След на воде - Алферова Марианна Владимировна - Страница 85

В этот раз напал Стен – “белый удав вытягивает туловище”, Колодин подбил его меч снизу вверх – “луна восходит и освещает ущелье”. Следом – ряд сметающих ударов с каждой стороны – но “смести тысячное войско” никому не удалось. На одно мгновение Роману показалось, что Игорь слишком открылся и Алексей легко может нанести удар прямо в сердце. То есть убить…Но Стен не имел права убить.Руки Алексея уже готовы были инстинктивно нанести разящий удар, но в последний момент Стен изменил траекторию меча, сбился с ритма, и клинок Гарри, воспользовавшись мгновенным замешательством противника, задел грудь Алексея – на рубашке мгновенно расплылось алое пятно. Кто-то из зрителей тихо ахнул. Надя? Роман бросил на нее косой взгляд. Нет, львица была невозмутима. Она смотрела на дерущихся и улыбалась. Ему не надо было прибегать к помощи Лены, чтобы услышать в этот момент ее мысли.

Она восторгалась происходящим. Она наслаждалась боем.

Роман же смотрел на дерущихся и не видел. Он ощущал лишь, как бьется сердце и как в такт ударам пульсирует водное ожерелье.

О Вода– царица…

Роману вдруг показалась, что кто-то с силой сдавил пальцами затылок и шею. Он ощутил тупую боль, ползущую к вискам. Что происходит? Будто кто-то волок его куда-то и звал. Гамаюнов? Но Роману было в этот миг не до призывов профессора.

Игорь вновь напал, Стен парировал – резко откинулся назад, а меч его описал круг перед лицом хозяина. Роман видел этот прием на берегу. Противники двигались в смертельном танце. Тела изгибались, как тростник на ветру, руки казались абсолютно расслабленными, мечи взлетали будто сами по себе, повинуясь лишь собственной прихоти. Дао Колодина яростно налетел сбоку, и клинок Алексея, описав в воздухе дугу, вонзился в землю. Но пока меч еще летел и взгляд без одной секунды победителя невольно последовал за ним, Стен в прыжке ударил Колодина ногой в голову. Тот покатился по земле, а Стеновский бросился к своему клинку и поднял его.

“Подпрыгнув, взлетаю в небесный храм”, – мог бы сказать Стен.

Но ему было не до этого. В ту минуту, когда он в ударе коснулся головы Игоря, перед его глазами мелькнула отчетливая картинка. Он увидел в сполохах красного пламени чье-то обезглавленное туловище, фонтан крови, бьющий из рассеченной артерии. Тело еще стояло на ногах, покачиваясь, готовое упасть. А голова катилась по истоптанной земле, и глаза, не успевшие остекленеть, смотрели. В первое мгновение Стеновскому показалось, что он увидел собственную смерть. Смерть? Он будто споткнулся на бегу и оглянулся, ища у друзей поддержки. Глаза его встретились с глазами База. Баз! Алексей ошибся – он видел не свою смерть, а гибель Васи Зотова. Именно зотовская голова катилась по земле. Здесь, сейчас. Через минуту. Нет – через несколько секунд. Колодин всего в двух шагах от База и… Времени кричать и предупреждать не было. Стен прыгнул, в последний момент успел отбить клинок Колодина, а левой рукой толкнул База, сбил с ног и тем самым спас. В эту секунду он как будто раздвоился – одна его половина разила, а вторая – спасала.

“Ага, хитрый зверек все-таки вырвался из лабиринта! Как он угадал? Как сумел? Тебе хочется всех защитить? Ничего, ты сейчас же заплатишь мне за свою выходку!” – Игорь вытянулся, занося меч над головой, привстал на одной ноге, и рубящий удар обрушился сверху. Стен, парируя, успел вскинуть клинок вертикально, а сам пригнулся к земле.

Они вновь отпрянули друг от друга. Алексей глянул на ожерелье на шее Колодина, и его охватило чувство бессилия.

Необходимо нанести удар Игорю в шею. Но как? Как разрубить мечом плетенку с водной нитью и не убить?Задача казалась невыполнимой. Колодин оказался почти так же искусен, как и сам Алексей. Но Колодину проще. Он мог убить.А Стеновский – нет. Лабиринт не имел выхода. Только вход. Алексей сделал выпад, метя в ожерелье, но удар требовался ювелирный, и он не достал.

Стен смертельно устал, он задыхался, мокрая от крови рубашка липла к телу. В его движениях уже не было прежней отточенности. Стен повернулся – то ли хотел отступить, то ли… Нет, опять обман. Он сделал полный оборот и нанес удар, метя противнику в ногу. Колодин парировал – почти без труда, с ленцою. Он победил. Стен задыхался. Его шатало. Еще мгновение, и он рухнет к ногам Колодина. Каким должен быть последний, завершающий удар поединка? Разумеется, в лицо. Игорь сделал выпад. Но Стен высоко вскинул руку, парируя удар, и следом – молниеносный ответный выпад. Острие меча вонзилось в глаз.

Все закричали. Будто лес ожил и завопил. Роману показалось, что он слышит женский дальний-дальний крик. Неужели удар задел и ее?! Ведь он сказал – в шею, разрубить ожерелье и… Колдун кинулся к Игорю. Но Стен его опередил, подскочил к раненому и одним коротким движением острия рассек ожерелье. Прежде чем водная нить пролилась на землю, Стен швырнул разрезанную плетенку в подставленные ладони Романа. Тот, шепча заклинания, выдернул водную нить из волосяного плена, скатал в серебряный шарик и проглотил. Вот и все, заклятие снято. Теперь жизнь Колодина принадлежит Роману – где бы тот ни был и что бы ни делал.

Да только жив ли Колодин? Он лежал неподвижно на истоптанной земле. На месте глазницы – кровавая ямина, в которую страшно было заглянуть.

– Надо его перевязать, – сказал Баз. – А то он истечет кровью.

– Сейчас попробую остановить. – Роман опустился рядом с раненым на колени.

– По-моему, ты должен заняться сначала Алексеем, – заметила Надя.

– Ничего с твоим Стеном не случится, – огрызнулся Роман. – А этот парень мне нужен.

“Неужели ее тоже задело? Как она? Что с нею?” – пульсировало в мозгу.

Стеновский и не пытался возражать, он свое дело сделал, теперь может уйти в тень. Ему не верилось, что поединок закончен, что все уже позади и он – победил. У него было такое чувство, что это не он наносил и отражал удары, а кто-то другой, неведомый, управлял его телом. Стен был уверен, что во второй раз ничего подобного он сделать не сможет. Такое в жизни удается лишь однажды. Хотя порой хочется нестерпимо попробовать еще раз.

Надя принесла пакет стерильной марли и, разорвав упаковку, приложила тампон к ране на груди, чтобы унять кровь.

– Знаешь, Стен, ты паранормальный. Или, вернее, парамортальный человек, – сказала она, покачав головой. – Ты умудряешься упасть в каждую яму и всякий раз сломать какую-нибудь косточку на ноге или на руке. Но тебе почему-то никак не удается сломать шею.

– Ты этого хочешь?

– Глупый! Я ревела несколько дней, когда ты удрал из Беловодья.

– Ну вот я и вернулся. – Он кивнул в сторону покосившегося сарая.

Надя покачала головой. Ей хотелось смеяться и плакать одновременно.

Степан Максимович Колодин ожидал в машине и нервно поглядывал на часы. Миновало уже два часа, а Игорь так и не возвращался. Засевшие в кустах стрелки видели, как он подошел к границе Беловодья и беседовал с тремя мужчинами. Потом двое удалились в дом, а один остался. Минут через пятнадцать те двое вернулись – и Игорь вошел внутрь. После этого произошло нечто странное – Беловодье заволокло густым белым туманом, будто кто-то вылил внутрь круга необъятную бадью кефира. И что теперь происходило внутри, никто не видел. Один из охранников сообщил, что слышит мелодичный звон колокольчиков. Но звон, скорее всего, ему померещился. Туман по-прежнему клубился над Беловодьем, и это все больше и больше не нравилось Степану. Наконец рация ожила.

– Он выходит! – услышал Колодин голос Тимофея.

– Игорь?! Все в порядке?

– Кажется, ранен. Голова чем-то обмотана.

– Сюда его, скорее, ко мне! – заорал Степан так, как будто услышал, что кто-то исцарапал стеклышком его новый “мерс”.

Через несколько минут Игорь очутился рядом с ним в машине. Голова его была замотана бинтами так, что надо лбом образовался выпуклый валик, один глаз тоже закрывали бинты. Зато второй смотрел весело, даже восторженно, и на дне черного расширенного зрачка не было и намека на боль или даже огорчение.