Геомант - Ирвин Ян - Страница 109

– Мы сделали это! – заорал он, схватил Льетту на руки и закружил, несмотря на ее притворное сопротивление.

Льетта заразилась его радостью и даже рассмеялась. Рилл осторожно поставил ее на ноги и торжественно поцеловал в переносицу.

– Льетта, твой снизлет – самое блестящее произведение из всех, что мне приходилось видеть. Мы вместе сделали это!

Льетта сердито потерла переносицу. Рилл протянул ей руку, и после долгих колебаний она все же пожала ее. Так они и замерли, рука в руке.

Коэланда довольно улыбнулась, да так широко, что могла бы захватить зубами голову Тианы. Потом похлопала по рукам обоих лиринксов и направилась к двери.

– Возвращайтесь к работе! Рилл, если ты сумеешь вырастить его, твое заветное желание исполнится.

Потом она кивнула Льетте:

– Может, и твое тоже, дочка, если ты сделаешь правильные выводы. Это только начало.

ГЛАВА 44

Рилл и Льетта решили одну проблему, но перед ними встала другая. Все их создания достигали размеров крысы, а потом рост прекращался. И Тиана этому только радовалась. Ей вовсе не нравился облик нового существа, а уж его манера есть просто приводила в ужас. Однажды Рилл запустил в клетку живую крысу, и после нескольких секунд оцепенения животное попыталось вырваться наружу. Что касается образца, полученного в результате формирования плоти, то он вскочил на спину своей жертвы и буквально оторвал ей голову. На что же будет способно существо, когда достаточно вырастет? И что имел в виду Рилл, когда говорил «достаточно»?

За последнюю неделю случилось еще несколько происшествий. Однажды зверек стал носиться по клетке кругами, ловил себя за хвост и дергал, словно хотел оторвать.

– Снизлет и рризик пытаются выяснить отношения, – пояснил Рилл.

– Это противоречие может свести его с ума, – сказала Льетта, становясь так близко, что их плечи соприкоснулись.

Широкая ладонь Рилла легла на выпуклую ягодицу. Их отношения заметно изменились.

К утру обнаружили, что зверек лежит на полу клетки и задыхается. Вдоль шва на спине образовалась цепочка язв, от которых во все стороны тянулись красные прожилки. Тиана ощущала его страдания, словно свои собственные.

– Прекратите его агонию, – просила она. – Ни одно живое существо не заслуживает таких страданий.

– Что-то не так, Рилл, – произнесла Льетта, обнимая лиринкса за бедра. – Может, нам убить его и возродить снова?

– Два создания просто еще не прижились в одном теле.

Рилл тоже обнял свою напарницу, опустив ладонь пониже талии. Тиана не могла понять, нравится ей или отталкивает такая открытая демонстрация.

– Я считаю, просто наступил кризис и все может решиться в несколько минут, – сказал Рилл, подойдя ближе к клетке. – Тиана, дай мне как можно больший поток энергии. Я попытаюсь ускорить процесс интеграции.

– Мне это не нравится. – Льетта положила свою мягкую руку на его плечо. – Мы рискуем нарушить его психику. Лучше создать новое существо, чем вытаскивать то, которое мы, вполне возможно, не сможем держать под контролем.

Рилл заглянул ей в глаза:

– Давай сначала попробуем, хорошо? Если попытка не удастся, убьем его и начнем заново. – Рилл положил обе руки на клетку, но поле не появлялось. – В чем дело, Тиана?

Она не могла отвести глаз от несчастного животного.

– Это неправильно. Дайте ему умереть!

– Создай ауру в клетке! – резко приказал Рилл.

– Я больше не буду вам помогать!

Рилл вне себя от ярости одним прыжком подскочил к Тиане и вырвал амплимет из рук. Один из его когтей задел ладонь, и Тиана услышала щелчок, словно порвалась ее связь с кристаллом. Лиринкс грубо швырнул ее на стул.

– Нет. Это зашло слишком далеко, – прошептала Тиана, глядя на яркие капельки, сочившиеся из оцарапанной ладони.

На этот раз Тиану заперли в особой круглой комнате у самого основания скалы. В комнате не было окна, и жара скоро стала непереносимой. В совершенно голом помещении с потолка свисал крючок. Рилл подвесил к нему амплимет и запер за собой дверь.

Тиана уселась на пол, но он был настолько горячим, что пришлось встать. Она не отрывала глаз от амплимета, находящегося всего в каких-то четырех спанах от нее, но абсолютно недосягаемого. Тоска по кристаллу обрушилась на нее со всей силой, так что Тиана закричала от горя и боли.

Двадцать шесть часов провела она в этой комнате, беспокойно расхаживая взад и вперед. Ни сесть ни лечь она не могла. Если слишком долго оставалась на одном месте, ноги начинали болеть. Она не могла спать, изнемогала от жары, а луч амплимета, казалось, прожигал затылок. Несколько раз Тиана засыпала стоя, но агония не прекращалась. С каждой минутой становилось все тяжелее, и недалек был тот момент, когда она сдастся, как и всегда.

Это произошло утром второго дня. Тиана принялась колотить ногами в дверь.

– Я согласна. Отведите меня к Риллу, – сказала она вошедшему лиринксу.

Зверек все еще лежал на полу клетки и тяжело дышал. Он выглядел похудевшим, равно как и Рилл, не отходивший ни на минуту от своего создания. Льетты в лаборатории не было, ее отозвали для работы в другом помещении. Рилл постоянно оглядывался, словно хотел что-то спросить.

Тиана взобралась на стул и мысленно погрузилась в волны энергии, окружавшие и пронизывающие огромную магнитную скалу. За последние несколько недель она научилась без труда извлекать необходимую энергию, но ясно понимала: это все равно, что черпать наперстком из водопада. Вокруг нее был океан энергии, в миллионы раз превосходивший ее возможности. Малейшая ошибка – и она мгновенно превратится в пепел.

– Поторопись, – бросил Рилл. – Он слабеет.

Рилл осунулся, словно высох, даже кожа повисла мешковатыми складками.

Тиана каплю за каплей стала подавать энергию в прутья клетки из метеоритного железа. Появилось облачко ауры. Рилл мгновенно почувствовал облегчение. Так они проработали весь вечер, хотя Тиана и не понимала, что именно делает Рилл. К полуночи красные прожилки от язв потускнели, а сами болячки стали затягиваться и пропадать. Тиана и Рилл продолжали работать до самого рассвета и большую часть следующего дня. Только при свете заходящего солнца, заглянувшего в комнату, Рилл объявил перерыв. Существо еще пару раз дернулось, а потом спокойно заснуло. Кризис миновал.

Тиана была настолько измучена двумя бессонными ночами, что даже не нашла сил стащить с головы шлем. Она буквально упала на металлический пол лаборатории. Казалось, вместе с потоком энергии из нее ушли последние силы.

– Отнести тебя в комнату? – спросил Рилл, склоняясь над ней.

Тиана подложила руки под голову, свернулась калачиком и закрыла глаза.

– И так удоб…

Над болотистой равниной взошла луна. Призрачный свет отливал медью в бесчисленных прудах, некоторые из них не больше скатерти. Преследователи петляли где-то между ними.

Тиана сидела на заросшем тростником холмике, единственной возвышенности в этой плоской местности. Но и этот холмик качался под ней, словно мокрый плавучий стог сена. И никакой тропинки через трясину! Никакого спасения!

Глаз уловил вдалеке какое-то движение. Отражение луны в одном из прудов на миг исказилось, словно кто-то неосторожно потревожил гладкую поверхность воды. Она целую вечность вглядывалась в эту точку. Мерцание не повторилось. Но как только Тиана отвлеклась, сначала слева, а потом справа что-то мелькнуло. Она встревоженно огляделась, но ничего не увидела. Все покрывала непроницаемая темнота.

Тиана обернулась назад. Мерцание разливалось по поверхности прудов, и эти вспышки быстро приближались.

Луна поднялась повыше. Холодный ветерок заставил Ти-ану вздрогнуть. Она выпрямилась во весь рост и наблюдала за дрожащими отражениями. Вот ее ухо уловило далекий всплеск потревоженной воды. Вот он стал громче, напомнил о плеске огромных колес, подающих воду в рыбные садки на прибрежных прудах под Тикси.

Вот он появился – вытянутое тело шлепнулось в воду всего в пятидесяти шагах от ее холмика. Мощные ноги действовали, словно весла, далеко разбрызгивая потоки воды. В лунном свете блеснули кончики шипов. Чудовище напоминало ей создание Рилла, но оно уже сильно выросло. Продолговатая голова, пасть, полная зубов, покрытые шипами бока и спина, острый шип на конце толстого хвоста. Но страшнее всего были глаза, в которых светился разум.