Ведьма и вампир - Авербух Наталья Владимировна - Страница 99

Всё это, мягко говоря, настораживало, и сейчас Лим не торопился подниматься по крыльцу.

Сомнения решила Магда, которая как раз вышла во двор покормить кур. Увидев вампира, она выронила миску с кормом, и, умилённо ахнув, бросилась к гостю обниматься. Начинающий психолог даже попятился, не ожидая такого энтузиазма. Расстались они, помнится, не такими уж нежными друзьями.

— Лим! — ахала Магда. — Пришёл, наконец! Уж мы-то тебя ждали, всё высматривали, не идёшь ли ты, а ты всё не шёл и не шёл! А теперь — добрался! Ох, как же я тебе рада, ты просто не представляешь! Ну, что стоишь, или ты не к нам шёл, а?

Вампир неохотно обнял ведьму, одновременно пытаясь заглянуть к ней в сознание. Увы, Магда явно уже начала свою переквалификацию на белую волшебницу: наглеца словно ударило молнией.

— Ой, прости, — засмеялась Магда, отстраняясь. — Совершенно забыла тебя предупредить. Не обижайся, пожалуйста и — идём в дом, зачем стоять на пороге?

Смущённый обрушившимся на него вниманием, Лим безропотно позволил обвести себя вокруг дома и торжественно завести внутрь.

— Вейма! — громко закричала волшебница. — Спускайся! Смотри, кто к нам пришёл!

— Ни за что! — донеслось откуда-то с чердака. — Видеть этого мерзавца не могу, пускай к своим шлюхам проваливает! И отродье своё блохастое забирает, а то подкинул это… чудовище мерзкое!

— Вейма, что ты такое говоришь! — возмутилась Магда. — Разве так можно о собственном…

— Отродье! — припечатала Вейма. — И этому гаду передай, пусть проваливается, я с ним не разговариваю.

Такого отношения начинающий психолог не перенёс.

— Вейма, за что?! — закричал он.

— Лим?! — донёсся удивлённый возглас с чердака. — Магда, что же ты сразу не сказала?! Лим, родной мой, как же я рада, что ты появился!

И вампирша выпрыгнула к гостю прямо из чердачного окошка, через которое обычный человек её комплекции просто не сумел бы протиснуться.

— Пришёл, наконец! — счастливо улыбнулась Вейма, заключая гостя в объятья. Лим терпеливо снёс это приветствие. Помнится, когда он уходил, госпожа начальница даже не вышла попрощаться, она тогда забилась в какой-то угол и отказывалась разговаривать с кем бы то ни было. Практиканта считала одним из виновников произошедшего с ней «несчастья», и призывала на его голову все те беды, на которые у неё хватало воображения после проклятья оборотня. Теперешние объятья казались даже как-то настораживали, особенно если вспомнить, как вампирша чуть было не задушила в своё время Вира.

— Не пугай парня, — вмешалась Магда и помогла вампиру высвободиться из крепкой хватки девушки. — После всего, что ты натворила, какой дурак с тобой обниматься захочет?

— Ты бы этому мерзавцу намекнула, — буркнула Вейма, у которой явно испортилось настроение. — Убрался бы, наконец, я бы горя не знала.

Магда сочувственно погладила подругу по плечу.

— Да не переживай ты так! Вернётся твой оборотень в срок, никуда не денется. Ну, подумай сама, куда он может от тебя, такой красивой, податься?

— Не вернётся! — как-то очень по-детски выкрикнула вампирша. — Я его знаю, он бросил меня и уехал навсегда! А ты…

Тут Вейма спохватилась и буркнула:

— То есть я хотела сказать, пусть и не думает возвращаться. Видеть его не хочу!

— Вейма, дорогая моя, — тоном старшей сестры произнесла волшебница. — То, что твой мужчина отпросился на месяц, вовсе не означает…

— Означает! — выкрикнула вампирша. — Означает! Он же знает, как быстро растёт его чудовище! И как с ним сложно справляться! Нет, мы ему надоели, и он нас бросил! Самому, видать, стыдно, что такое породил…

— Прекрати сейчас же! — рассердилась Магда. — Да как ты только можешь такое говорить, хоть бы Лима постыдилась…

Вампирша словно ждала этой вспышки, чтобы ответить ещё более сердито, и подруги продолжали ссориться, пока практикант, махнув рукой, не подобрал брошенную на землю котомку и не повернулся, чтобы уходить восвояси. Что за чудовище имелось в виду, он так до конца и не понял, но встревать в очередную ссору, затеянную потенциальными начальницами, ему не хотелось.

— Лим, погоди! — спохватилась вампирша. — Куда ты отправился?

— Куда глаза глядят, — буркнул Лим, не обращая внимания, что его ответ звучит грубо и не очень-то достойно дипломированного психолога.

— Нет, Лим, погоди, ты не понял…

Через пятнадцать минут они уже сидели втроём на новой кухне — просторной, но всё с теми же пахучими травами, развешенными по стенам. Девушки наливали вампиру чай и наперебой подкладывали сладости, уговаривая подкрепиться с дороги.

— Надолго к нам? — уточнила Магда, щедрой рукой отрезая кусок большого яблочного пирога.

— Там видно будет, — осторожно ответил Лим и помешал ложечкой чай. — я слышал, вам работник не помешает?

— Ну, Вейма? — весело спросила волшебница. — Не помешает нам работник?

— Да как тебе сказать… — нарочито лениво потянула вампирша. У Лима, хоть он и понимал смысл разыгрываемого перед ним спектакля, тревожно замерло сердце. — Определённо не помешает. Вопрос в том, как долго парень с нами пробудет, сама понимаешь, мало смысла нанимать человека на месяц или даже на год.

— А если дольше? — спросил Лим, поспешно откусывая сначала от пирога, а потом от домашнего печенья, между делом подсунутого Веймой.

— Дольше — это размытое понятие, — хмыкнула волшебница.

— Ты смотри, Лим! — воскликнула вампирша. — Мы можем принять тебя на три года, и платить тебе фиксированное жалование. Будешь хорошо работать — жалование не увеличится, будешь плохо работать — не уменьшится.

— Но если будешь плохо работать, мы тебя уволим! — поспешно вмешалась волшебница.

— Не перебивай, пожалуйста, Магда, — коротко попросила Вейма, и бывшая ведьма, чему-то кивнув, умолкла. — Так вот, мы можем тебя нанять на три года. Но после этих трёх лет тебе придётся нас покинуть, как бы ты ни хотел остаться с нами.

— Это ещё почему? — поразился вампир столь странным условиям.

— Потому что мы так хотим! — отрезала Магда. Лим перевёл взгляд на Вейму, и она кивнула.

— Потому что мы так хотим, Лим, и потому что новичку мы сможем платить меньше, чем ты обязательно попросишь через три года.

Начинающий психолог хотел было пламенно возразить, что никогда в жизни не попросит об увеличении жалования, но благоразумно промолчал. Девушки явно подводили его ко второму варианту, вдруг он окажется выгоднее первого? Хотя, если судить по их лицам и интонациям…

— Мы можем поступить иначе, — продолжала Вейма. — Мы можем нанять тебя на всю жизнь. Нет, не так. Мы не наймём тебя, а примем в свою семью.

— Сделаем пайщиком, — вкрадчиво подсказала Магда, и Лим обалдело кивнул: такого слова он, как ни странно, не слышал.

— Да, пайщиком, — согласилась вампирша и облизала клыки. Лиму сделалось совсем уж не по себе. — Это означает, что ты всю жизнь будешь работать с нами, на благо нашего офиса. И ты будешь получать тридц… двадц… пятнадцать процентов от общей выручки, какой бы она ни была.

— Почему только пятнадцать? — ревниво спросил вампир. — Нас же только трое.

— Остальное пойдёт в копилку, мало ли… — пожала плечами Вейма.

— Вдруг кто-то из нас в беду попадёт, — подсказала Магда, — или новый дом захотим построить, или книжки из города выписать…

Лим кивнул, не находя внятных аргументов для спора, однако такая делёжка показалась ему не совсем справедливой. Что-то девушки от него скрывали…

— Согласившись на этот вариант, ты, конечно, потеряешь свободу, — небрежно произнесла Вейма. — Чтобы уйти от нас, ты должен будешь заплатить неустойку — двадцать процентов от общего капитала, каким он будет на момент ухода. Предупреждаю, мы уже сейчас неплохо обеспечены, а с твоей помощью станем ещё богаче. Работать «налево» ты тоже не сможешь.

— Нет, почему же, — перебила Магда. — Пусть работает, на кого хочет, но всю выручку он должен отдать нам, а потом получит свои пятнадцать процентов!