Лаура - Исьемини Виктор - Страница 9

– А почему же тогда…

Лауре помешал договорить стук в дверь, на пороге возник слуга с подносом, наряженный так же роскошно, как и давешние господа – привратник и толстяк, который привел их в эту комнату. Двигаясь ловко и бесшумно, словно призрак, слуга опустил поднос на стол, выставил перед гостями высокие кубки, торжественно водрузил посреди небольшой кувшин и еще – какие-то плоские мисочки со снедью. Лаура, затаив дыхание, следила за его действиями. Все было в диковинку, все необычно и занимательно. Слуга распечатал залитое сургучом горлышко кувшина, с легким стуком извлек пробку и наполнил кубки ровно на одну треть. Затем с поклоном отступил на шаг.

– Отлично, любезный. Ступай! – небрежным тоном напутствовал его Кари.

Когда дверь за слугой закрылась, он поднял бокал и поглядел Лауре в глаза – сквозь ровное оранжевое пламя свечей.

***

– Итак, Лаура, я предлагаю тост. За нашу судьбу!

Лаура задумалась. Теперь, когда они остались наедине и ее больше не смущали важные господа в гербовых ливреях, в девушке снова начало просыпаться странное чувство нереальности происходящего, как будто все это происходит не с ней, Лаурой, а с кем-то другим… Или как если бы она спит и видит сон… Странный сон. О, Гунгилла, как же это занесло бедную девицу в столь необычное место, как эта полутемная комнатенка? Но, взглянув в глаза Кари, она вновь ощутила уверенность и спокойную радость – в самом деле, это судьба. Ее новая судьба, новая жизнь. Счастливый случай свел ее с Кари, счастливый случай подарил ей крылья. И если это сон, то просыпаться она не желает.

– За судьбу! – повторила Лаура.

И с любопытством сделала маленький глоток. Необычный вкус напитка был ей совершенно незнаком, никогда прежде Лаура не пробовала ничего похожего на это вино, привезенное в Мир с далекого острова. Нравится ли ей? Пожалуй, да. Лаура снова поднесла кубок к губам и глянула на Кари. Тот с улыбкой наблюдал за ней.

– Ну, как? Нравится?

– Странный вкус… – рискнула ответить Лаура.

– Обычный, – Кари пожал плечами, – это вкус настоящего вина. Конечно, не каждому по карману настоящее эманское. Путь к Архипелагу труден и долог…

– У нас в Сантлаке тоже выращивают виноград, – заметила Лаура, – и вино делают… Но этот вкус мне незнаком. У нас вино совсем другое.

– В Сантлаке солнце светит не столь ярко, должно быть… Или воздух иной… Но, так или иначе, вино, привезенное с Архипелага – совсем не то, что сантлакское. Или здесь дело в том, что на островах живут беззаботнее? Возможно ли, что проклятия, слишком часто звучащие в Сантлаке, портят вкус винограда?..

– Ты задаешь странные вопросы, Кари, – задумчиво произнесла Лаура, – а я ведь всего лишь бедная девушка. Но я слыхала, что морские разбойники с севера теперь куда чаще нападают на Архипелаг, чем на наши берега. Если это правда, то и на счастливых островах проклятия не смолкают ни на миг.

– Да, верно. Прости, это я виноват, все время завожу разговор о странном… Я всего лишь хотел сказать, что, надеюсь, вкус вина пришелся тебе по душе. Знаешь, Лаура, мне так хотелось сделать тебе что-то приятное…

– А ты и сделал, Кари. Если бы не ты, – улыбнулась девушка, – я бы так никогда и не узнала, что всю жизнь пью неправильное вино. Кари, а тебе не странно, что ты, человек благородного происхождения, владелец замка… И я, простая девушка из маленького городка… Это как-то неправильно, разве нет?

– Лаура, – улыбка вдруг исчезла с лица юноши, – я прошу тебя не думать об этом. Знаешь, я встречался с девицами своего сословия… Но ни с одной из них я не чувствовал… Это в самом деле странно. Понимаешь ли…

Кари нахмурился и, на глядя на свою спутницу, потянулся за кувшином. Все так же молча он наполнил свой кубок, и сделал выразительный жест, предлагая вино Лауре. Та торопливо убрала бокал, поставленный было на скатерть. Она опасалась выпить лишнего, все-таки вино было незнакомым… Гусеница ли, бабочка – а напиться она боялась. Еще тетка учует запах вина, чего доброго, тогда Лауре несдобровать.

Кари беспрекословно опустил кувшин на место, затем поднял свой бокал, отхлебнул… и только затем продолжил:

– Понимаешь, когда я увидел тебя, то сразу почувствовал – это не случайно. Я ведь рассказывал тебе, я давно задумываюсь о своей судьбе, о своей странной удаче… Это не выдумка, поверь – ведь не сам же я прозвал себя Счастливчиком? Так вот… Даже не знаю, что сказать тебе, как описать… Мне кажется, я уже научился распознавать в веренице событий такие вот выверты моей удачи. Я умею выделить их из череды простых совпадений… И я твердо верю – наша встреча не была случайной. Ты ведь наверняка размышляла над моими словами, верно? И что ты думаешь? Ведь неспроста же наши судьбы похожи, неспроста Лотрик выскочил тогда из переулка прямо в мои объятия с твоей корзинкой, Лаура. Скажи, это ведь не может быть случайностью? Ты веришь мне?

– Верю, – тихо, но твердо сказала девушка.

Она верила, как никогда и никому – верила этому странному человеку. Человеку, подарившему ей крылья.

***

Пауза тянулась и тянулась. Кари молча глядел на девушку, не произнося ни слова – как будто надеялся открыть в ее облике что-то новое. Наконец Лаура не выдержала и поднесла бокал к губам, воспользовавшись этим, чтобы опустить глаза. Сделав крошечный глоток, она повернула голову, словно изучая тени, неторопливо колышущиеся и переливающиеся по драпировкам на стенах. Тени, казалось, жили собственной жизнью, становясь частью изображений и странным образом совмещаясь с вышитыми на гобеленах существами… Поставив бокал, Лаура задумчиво взяла несколько орешков. Ей подумалось, что молчание убивает что-то важное, что вот именно сейчас необходимы некие слова, но… Но нужных слов она не смогла отыскать.

– Кари… Ты не расскажешь мне о своем деле? – наконец произнесла она, – за что тебе платят столь щедро? Ведь щедро, да? По-моему, это вино очень дорогое, да и вообще… Столик в таком месте…

– Да, – кивнул Кари, – провести часок здесь – довольно-таки недешево. Но не думай об этом. Мне в самом деле щедро заплатили. И обещали еще больше. Мой наниматель – богатый человек и он очень хочет чтобы я… Видишь ли, это самое дело, порученное мне…

Теперь пришла очередь Кари отвести глаза в сторону.

– Если это какая-то тайна, то вовсе не обязательно… – быстро проговорила Лаура, не хватало ей еще выведывать чужие секреты…

– Тайна, разумеется, – задумчиво проговорил Кари.

Лаура снова поразилась тому, как быстро меняется настроение ее друга. Вот сейчас он, похоже, погрузился в обдумывание своего опасного предприятия. Но Кари, помолчав недолго, продолжил:

– Видишь ли, Лаура, здесь замешаны очень важные персоны… Мой наниматель даже не осмелился сам приехать в Ванетинию, хотя его присутствие могло бы крепко помочь делу. Но он боится…

– Боится?

– Да. Дело идет о магии высшего разбора. Ты, разумеется, знаешь о колдунах Самоцветных Кланов?

– Ну… Я слышала кое-что… Они живут на юге, в городе Энмаре…

Вообще-то эта тема считалась нежелательной в доме мастера Эвильета. Осевший в Ванетинии клан Изумрудов, к которому принадлежал и сам хозяин Лауры, был родом из Энмара – однако он, как и всякий Изумруд, не любил вспоминать об этом. Его клан был изгнан из родного Энмара около восьмидесяти лет назад объединенными усилиями всех магов города, ибо Изумруды были властолюбивы и заносчивы. Этого не смогли потерпеть их конкуренты. Надо сказать, что для гордости у Изумрудов имелось немало причин, они и впрямь превосходили талантом и накопленными умениями представителей конкурирующих семей – однако противостоять объединенным усилиям Сапфиров и Рубинов, к которым примкнули и кланы помельче, им оказалось не под силу. В результате серии стычек, в которых семья понесла ощутимые потери, вожди Изумрудов приняли тяжелое решение – отказаться от борьбы и покинуть Энмар. Изумруды осели в столице Империи и здесь их таланты были оценены по достоинству. Правивший в те годы Имератор нуждался в знающих магах, не уступающих колдунам-Самоцветам. К тому же их наследственная враждебность по отношению к Энмару в Ванетинии тоже пришлась по душе… Так Бонка Изумруд, дед Эвильета, получил пост придворного мага, а представители его клана легко оттеснили от престола местных чародеев… Но вспоминать о том, как их изгнали из Энмара, Изумруды не любили и по сей день, хотя, разумеется, в общих чертах эта история была известна всем.