Башня над пропастью - Ирвин Ян - Страница 115

Он сделал к ней шаг, Карана отступила, лихорадочно озираясь в поисках Лиана. Тот опирался о каменную глыбу у нее за спиной, держась за колено, разбитое при падении. Она схватила его за руку, и они пустились бежать среди каменных обломков, валявшихся по всей комнате.

В тишине слышны были лишь их шаги по усыпанному обрушившейся штукатуркой полу. Рульк преследовал их. Он был огромный, но двигался бесшумно, и только его дыхание было слышно у них за спинами.

Карана ужасно испугалась. Наступив на что-то, она посмотрела вниз и увидела свой нож, лежавший там, куда его отшвырнул Рульк. Она нагнулась за ним.

Ей почти удалось подобрать его. Окровавленная рукоятка обожгла ей пальцы, и тут невидимая сила отбросила нож. Они с Лианом побежали дальше.

— Остановись! — сказал Рульк. — К чему эти игры? Ты моя.

Карана не повиновалась. Она заметила слабое свечение между двумя колоннами — это было все, что осталось от врат, — и тут у нее зародился план. Если нет другого выхода, она убежит в Туркад, как это сделала Феламора.

— Остановись! — загремел Рульк, и Карана застыла на месте. Что же ей делать? Она увидела слева от себя Тензора.

— Тензор! — воскликнула она. — Вспомни тот день, двенадцать лет тому назад, когда все Стражи в Шазмаке зазвонили разом! Ты подошел к воротам Шазмака и впустил гордую девчонку в поношенном платье. Она сказала тебе: «Я пришла домой», и ты взял ее на руки. Я та девочка, Тензор, и я все еще люблю тебя. Разве ты меня не любишь? — Карана протянула к нему руки.

Рульк наблюдал за этой сценой, забавляясь, и наконец рассмеялся.

— Лучше бы тебе было задать этот вопрос до того, как ты разбила ему нос! — воскликнул он.

Ее призыв прорвался сквозь дурноту, напомнив Тензору о его безумии и его позоре. Он неожиданно сделал прыжок и очутился между Караной и Рульком, размахивая руками перед лицом Рулька. Но сказывалась дурнота: он двигался медленно, как немощный старик.

Рульк ударил его с презрительной жестокостью. Тензор упал на колени, обмякнув. Он попытался вновь подняться и даже схватил Рулька за ногу, но был отброшен, как надоевшая приставаниями собачонка. Карана заплакала и бросилась было на помощь Тензору, но остановилась: путь ей преградил Рульк. Она загнана в ловушку! Тензор лежал неподвижно, глядя на Карану.

— Оставь меня, — прошептал он. — Спасайся!

В отчаянии она огляделась. Все застыли, словно их парализовало, ни ей, ни Тензору ждать помощи было неоткуда.

— Пожалуйста, кто-нибудь!

После того, как досталось Тензору, никто не осмеливался пошевелиться. Сжав руку Лиана, Карана тащила его назад, озираясь по сторонам. Бежать было некуда. Она увидела на пороге Шанда, старого Шанда, который постоянно отрицал, что у него есть сила, но всегда был способен что-то предпринять в крайних обстоятельствах.

Но у Шанда был совсем неважный вид. Он прислонился к двери, измученный тем, что сделал прежде, придя на ее защиту. Как можно снова просить у него помощи? Но выхода не было.

— Шанд, — умоляющим голосом произнесла она. — Помоги мне!

Лицо Шанда исказилось от усилий, и он что-то начал делать руками. Пол завибрировал, но больше ничего не произошло.

— Попытайся снова, старый дурак! — заорал Рульк с презрительным смехом. Он повернулся к Каране.

Рульк мог бы протянуть руку и дотронуться до нее, но не делал этого, явно наслаждаясь погоней. Он играл с Караной, как кошка с мышкой. Она ступила на площадку павильона врат. И мгновенно между колоннами вспыхнул яркий свет.

«Почему бы и нет?» — подумала Карана. Больше идти некуда.

— Карана, не надо! — закричал Шанд через всю комнату.

Но было слишком поздно. Рульк бросился к Каране, и она отпрыгнула назад, в открытые врата, таща за собой Лиана. Последовали две яркие вспышки, и они с грохотом умчались, растаяв в воздухе.

С минуту никто не шевелился. Рульк снова громко рассмеялся.

— Если бы они знали, куда доставят их врата, они бы менее охотно в них вошли, — заметил он, вытирая глаза.

— Перемирие, Мендарк! — прошептал Иггур в то же самое время. — Ты можешь искупить свое давнее преступление. Помоги мне!

Мендарк старался выглядеть слабым и ничтожным: он тянул время, выжидая, когда Рулька можно будет поймать врасплох. Теперь он увидел, что пора. Мендарк знал, как освободить Иггура от власти Рулька; вообще-то он всегда знал это, что и было причиной их взаимной ненависти. Но их ненависть друг к другу была слабее, чем страх перед Рульком.

Приблизившись к Иггуру, Мендарк приложил пальцы к его голове.

Казалось, его пальцы проникают внутрь черепа. Взгляд Иггура стал бессмысленным, и он опустился на пол со стоном, бормоча что-то нечленораздельное.

Мендарк черпал знание и силы, которые были давно забыты и не использовались со времен Запрещенных Искусов. Он глубоко проник в сознание Иггура и сделал то, что следовало сделать тогда, — вырвал отравленную иглу.

— Иггур! — тихо прошептал Мендарк. — Сейчас у нас есть шанс.

Иггур встряхнул головой, изумленный и ослабевший. Наконец-то он был свободен! Но он не мог пошевелиться. Ничто теперь не сдерживало его — кроме собственных страхов, но он все еще был их пленником. Кошмар нельзя было так легко преодолеть. Он дрожал в руках Мендарка.

Мендарк, сознавая, что возможность почти упущена, отпустил Иггура и вскочил на ноги. Он был в ужасе, но скрывал это. Рульк во много раз превосходил его как противник — если только он готов к столкновению. А быть может, и не готов.

Переступив через Иггура, Мендарк оказался лицом к лицу с врагом. Это был самый смелый поступок в его жизни. Сделав глубокий вдох, он поднял руку и выкрикнул:

— Рульк! Иди-ка сюда, проверь свое мужество на мне. Ты колеблешься? Тогда попробуй вот это!

Рульк резко обернулся. Он покачнулся, потеряв равновесие, и Мендарк нанес удар, от которого Рулька отбросило назад. Но он быстро пришел в себя, произнес какое-то слово, от которого руки и ноги Мендарка конвульсивно задергались. Ноги двигались в безумном танце, все быстрее и быстрее.

Тут Мендарк вскрикнул и снова овладел своими руками и ногами. Он произнес заклинание, и пот выступил на лбу у Рулька. Тот попытался нанести ответный удар и от усилий схватился за сердце.

Мендарк побелел от напряжения и, пошатнувшись, опустился на одно колено.

— Давайте же, вперед! — призвал он остальных, вновь поднимаясь. Он сделал еще один шаг к Рульку, и вид у него был такой властный, как в пору своего расцвета.

При этом остальные, чувствуя, что ситуация изменилась, начали подтягиваться к Мендарку. Искалеченный Тензор стоял на коленях, но даже он протянул руку. Иггур, все еще изумленный, заставил себя встать. Мендарк помог ему, в то время как Оссейон подошел и стал поддерживать Иггура с другой стороны. Иггур был почти такой же огромный, как Рульк. Даже напуганные аркимы, казалось, несколько приободрились. Шанд прислонился к косяку, наблюдая и выжидая.

Рульк заколебался. Расстановка сил была не в его пользу. Он был окружен врагами. Даже понимая, что у них нет плана, Рульк начал отступать. Возможно, они тоже не готовы к бою и ему удастся сбежать. Он свободен! Это все, что имеет значение. Битва произойдет в другое время, в другом месте. Рульк отскочил назад, к разрушенным вратам.

— Он слаб! — закричал Шанд. — Атакуйте его, все вместе!

Мендарк оказался быстрее всех. Он сорвал новое Зеркало с колонны врат, и оно пролетело через всю комнату, ударившись о стену. Без Зеркала врата не действовали.

Рульк проскочил между двух колонн, обрушив их на своих преследователей, и, перепрыгнув через груду обломков, помчался вверх по лестнице. Мендарк снова оказался на высоте.

— За ним! — заорал он и, увернувшись от падающей колонны, побежал за Рульком. Другие последовали за ним — Иггур и Оссейон, свора аркимов и Шанд. Два аркима несли Тензора на носилках, которые только что собрали.

Скоро Рульк начал спотыкаться: Ночная Страна обессилила его. На двенадцатом уровне преследователи чуть не нагнали его, но он швырнул в них каменную глыбу, обломок стены, и понесся наверх.