Тьма перед рассветом (И никакая сила в мире...) (Другой перевод) - Макбейн Лори - Страница 125

— Бесс, ты —

— Ну, не можем же мы позволить, чтобы вымокли до костей! — решительно оборвала мужа Рея. Удар грома, за которым последовал целый потоп, почти заглушил её слова. — И подумайте о бедном Бристольце! Если вы не хотите, чтобы он окончательно охромел, тогда нужно немедленно наложить ему на ногу горячий компресс. Думаю, нужно показать его Клосону! Он работал вместе с Баттериком, а тот свое дело знает отлично — недаром столько лет заведовал нашими конюшнями в Камаре. Не беспокойтесь, леди Бесс, ваша лошадь попадет в надежные руки, — приветливо продолжала Рея, окончательно смутив Бесс Сикоум. Но трудно было отрицать правоту юной женщины, к тому же и дождь с каждой минутой становился все сильнее.

— Благодарю вас, — прошептала чуть слышно Бесс сквозь плотно сжатые губы. — Энн, ну-ка быстро, садись за спину к брату, — велела она. Бесс с самого начала решила, что дети смогут ехать вдвоем, а она сядет на лошадь Энн.

— Думаю, будет лучше, если Энн поедет с одним из нас, — предложил Данте, чувствуя, как с каждой минутой лошади становятся все беспокойнее, а узкая тропа, которая вела круто вверх к вершине холма, была серьезным испытанием даже в безоблачный день. Теперь же, когда вокруг громыхал гром, лошадь с юным, неопытным всадником легко могла испугаться. — И я думаю, будет спокойнее, если кто-то возьмет под уздцы лошадь Чарльза, пока она не успела встать на дыбы и не понесла.

Данте оглянулся и принял решение. — Алистер, посади Энн перед собой и поезжай вперед. Френсис, возьми поводья и следуй за Алистером. Рея, а ты держись возле меня. Бесс, ты поедешь за нами на лошади Энн и поведешь Бристольца. — Данте отдавал приказания, по привычке ожидая полного повиновения. Но он не учел тот факт, что не в привычках Бесс было слушаться, а также того, что она отнюдь не намерена была слушаться именно его, Данте Лейтона. Бесс не сдвинулась с места.

— Какого дьявола ты считаешь, что имеешь право …

— Давай, Бесси, пошевеливайся, — нетерпеливо рявкнул он, видя, что она по-прежнему продолжает сверлить его яростным взглядом. Ну и черт с ней, пусть пеняет на себя! Не тратя времени на бесполезные пререкания, он легко выхватил Энн из седла и усадил на лошадь перед Алистером. Потом так же легко кинул кипевшую от возмущения Бесс на спину коня Энн.

Сердце Бесс болезненно сжалось, когда она почувствовала, как эти сильные руки обхватили её за талию, когда она вновь почувствовала его запах, тот, что она не в силах была забыть все эти долгие одинокие годы даже в объятиях мужа. Гарри всегда отдавал предпочтение духам со сладким, одуряющим ароматом, которыми поливал себя с головы до ног, хотя они и были бессильны заглушить отвратительную вонь его табака, без которого он не мог обойтись и дня. А от Данте исходил тот же слабый, тонкий запах каких-то специй, который Бесс слишком хорошо помнила.

От Реи не ускользнул горячий, жадный взгляд, которым подарила её мужа Бесс, когда он взял её на руки, и она вдруг почувствовала моментальный укол ревности. Не нужно было уметь читать чужие мысли, чтобы догадаться, что Бесс по-прежнему без памяти влюблена в него.

Впрочем, Данте, казалось, ничего не заметил. Он быстро усадил Бесс на лошадь и передал ей поводья, как только убедился, что она крепко сидит в седле, вдев ноги в стремена.

Они потратили уйму времени, карабкаясь по узкой тропе, ведущей в Мердрако, и Данте мысленно пообещал проследить, чтобы в скором времени к дому вела хорошая дорога. Еще старый маркиз незадолго до смерти собирался построить широкую, удобную дорогу к дому, но потом сэр Майлз не выказал ни малейшего интереса заниматься этим. Но теперь, глядя вниз, где огромные, бушующие волны с грохотом бились о черные скалы, Данте дал себе слово немедленно заняться этим.

По мере того, как они приближались к дому, до них все чаще долетал ароматный и такой уютный запах дыма. Вот, наконец, вдалеке приветливо засверкали огоньки и Рея представила, как Кирби уже позаботился поставить на столик у жарко горящего камина поднос с горячим шоколадом и теплые, только что испеченные булочки. Она вдруг почувствовала, как прекрасно было бы сейчас прижать к груди мягкое тельце сонного Кита, слышать, как хихикают Робин с Конни и носятся по всему дому, играя в прятки. Да, похоже, она уже привыкла считать Мердрако своим домом.

Как и положено заботливому слуге, которым он всегда и был, Клосон терпеливо дожидался их возвращения с озабоченным выражением юного, почти мальчишеского лица. Впрочем, Френсис знал его слишком хорошо, чтобы его можно было обмануть. Скорее всего, того больше волновали лошади, а отнюдь не сами хозяева. И он ничуть не удивился, глядя, как изменилось лицо конюха при виде хромающего, покрытого тяжелой попоной вороного жеребца — выражение восторженного изумления и восхищения быстро сменилось искренней жалостью.

Они оставили его отдавать приказы засуетившимся лакеям и грумам — в эту минуту парень поразительно напоминал старика Баттерика.

— Ах, милорд, миледи, как хорошо, что вы наконец вернулись, — с облегчением приветствовал их Хьюстон Кирби, который уже битый час то бросал тревожный взгляд на быстро сгущавшиеся над горизонтом тучи, то беспокойно вглядывался вдаль, ожидая возвращения хозяев. Конни и Робин, негодные мальчишки, все-таки угодили под дождь.

— Как Кит? — с тревогой спросила Рея. Сбросив шляпку, она стряхнула с неё дождевые капли.

— Спит, как и положен невинному малышу, миледи, — с широкой улыбкой отозвался Кирби. Впрочем, улыбка эта быстро увяла, стоило ему заметить за спиной Данте силуэт стройной, темноволосой женщины в шляпе, увенчанной багрово-алыми перьями.

— А Конни и Робин? Надеюсь, им не пришло в голову отправиться на прогулку? Они могут попасть под дождь, — спросила Рея, стягивая с рук перчатки и оглядываясь по сторонам, рассчитывая увидеть обоих мальчиков возле жарко горевшего огня.

— Должен признаться, миледи, изрядно мне пришлось поволноваться по этому поводу. Они ушли уже довольно давно, а я, видите ли, замечаю, что погода портится с каждой минутой. Я уж и на башню поднимался, чтобы заранее увидеть вас, а заодно и посмотреть, куда подевались наши сорванцы, но их и след простыл. А не так давно заявились домой оба, мокрые до нитки, — подтвердил Кирби худшие опасения Реи, — и получаса не прошло, как я их впустил. А уж дрожали и зубами клацали, будто повстречались с привидением! Да, миледи, посмотри вы на них — и сами бы решили, что ребята побывали в преисподней, на них просто лица не было! — хмыкнул Кирби, вспоминая, как оба мальчугана с круглыми от пережитого ужаса глазами прокрались в дом через черный ход, оставляя за собой на полу огромные лужи.

— Где же они были? — с любопытством спросила Рея, но глаза её, не отрываясь, следили за тем, как Бесс сделала несколько шагов вперед и оказалась совсем рядом с Данте, который грелся у камина. Ее темные глаза смеялись ему прямо в лицо, она пробормотала вполголоса что-то смешное, по крайней мере, Данте усмехнулся и чуть наклонил голову, прислушиваясь к тому, что она шептала едва слышно.

— Обследовали близлежащий лес, по крайней мере, так говорят, — ответил Кирби, сокрушенно покачивая седой головой. — Я сам проследил, миледи, чтобы они переоделись в сухое.

— Вы думаете, они и в самом деле были в лесу? — с сомнением протянула Рея. По опыту она хорошо знала, что слова Робина далеко не всегда соответствовали истине.

Кирби насмешливо фыркнул и вдруг, неожиданно для самого себя, заявил, — Ах, миледи, да я так переволновался, что ни о чем и думать не мог в ту минуту. Рад был без памяти, что они вообще нашлись! — ворчливо добавил добрый старик. Он предпочел умолчать о том, что осмотрел все окрестности, в том числе и лес, где они вроде бы были, но безуспешно. — Вижу, у нас гости, миледи. Я сию минуту принесу чай, добавил он, бросив неприязненный взгляд в сторону Бесс Сикоум.

— Прошу вас, Кирби, проследите, чтобы каждому было хорошо, — направившись к лестнице, с улыбкой произнесла Рея, — Я только взгляну на Кита и сейчас же вернусь.