Башня над пропастью - Ирвин Ян - Страница 92

В полдень они разбили палатку и отдыхали до ночи, а затем снова двинулись вперед. При лунном свете они шли довольно быстро и вскоре добрались до соляных равнин. Сначала соль под ногами походила на свежевспаханное поле, но дальше поверхность равнины стала гладкой и скрипела при каждом шаге. Кое-где на их пути встречались соляные горы, в которых даже были пещеры.

У одной из таких соляных пещер они и устроили следующий привал. Карана спросила Шанда об их маршруте, и он начал рассказывать, чертя схему ножом на соли.

— Это самое опасное предприятие, в которое ты когда-либо пускалась, — заявил он. — Четыре меха с водой на восемь дней! Много людей умерло, пытаясь пересечь это море. Но ты не могла выбрать себе лучшего проводника. Думаю, мы туда попадем.

— Хвастун!

— Карана, вставай! Нас преследуют!

Карана сонно оттолкнула руку Шанда, и его слова не сразу дошли до ее сознания.

— Что?

— Я их видел. Будут здесь через полчаса. Не можешь ли ты почувствовать, что они замышляют?

— Где? Кто? Гаршарды? — От ужаса она говорила односложно. Только не гаршарды! Ей это больше не вынести!

— Не думаю. Ты что-нибудь чувствуешь? — Карана напряглась, но ничего не ощутила.

— Тут что-то другое. За день до твоего исчезновения в пещерах Эшмода прилетел почтовый скит.

— Что?! — Она смотрела на Шанда, вне себя от гнева. — Почему же ты мне не сказал? Меня несколько дней беспокоило, что кто-то идет за нами по пятам.

— После того, что случилось, мне не хотелось тревожить тебя понапрасну, — оправдывался он. — Но я выяснил, кто прислал скита. Это был Иггур!

— Иггур! Это плохо. Ничего от меня не скрывай! Я не собираюсь возвращаться — лучше умру!

— Вздор, — спокойно произнес Шанд. — А как же Лиан? Кто вызволит его из беды, если ты сейчас сдашься? Давай решим, что делать. Их всего двое.

— Двое! А мы практически безоружны.

— Прятаться бесполезно. Отнеси свои вещи в пещеру и тщательно замети за собой следы.

— Что ты им скажешь?

— Что-нибудь придумаю. Возможно, скажу, что ты утонула.

Карана содрогнулась, взглянув на зеленую воду.

— Если меня схватят или убьют, — бодро продолжал Шанд, — ты должна вернуться в Эшмод. Не вздумай идти в Катадзу одна.

— Разумеется, я пойду дальше, — возразила Карана. — Дай мне карту.

— Я еще не умер, — рассмеялся Шанд, отталкивая Карану.

Преследователей было двое — мужчина и женщина. Оба высокие, худощавые, в потрепанной одежде.

— Я Гвоссела Сну, сержант из Эшмода, — представилась женщина. — Прейд — мой констебль. У меня ордер на арест рыжеволосой женщины, которая покинула город вместе с тобой. — Она развернула лист бумаги, чтобы Шанд мог прочитать. Тут был и рисунок, на котором довольно сносно была изображена Карана. — Ордер пришел из Туркада, на нем печать самого Иггура. А вот подпись мэра Эшмода. Где Карана Ферн из Готрима?

— Мертва, — лаконично ответил Шанд.

Карана, спрятавшаяся за выступом соляной горы, почти ничего не слышала из их разговора, но уловила слово «мертва», от которого похолодела.

— Увы, прошлой ночью мы шли в темноте, когда прохладнее, и она свалилась в соленое озеро и утонула, — печально произнес Шанд.

— Как тебя зовут?

— Мое имя Шанд, я из селения Туллин, располагающегося недалеко от Чантхеда, на Мельдорине.

— Утонула, говоришь. Тогда мы должны видеть тело, — сказал мужчина.

— Оно опустилось на дно. — Тут Шанд осознал свою ошибку и добавил: — Не в этом озере, а в одном из тех, вдали.

Последовало долгое молчание.

— В такой воде тело не может утонуть, — медленно произнесла женщина. — Она слишком соленая. — Гвоссела Сну с подозрением взглянула на Шанда. — Покажи нам озеро, в которое, как ты говоришь, она упала.

Поблизости было только два соленых озера, но следы не вели ни к одному из них.

— Ты лжешь, — холодно оказала Гвоссела Сну. — Взгляни, у него на рукаве кровь! — обратилась она к своему коллеге.

— Мой нос, — слабо возразил Шанд, но мужчина уже связывал ему руки.

Женщина осмотрела его рукав, даже понюхала.

— Шанд из Туллина, я обвиняю тебя в убийстве Караны Ферн из Готрима.

Привязав Шанда к соляному столбу, они тщательно обыскали площадку лагеря, даже тыкали палкой в зеленую воду. Вскоре Прейд наткнулся на то место, где Карана упала в темноте вчера ночью и разбила нос.

— Я нашел… вот где он сделал свое черное дело. Грязный убийца! — воскликнул он.

— Итак, — обратилась к Шанду женщина, — ты протащил ее весь этот путь и потом убил, бедняжку. Интересно, что у нее было такого ценного, из-за чего ты ее убил? Ты сознаешься? Нет? Неважно. Ты заколол ее, не правда ли, и, привязав к телу камень, бросил в воду? Сомневаюсь, что нам удастся ее найти: эти озера бездонны. Жаль. За живую мы бы получили пять теллей, а за мертвую — один. Мы поспим до рассвета, Прейд, а потом повернем обратно.

Карана, скорчившаяся в крошечной расселине за горным выступом, попала в затруднительное положение. Смерть ее была доказана, но что же ей делать с Шандом? Даже если ей удастся его освободить, как избавиться от их преследования?

Ночью похолодало. Отхлебнув воды из меха, Карана смотрела вниз, на лагерь. Она умирала от голода, но ее рюкзак был далеко. Офицеры поели сами и покормили Шанда, затем женщина легла спать, а мужчина нес вахту. Через несколько часов они поменялись. Карана осторожно спустилась, двигаясь бесшумно.

Гвоссела Сну вздохнула, опустила голову на свою куртку и затихла. Карана проскользнула к столбу Шанда, но в этот момент женщина громко зевнула и поднялась. Карана тихонько выругалась. Ее план зависел от того, удастся ли ей освободить Шанда: с двумя ей одной было не справиться.

Карана замерла на месте. Женщина приблизилась к Шанду, проверила веревки, которыми он был связан, потом обошла лагерь. Не заметив Карану, она вернулась на свой пост. Карана не смела пошевелиться.

Наконец Гвоссела Сну снова зевнула и повернулась в другую сторону, устремив взгляд на Шанда. «Что же делать?» — подумала Карана. Она вытащила нож, зная, что не сможет хладнокровно убить женщину. Сердце ее гулко билось. Она подползла поближе и поднялась. Женщина была на целую голову выше Караны.

Подобравшись сзади, Карана зажала ей рот и нос и приставила к горлу нож.

— Не шевелись, — прошипела девушка. — Лечь на живот!

— Прейд! — закричала Гвоссела и ударила Карану сапогом по лодыжке.

Каране показалось, что ее лягнула лошадь. Девушка дернулась, нож выпал из руки. Она наклонилась поднять его, и в этот момент Гвоссела снова ударила ее. Карану отбросило в сторону.

Гвоссела Сну была большая и сильная — хорошо обученный офицер.

Карана увидела, как с земли поднимается Прейд.

— Шанд! — закричала Карана, метнувшись к нему.

Она споткнулась о рюкзак и швырнула его в женщину. Он угодил той по ногам, и Гвоссела упала. Каране удалось перерезать веревки.

— Бери на себя мужчину, — шепнула она старику, в то время как женщина, прихрамывая, уже направлялась в ее сторону.

Карана забежала за большую соляную глыбу и взобралась на него. Когда Гвоссела пробегала мимо, Карана прыгнула ей на спину, и та повалилась на землю. Карана приставила нож к горлу женщины, а когда Гвоссела напряглась, сильнее надавила на рукоятку.

— Я это сделаю, — задыхаясь, выговорила Карана, и ее противница вдруг затихла.

Опасаясь внезапной атаки, Карана прижала Гвосселу к земле коленом и, воспользовавшись длинными рукавами плаща женщины, связала ей руки за спиной. Получилось что-то вроде смирительной рубашки. В темноте слышались удары, сопение, выкрики и ругательства. Чья-то тень нависла над ней, и Карана резким движением откатилась в сторону, нащупывая нож.

— Это я, — задыхаясь, произнес Шанд.

Карана забрала сапоги противников. Обмотав ноги тряпками, они смогут добраться домой, но не отважатся преследовать их по соляной равнине. Шанд бросил оружие Гвосселы и Прейда в озеро.