Врата трех миров - Ирвин Ян - Страница 100

– Магрета! – закричала в свою очередь Карана. – Что ты делаешь?

– Это Карана! – воскликнула Магрета.

Рульк направил машину в ее сторону. Карана смотрела, как черная махина приближается к ней, но сил убегать у девушки не было.

– Карана! – завопила Магрета. – Ты должна нам помочь!

Карана отступила, думая, что Магретой управляет Рульк. Стоящие за барьером колотили в стекло, словно обезумев. Что они пытаются ей сказать?

– Карана! – снова обратилась к ней Магрета. – Феламора вот-вот разрушит мир.

Карана переводила взгляд с Лиана на Малиену, затем на Магрету и на Рулька. Как же ей быть?

– Она лжет! – подала голос из-под лестницы Феламора. – Магрета заодно с Рульком.

«Уж если я кому не доверяю, так это тебе, – подумала Карана. – Даже Рульк лучше».

Она протянула руки, понимая, что ей никогда не простят это предательство. Магрета помогла девушке взобраться на машину и плача обняла ее.

– На это нет времени! – закричал Рульк. – Карана, покажи нам путь на Аркан, пока еще не поздно.

Феламора начала ползком выбираться из-под лестницы.

– А почему не Магрета? – спросила Карана.

– У меня нет силы.

Карана вспомнила кошмарный финал своей предыдущей попытки отыскать Путь.

– Я не могу! – воспротивилась она.

– А что они сделают с Готримом, когда попадут в него? – сказал Рульк, указывая на чудовищ за стеной. – И не сомневайся – Феламора их впустит. Если ты действительно не можешь, всем нам конец. Но если ты в состоянии попытаться, я умоляю тебя! Я тебе помогу.

– Ты так говорил и прежде, – напомнила Карана. Взгляд ее устремился к Лиану, который смотрел на нее во все глаза.

– Я попытаюсь, – тихо сказала она, – но у меня выдался… трудный денек. Я немного устала.

Схватив девушку за руки, Рульк запечатлел у нее на губах жаркий поцелуй, от которого они запылали.

– Я тоже, – сказал он с яростной усмешкой, – но мы сделаем это, черт побери! Ты готова?

В горле у Караны пересохло. Она взяла фляжку и глотнула сладкой крепкой жидкости.

– Я готова! – сказала она, хотя сил у нее совсем не осталось.

Карана установила мысленную связь с Магретой и Рульком, и контакт с Магретой придал ей уверенность. Она чувствовала себя защищенной. О ней заботились. Ничто не причинит ей вреда на этот раз.

Рульк выкрикнул через брешь в Непреодолимой Преграде послание на Аркан, к каронам. Его страстная тоска эхом отозвалась в бездне, перескакивая вместе с Караной с одного Пути на другой. Магрета охраняла их на Сантенаре. При поддержке Магреты, обладавшей уникальными талантами троекровницы, которые десятилетиями развивала Феламора, и также стремившейся встретиться со своими предками-каронами, они нашли Путь довольно быстро.

– Кто там? – Голос прозвучал в их сознании так ясно, словно женщина, задавшая этот вопрос, находилась рядом с ними. Голос у нее был грудной, с хрипотцой, как будто говорившая с ними женщина прожила всю жизнь в прокуренных комнатах. – Рульк, неужели это ты?

– Ялкара! — прошептала Магрета через линию связи. Она узнала этот голос.

– Ялкара! – воскликнул Рульк, охрипнув. – Я тебя не вижу. Покажись. Я в отчаянии!

Он выдул небольшой пузырь из Стены Непреодолимой Преграды, и тот поплыл по воздуху впереди них, как блестящий металлический мяч, и казалось, что в нем отражается вся Вселенная, изгибаясь во всех направлениях. Вдруг отражения затуманились, потом прояснились, и появилось лицо, которое Магрета знала почти так же хорошо, как собственное. Это была Ялкара, но выглядела она намного старше, чем в Зеркале. Длинные некогда черные волосы теперь были серебряными. Губы Ялкары шевелились, но ее голос не был слышен, он звучал в сознании ее собеседников.

– Ялкара! – крикнул Рульк. – Созови Сотню. Наше время пришло, но впереди зияет пропасть.

– Кто это с тобой? – прошептала Ялкара. – Неужели это она?

– Я Магрета. Дочь Элиоры. Феламора выдала ее замуж за феллема, чтобы создать троекровницу – меня! Элиора мертва. Рульк и я поклялись друг другу в любви навеки.

– Магрета – Элиора! – воскликнула Ялкара. Она была потрясена.

– А это мой друг Карана, она тоже троекровница, – указала Магрета на Карану.

– Как похожа на Элиору! – сказала Ялкара.

– Быстрее! – вмешался Рульк. – Непреодолимая Преграда разрушается, она скоро рухнет. Феламора сделала наноллет, а у Мендарка новая флейта из твоего золота.

– Но я же его предостерегала…

– Кривое Зеркало! – резко произнес Рульк. – Слишком долго объяснять. К тому же у меня есть устройство, которое превосходит их все! – Его голос зазвенел от гордости. – Наконец-то я могу доставить вас сюда и обеспечить выживание нашей расы. Но я опасаюсь открыть Путь отсюда, когда тут неистовствует Феламора. Ты можешь открыть его с Аркана и доставить вас в мои врата?

– Ты появился в самый критический момент, – ответила Ялкара. – Мы отчаялись и были близки к тому, чтобы покончить с собой… Будет нелегко, но думаю, что смогу открыть этот Путь.

Они вместе сделали двое врат на Аркане и Сантенаре, но свои Рульк держал крепко закрытыми.

– Я поищу Путь на Сантенар с нашей стороны. Рульк, врата очень неустойчивые. Ты не мог бы удерживать Непреодолимую Преграду получше?

– Хорошо еще, что я вообще ее удерживаю, – проворчал он. – Наноллет Феламоры сделан из Золотой флейты.

– Она сумасшедшая!

– Или отчаявшаяся! Скорее! Путешествие будет тяжелым. Пошли в первую очередь самых важных для нашего народа.

– Только десять из нас еще способны к деторождению. Четверо мужчин и шесть женщин. Хорошенько охраняй их. Без них наша раса угаснет.

Рульк передумал.

– Нет! Пришли самых сильных. Защищай тех, кто способен к деторождению, до последнего. – При этих словах зеркальный шар затуманился, и Ялкара исчезла.

С помощью своей машины Рульк образовал в Стене Непреодолимой Преграды комнату, подальше от места, где Стена была истончена до предела. Комната имела форму серебряного яйца, с круглой дверью.

– Я нашла Путь к Сантенару, – сказала Ялкара. Что-то со звоном ударилось о комнату, как молот о наковальню.

– Я едва удерживаю Преграду. – Пот лил с чела Рулька. – Я потерял их! Нет, все в порядке, все в порядке!

Он открыл дверь в созданную им только что комнату, и в ней появилась женщина. Она была нагая – как и все, кто проходил между мирами, – вялая и беззащитная. Комнату заволокло туманом, когда кто-то попытался открыть дверь, которая снова закрылась.

Рульк лихорадочно возился со своими приборами.

– Бегите, вытащите их, пока я удерживаю Преграду! – сказал он Магрете и Каране. – О, как тяжело!

Девушки вытащили женщину, а за ней – еще семь каронов. Протащить через маленькую дверь крупных каронов было нелегко. У Магреты пошла кровь из плеча: рана от стрелы снова открылась.

Все кароны были ошеломлены и беспомощны, как дети. Путешествие их вымотало. Но Рульк ликовал, и на лицах каронов, отражавшихся в шаре, тоже был написан восторг.

– Становится все труднее удерживать! – крикнул Рульк Ялкаре. – Лучше поскорей прибывайте сюда, если вы вообще собираетесь это делать. Магрета, подержи рычаги. – Девушка снова забралась наверх, а Рульк спрыгнул с машины и вытащил двух последних каронов так нежно, словно это были его собственные дети.

Кароны лежали на полу, обессиленные после тяжелого путешествия.

– Переправляйтесь! – крикнул Рульк Ялкаре, лицо которой снова появилось в отражающем шаре.

– Мы почти готовы, — вздохнула она. – О, это величайший день в нашей жизни!

–  И в моей, – сказал Рульк. Он широко улыбнулся. Глаза его сияли, как два темно-красных солнца. – Мы этого ждали четыре тысячи лет, – обратился он к Магрете.

Рульк подхватил первого карона под руки. Это была высокая женщина с пышной грудью и широкими бедрами. Она застонала и встряхнула длинными черными волосами. Ее босые ноги заскользили по каменному полу.

В этот момент Феламора выросла на самом верху лестницы в центре зала. Держась за стеклянные перила, она, похожая на безумную ведьму, сыграла целую симфонию на наноллете. От этой пронзительной навязчивой мелодии у Караны выступили слезы на глазах. Это был плач по гибнущему миру.