подсел Марио?»

— Тебе чего, Марио?

Коала покосился в сторону дискутирующей компании и тихо сказал:

— Все, не могу больше молчать — может, судьба и против, но, по-моему, дело зашло слишком далеко. Так что облегчу совесть. Да не вертись ты, нечего им думать, что у нас тут важный разговор! Улыбайся, будто я тебе анекдот рассказываю. Глупее улыбайся! Вот так… Короче, это касается Лиса Улисса. Его нет в Вершине.

— Тоже мне новость… — пожал плечами Евгений. — Это мы давно поняли.

— Возможно. Но я знаю, где он. И также знаю, почему он именно там, где он есть. Клюв закрой! И улыбайся, улыбайся! Нет, я бы с тобой на шпионаж не пошел. Ладно, молчи и слушай…