Сто лет тому вперед - Булычев Кир - Страница 40

– Так я тебе и поверил! – сказал Весельчак У. – Если плохо придется, ты меня сразу продашь.

– Как и ты меня, – ответил Крысс. – Смотри, что это?

К скверу подъехал большой фургон с надписью «Киносъемочная». Фургон затормозил, из него выскочили молодые люди, которые вытащили прожекторы и потянули кабели. Подъехали другие машины.

Прожекторы, несмотря на яркий солнечный день, установились лучами в окна выходившего в сквер старинного особняка. Приехал автобус, полный драгун и гусар в киверах.

Юркий мужчина в громадных очках закричал в мегафон:

– Где Наполеон? Где Наполеон, я спрашиваю!

– В буфете остался, – сказала гордая красавица в платье до земли. – Наверно, на автобус опоздал.

– Ну что ты будешь делать! – воскликнул человек в очках. – Как вы прикажете мне снимать без Наполеона?

– Едет, едет! – закричали окружающие.

Подъехало такси. Из такси вышел Наполеон. Правда, пираты, по необразованности и потому, что родились на другой планете, полагали, что Наполеон – это должность.

– Иван Семенович! – воскликнул человек в больших очках. – Ты меня без ножа режешь!

Крысс насторожился. Он был коллекционером. Коллекционировал пытки.

– Никогда, – ответил Наполеон, сорвал треуголку и сел на барабан. – У меня мигрень.

– Не может быть! Но ведь ты уже приехал! – человек в очках был возмущен, растерян, но не терял надежды.

– А я не приехал, – сказал Наполеон. – Я только предупредил тебя и поехал в поликлинику.

С этими словами Наполеон сел в такси. Его строгий профиль в окошке такси был непреклонен.

– Все, – сказал человек в очках, глядя вслед машине. – День погиб! – он воздел к небу руки и произнес: – Полцарства за Наполеона!

– Не беспокойтесь, Ниткин, – сказала дама в длинном платье. – Не переживайте. Он не стоит вашего мизинца.

И тогда из кустов вышел Наполеон, ничем не отличавшийся от уехавшего.

– Сколько стоят ваши полцарства? – спросил он у Ниткина голосом Ивана Семеновича.

– Что такое? Что такое? – удивился Ниткин. – Как можно? Ты же только что уехал! Это что, шутка, что ли? Если шутка, то плохого тона.

– Я другой Наполеон, – сказал Крысс. – Несите полцарства.

Он сел на барабан, потому что думал, что это занятие всех наполеонов, а вокруг собралась киногруппа, и никто ничего не мог понять.

В этот момент из кустов выплыл Весельчак У.

– Могу засвидетельствовать, – сказал он. – Мой помощник может скопировать кого угодно. У него талант.

– Не верю! – закричал Ниткин. – Не верю! Докажи, что ты не Иван Семенович, который уехал, бросив нас на произвол судьбы.

– Одну минутку, – сказал Крысс.

Он провел перед лицом ладонью и превратился в самого режиссера Ниткина.

– Убедительно, – сказал режиссер. – Какое перевоплощение! Где же я видел это неприятное лицо?

– Это вы, Ниткин, – подсказала дама в длинном платье ангельским голосом.

Остальные захихикали. Режиссер строго сказал:

– Все по местам, начинаем съемку!

– Нет, – сказал Весельчак У, – сначала о деньгах. Как платить будете?

– По ставке, – ответил режиссер. – Как за массовку.

– А это много? – спросил Крысс.

– Ну, как вам сказать...

– Тогда платите мне столько, сколько получал ваш старый Наполеон.

– Но это невозможно... Он заслуженный артист...

– Ах, невозможно? – сказал Крысс.

– Стойте! Платим. Я буду вам всю свою зарплату отдавать. Искусство важнее.

– И мне, – сказал Весельчак У.

– А вам за что? – удивился режиссер.

– Мой помощник один не работает.

– Это правда? – спросил режиссер.

– Он шутит, – ответил Крысс. – Я без него отлично работаю. А он найдет себе другую работу. У вас найдется для него работа?

– Что ж... – режиссер посмотрел на Весельчака: – Как у вас по части силы?

– Я сильный, – скромно сказал Весельчак У. – Одной левой укладываю трех склиссов.

Режиссер не знал, конечно, кто такие склиссы, но кивнул. Режиссер должен все знать.

– Будете ставить декорации.

– И получать, как Наполеон, – сказал Весельчак.

– Ни в коем случае! – возмутился Крысс. – Он недостоин.

– Ах так! – сказал Весельчак. – Тогда я ухожу. И если сам найду, не надейся, что поделюсь.

– Товарищи артисты, – сказал Ниткин, – мы все утрясем. Не беспокойтесь!

С тех пор пираты работали в киногруппе. Крысс заменял по очереди всех заболевших актеров, а иногда ему просто показывали фотографию, и он изображал кого надо. Режиссер Ниткин отдавал ему всю зарплату, а сам брал деньги взаймы у ассистентов. Но пираты завтракали и ужинали в ресторане, пили коньяк, ездили на такси, им вечно не хватало денег, и они воровали со съемочной площадки ценные приборы. Два раза их ловили за этим делом, но прощали, потому что Крысс был великим дублером – он мог изображать Наполеона, генералов, солдат, светских красавиц, старых монахов, детей, лошадей и даже верного Гастона, любимого пса маршала Мюрата.

Крыссу льстило, что все с ним носятся как с писаной торбой, зовут по имени-отчеству – Крысс Крокрысович – и приглашают в следующую картину Ниткина «Кощей Бессмертный». Он даже подумывал, не остаться ли ему в кино. Но Весельчак, который занимался физическим трудом и был работой недоволен, не давал Крыссу всерьез увлекаться искусством и после съемок тащил на поиски Алисы и Коли.

С каждым днем пираты сужали круги вокруг своих жертв. Со своим опытом охоты за людьми они должны были вот-вот их найти.

14. СТРАННАЯ ДЕВОЧКА

Вечером Юлька зачем-то подошла в окну и воскликнула:

– Вот это да!

– Что там такое? – спросила Алиса.

– Ты не поверишь! Погляди.

Но Алиса не сразу подошла к окну. Она спросила еще раз:

– Все-таки скажи, Юлька, что ты там видишь.

– Да не бойся, это не пираты, – засмеялась Юлька. – Там внизу стоит Наполеон Бонапарт в треуголке. Под самым фонарем. Меня увидел и машет рукой. Вот умора!

Алиса так и не подошла к окну. Она спросила:

– А у вас что, Наполеоны часто гуляют по улицам?

– Зачем же пиратам так странно одеваться? – ответила Юлька.

– А я читала, что когда-то давно охотники в Африке одевались по-дурацки, любопытные страусы к ним бежали со всех сторон, поглядеть на чудо. Тут страусов и пристреливали из лука.

Юлька отошла от окна.

– В самом деле, зачем человеку одеваться Наполеоном и стоять под моим окном?

– Я тебе скажу зачем. Что бы я делала на месте пиратов? Стала бы проверять мои связи. Вспомнила бы, что я лежала в палате с одной девочкой, которая очень отважно вела себя, когда напали пираты. Может быть, Алиса все этой девочке рассказала. А если Алиса рассказала, может, она потом к этой девочке убежала. Как ты думаешь, логично?

– Знаешь что? Я позвоню Алику Борисовичу.

– Зачем? Твоя мама с ним уже сегодня разговаривала по телефону.

– А я спрошу, не искал ли кто-нибудь мой адрес.

– Это ничего не изменит, – сказала Алиса. – Если они тебя выследили, то скоро жди гостей. И зачем я только тебя впутала в эту историю!

– Кого впутала и в какую историю? – спросила Наташа, входя в комнату. – Вы что-то, девочки, секретничаете, а меня в свою компанию брать не хотите.

– Нет, что ты, мама! – сказала Юлька. – У нас нет таких секретов.

– Если нет, неси чай, – сказала Наташа, – и зови бабушку.

Когда уже пили чай, Наташа вдруг вспомнила:

– Я сегодня с вашим Аликом Борисовичем разговаривала. Он сказал, что какой-то мальчик приходил в больницу, спрашивал Юлькин адрес. Когда же ты успела поклонником обзавестись?

– Нет у меня никаких поклонников! – возмутилась Юлька.

Алиса под столом наступила ей на ногу.

– Ой! – сразу поняла Юлька. – А как он выглядел?

– Я не поинтересовалась.

В дверь позвонили.

Юлька хотела вскочить, но Алиса удержала ее.

– Ну, что же вы? – спросила Наташа. – Открывайте, девочки.

– Мама, – попросила Юлька, – открой, пожалуйста, и если это Наполеон, скажи, что меня нет дома.