100 великих городов мира - Ионина Надежда Алексеевна - Страница 123

После смерти Петра I каждому позволили жить, где ему хочется, и многие вельможи поспешили покинуть город. Елизавета Петровна почти все время жила в Москве, и Санкт-Петербург до того запустел, что многие его улицы даже заросли травой, а значительная часть домов развалилась. Время от времени принимались принудительные меры, чтобы пополнить население столицы, но все было напрасно. В 1729 году велено было вернуть на житье в Петербург всех выехавших из него купцов, ремесленников и ямщиков с их семействами; за неисполнение указа грозили конфискацией имущества и даже каторгой. Елизавета Петровна, чтобы заселить Петербург, высылала в город на жительство всех не помнящих родства, то есть попросту бродяг. Таким образом, в городе образовались шайки разбойников, которые своими действиями наводили ужас на простых обывателей. Грабители были до того дерзки, что в 1740 году убили даже часового в крепости и похитили казенные деньги.

Почему же русские люди не хотели селиться в новой столице? Может быть, отчасти потому, что, выбранная Петром I местность была весьма удобной для торгового порта, для столицы же казалась крайне невыгодной. Едва ли не с самого момента основания города стала складываться легенда о Петербурге как о призрачном городе, о его «нереальности» и несвязанности с историей страны. В 1845 году в статье «Петербург и Москва» В.Г. Белинский писал: «О Петербурге привыкли думать, как о городе, построенном даже не на болоте, а чуть ли не в воздухе. Многие не шутя уверяют, что это город без исторической святыни, без преданий, без связи с родною страною — город, построенный на сваях и на расчете».

Российский литературовед Л. Долгополов в своем исследовании «Миф о Петербурге и его преобразование в начале века»[61] писал, что в преданиях Петербург уподобляется живому существу, которое вызвано к жизни роковыми силами и столь же роковыми силами может быть опять низвергнуто в прародимый хаос. Аркадий Долгоруков, герой романа Ф.М. Достоевского «Подросток», признается, что его преследует страшное видение.

«А что, как разлетится этот туман и уйдет кверху, не уйдет ли с ним вместе и весь этот… город, подымется с туманом и исчезнет, как дым, и останется прежнее финское болото…»[62]

Французский философ Д. Дидро писал: «Столица на пределах государства — то же, что сердце в пальцах у человека: круговращение крови становится трудным, а маленькая рана — смертельною». На протяжении своей истории Санкт-Петербург пережил много ран — и больших, и маленьких: страшные наводнения и пожары, грозные годы революции и столь же грозные 1930-е, страшную блокаду… Он начинался как Санкт-Петербург, был потом Петроградом, Ленинградом, снова стал Санкт-Петербургом и теперь готовится отметить 300-летие со дня своего основания.

САН-ФРАНЦИСКО

В марте 1776 года в северной части полуострова, где расположен сейчас город Сан-Франциско, был основан пресидио — первый испанский военный форт и первая католическая миссия — миссия Долорес. На сорока безымянных холмах росла пахучая трава «Uerba buena», так назвали и первое поселение, возникшее здесь в 1835 году — «Йерба буена» («Добрая трава»).

В 1846 году этим поселением завладели американцы, которые в надежде на благосклонность небес переименовали его в Сан-Франциско — в честь Франциска Ассизского. Сначала в поселке жило всего несколько десятков человек, и его экономическая активность была меньше, чем в крепости Росс, заложенной в 120 километрах севернее Российско-американской компанией для промысла морского зверя и торговли пушниной.

Но святой Франциск не подвел: через два года здесь было обнаружено золото, и в безвестный до того калифорнийский поселок с населением всего 500 человек ринулись тысячи искателей счастья. Если в 1848 году безвестный порт посетило всего 15 судов, то в следующем году — уже 755. Железной дороги здесь тогда еще не было, но саманный поселок с молниеносной быстротой превращался в город и вскоре уже стал портом мирового значения. Через пять лет Сан-Франциско насчитывал уже 50000 жителей.

Чтобы не спать в палатках или под навесами, переселенцы привозили с собой сборные дома: хотя леса вокруг было предостаточно, но люди спешили на поиски золота. Несколько сотен судов, на которых прибыли переселенцы, тоже служили жильем, ресторанами и даже тюрьмой. Люди самых разных национальностей участвовали в становлении Сан-Франциско, и потому в результате десятилетий «золотой лихорадки» он превратился в город многочисленных религий, языков и культур.

Разработкой первого градостроительного плана Сан-Франциско занимался ирландский инженер Д.О. Фаррел. Он задумал создать в городе большой бульвар по типу Елисейских Полей в Париже и поэтому, несмотря на многочисленные протесты, прочертил широкую Маркет-стрит по диагонали к уже проложенным улицам. Она и стала центральной магистралью города.

В 1856 году французский архитектор Версеман переправил со своей родины дом и по его образцу построил в Сан-Франциско еще несколько. Подобным образом появлялись дома из Голландии, Англии, Шотландии; вместительные здания под рестораны в 1850-х завозили из Бельгии, а дома из гранита строили исключительно китайцы, так как только они могли прочитать инструкцию, прилагаемую к прибывавшим из Китая каменным блокам.

Разбогатевшие горожане приглашали для строительства своих особняков обычно архитекторов с мировым именем. Город рос, развивался и хорошел; в нем возводились великолепные здания общественных учреждений и гостиниц, промышленных корпораций и банков. Причем в банках оседало не только золото, но и серебро, обнаруженное в 1859 году в соседнем штате Невада.

В архитектурном отношении Сан-Франциско представлял собой причудливую смесь старых и новых зданий. Многие из них были возведены без какого-либо учета возможных стихийных бедствий, а ведь рядом с городом проходит разлом Сан-Андреас — своего рода гигантский «шрам», протянувшийся через разнородные природные области. Со времени своего основания Сан-Франциско пережил немало землетрясений, во время некоторых из них были даже небольшие разрушения. Но о серьезной опасности никто из жителей города не думал.

Ранним утром 18 апреля 1906 года тоже ничто не предвещало беду: погода накануне была прекрасная, теплый вечер привлек в парки и театры массы народа, рестораны и кафе даже за полночь были полны посетителей. Метеорологи предсказали ясную, спокойную погоду, и день обещал быть нежарким. Но в 5 часов 11 минут по местному времени раздался первый удар, от которого проснулись многие жители; за ним последовали второй — самый сильный и разрушительный, после него еще целый ряд сотрясений, но уже более слабых.

Страшный гул и треск лопающихся зданий, как сокрушительный смерч, прокатился по улицам. От подземного удара, продолжавшегося всего 40 секунд, зашатались многоэтажные здания, вздыбились переулки, обрывались линии электропередачи, лопались газопроводные и электропроводные трубы… Корежился асфальт, из мостовой вылетали булыжники, разрывались трамвайные рельсы, опрокидывались вагоны и автомобили. Гигантское облако пыли взметнулось в небо и затмило солнце. Внезапно наступившая темнота окутала весь Сан-Франциско, и только ярко и тревожно вспыхивали яркие зарева пожарищ. Красавец-город, расположившийся в уютной зеленой бухте, город-курорт в считанные секунды превратился в пылающие развалины…

В память об этом землетрясении каждый год 18 апреля в 5 часов 11 минут утра у «фонтана Лотты», расположенном на Маркет-стрит, собираются жители Сан-Франциско. По давней традиции они отправляются красить «золотой гидрант», через который трое суток беспрестанно подавали воду для тушения пожара.

Город возродился очень быстро, и уже в 1915 году принял Панамско-Тихоокеанскую выставку, проводившуюся в честь открытия канала. В начале XX века в Сан-Франциско стали возводить и первые высотные здания, многие из которых и сегодня украшают центр города. Сердцем финансового квартала является лес небоскребов, возведенных из стекла, стали и бетона. Одним из символов города стало здание корпорации «Трансамерика» — пирамидальное сооружение, построенное в 1972 году.