Божественная комедия - Алигьери Данте - Страница 122

19-21. Маяк любви, прекрасная планета — то есть Венера, затмевающая своей яркостью созвездие Рыб, в котором она находилась.

22. К остью — то есть к небесному полюсу, в данном случае южному.

24. Первых озарял людей — то есть Адама и Еву, обитавших в Земном Раю.

23-27. Четыре звезды (Ч., VIII, 91-92; XXXI. 106) символизируют четыре «основные» («естественные») добродетели древнего мира (мудрость, справедливость, мужество и умеренность).

29. К остью полуночи — в сторону Северного небесного полюса.

30. Колесница — Большая Медведица, скрытая за горизонтом.

31. Некий старец — Катон Младший Утический (95-46 гг. до н. э.), государственный деятель последних времен Римской республики, который, не пожелав пережить ее крушение, покончил с собой (в городе Утике — см. ст. 74). Данте делает его стражем Чистилища, на вершине которого, по мысли поэта, дух обретает свободу (Ч., XXVII, 140-142).

41. Слепой водопад — подземный ручей, вдоль которого поэты поднимались из Ада.

42. Оперенье — величавая борода Катона.

58. Последний вечер — то есть смерть. В стихах 59-60 имеется в виду духовная смерть, угрожавшая заблудшему.

71. Он восхотел свободы — духовной свободы, которая достигается посредством нравственного очищения. Этой свободе, не осуществимой без свободы гражданской, Катон посвятил и отдал жизнь (ст. 73-75).

75. В грозный день — то есть в день Страшного суда.

77. Минос. — Вергилий, как обитатель Лимба, не подвластен Миносу.

78. И круг мой — тот, где Марция твоя… — Лимб, где обитает Марция, жена Катона (А., IV, 128).

80. Считать ее своей. — Катон уступил Марцию своему другу Гортензию, после смерти которого она снова вернулась к Катону, желая умереть «его Марцией».

82. Твои семь царств — то есть семь кругов Чистилища.

88. Зловещий вал — волны Ахерона, окаймляющего Ад.

89. Изведенный силою чудесной — из Лимба (А., IV, 46-63).

94. Тростьем опояшь его — тростником, символом смирения.

98. Первому из слуг — ангелу-привратнику (Ч., IX, 76-84).

1-3. По Данте, гора Чистилища и Иерусалим расположены на противоположных концах земного диаметра, поэтому у них общий горизонт. В северном полушарии вершина небесного меридиана ("полдневного круга"), пересекающего этот горизонт, приходится над Ерусалимом. В описываемый час солнце, видимое в Иерусалиме, клонилось к закату, чтобы вскоре появиться на небе Чистилища.

4-6. А ночь… — Согласно средневековой географии, Иерусалим лежит в самой середине суши, расположенной в северном полушарии между Полярным кругом и экватором и простирающейся с запада на восток всего лишь на 180° долготы. Остальные три четверти земного шара покрыты водами Океана. В равном отдалении от Иерусалима находятся: на крайнем востоке — устье Ганга, текущего с запада на восток, на крайнем западе — Геркулесовы столбы, Испания и Марокко. Когда в Иерусалиме заходит солнце, то со стороны Ганга надвигается ночь. В описываемое время года, то есть в пору весеннего равноденствия, ночь держит в руках весы, то есть находится в созвездии Весов, противостоя солнцу, находящемуся в созвездии Овна. Осенью, когда она "одолеет" день и станет продолжительнее, чем он, она выйдет из созвездия Весов, то есть "выронит" их.

16. И снова да сверкнет! — Данте жаждет после смерти снова очутиться у горы Чистилища, на берегу спасения.

26. В той первой белизне. — То, что белело по сторонам приближающегося света, были крылья ангела; то, что белело внизу, — его одежда. Средоточием света было его лицо.

46. «In exitu Israel» (лат.) — «Когда вышел Израиль [из Египта]».

56-57. Сбив с небесной середины Козерога. — При восходе солнца созвездие Козерога было на меридиане, а теперь начало склоняться к западу.

86. И тут ее узнал я. — Данте узнал тень своего друга, композитора и певца Каселлы (ст. 91).

91-92. Ради возвращенья сюда же — ради того, чтобы после смерти оказаться в Чистилище, а затем в Раю.

94-105. Каселла рассказывает поэту, что души тех, "кто не притянут Ахероном" (ср. А., III, 70-129), то есть не осужден на муки Ада, слетаются после смерти к устью Тибра (ср. Ч., XXV, 85-87), откуда ангел отвозит их в челне на остров Чистилища. Хотя он долго не брал с собой Каселлу, тот не усматривает в этом обиды, будучи убежден, что желание ангела-перевозчика "с высшей правдой сходно". Но сейчас весна 1300 г., в Риме, начиная с рождества, справляется церковный «юбилей» (см. прим. А., XVIII, 28-33), щедро отпускаются грехи живым и облегчается участь мертвых. Поэтому вот уже три месяца, как ангел "берет свободно" в свою ладью всех, кто ни попросит.