Тьма перед рассветом (И никакая сила в мире...) (Другой перевод) - Макбейн Лори - Страница 118

Френсис изумленно взглянул на сестру, подумав, что та совершает большую ошибку. Сам он не видел леди Бесс, но был уверен, что женщина, ставшая женой, не может не ревновать к бывшей невесте своего мужа. Впрочем, если та понравилась Рее, так тому и быть. Он-то хорошо знал сестру и понимал, что с этой минуты она не позволит сказать ничего дурного о сопернице в своем присутствии.

— Если не возражаешь, Данте, мы могли бы время от времени приглашать Чарльза к себе. Ему придется по душе общество Робина и Конни. Ведь они ровесники, — предложила Рея.

— Кто? — встрепенулся сэр Джейкоб, — Никогда раньше о них не слышал. Твои сыновья, малыш? — глаза сэра Джейкоба сузились, он впился взглядом в Данте, который невозмутимо развалился в кресле, маленькими глоточками попивая бренди.

— Один — сын. А Робин — это лорд Робин Доминик, младший брат Реи. Полное же имя Конни — Констэнтайн Магнус Бреди, по крайней мере, я так запомнил, — и Данте бросил на Рею вопросительный взгляд.

— Констэнтайн Магнус Тирон Бреди, — поправила с улыбкой жена.

— Да, верно, имечко у него — язык сломаешь, — ухмыльнулся Данте, — это мой воспитанник, бывший юнга с Морского Дракона. Он осиротел ещё совсем маленьким и я взял его в море, когда парнишке не было ещё и шести. К слову сказать, мне уже приходило в голову, уж не подложили ли мы свинью местным обитателям, когда привезли сюда двух таких сорванцов!

— Что, безобразничают? — с одобрением поинтересовался сэр Джейкоб.

— Не то слово. Буквально вчера Алистеру вместе с Кирби пришлось за уши вытащить их из свалки с деревенскими мальчишками, когда мы были в Мерлее, — улыбнулась Рея, припомнив, как Хьюстон Кирби причитал и жаловался всю обратную дорогу, демонстрируя всем желающим испачканные гнилым помидором и окончательно испорченные панталоны.

На лице сэра Джейкоба вдруг появилось встревоженное выражение, — Бог мой, Данте, надеюсь, ты не привез их с собой?! — всполошился старик.

— Конечно, нет. Мы оставили их дома, ребята собирались побродить по окрестностям. Хотя теперь мне уже кажется, что мы совершили большую ошибку. Одна надежда, что Кирби не даст им наделать слишком уж больших бед, — пробурчал Данте.

— Мне показалось, вы упомянули того самого кривоного коротышку лакея, у которого был самый ядовитый язык из всех, кого я знал. Все время был с тобой, сынок? Ума не приложу, как это тебе удалось ладить с ним все эти голы? На редкость ворчливый парень, — добродушно хмыкнул сэр Джейкоб.

— Да, но он всегда был верен мне. Он был на моей стороне в то время, когда я не ценил этого, а потом был неизменно предан даже тогда, когда его верность подвергалась немалым испытаниям. Но он ни разу не заколебался. И я даже не представляю, как бы я смог обходиться без Кирби, — признался Данте.

— Да, такую верность деньгами не купишь, — кивнул сэр Джейкоб, внезапно с шумом хлопнув по коленкам, чем так напугал Алистера, что тот чуть было не расплескал свой бренди. — Да, ты сказал, «сын». Что это значит. Выходит, ты уже стал отцом? — воскликнул сэр Джейкоб, переводя взгляд с Данте на Рею. — Ах ты, дьявольщина! Теперь мне понятно, почему ты так спокойно позволяешь этому красавчику сидеть возле своей жены! — хихикнул старик. Алистер чуть не подавился от смущения в тот момент, когда холодные, словно хмурое осеннее небо глаза с непередаваемым выражением задержались на нем.

— Мой сын, Кристофер Доминик Лейтон родился в марте, в замке Камаре. Он самый прелестный ребенок, которого любой мужчина с радостью назвал бы сыном. Но ведь его мать — тоже самая красивая женщина, которую только может пожелать мужчина в качестве жены, — невозмутимо произнес Данте, заставив Рею вспыхнуть от удовольствия.

Сэр Джейкоб довольно хохотнул. — Да, уж ты ничуть не изменился! По-прежнему знаешь, как очаровывать женщин, так что я ничуть не удивляюсь, что ты успел обзавестись наследником. Скорее уж странно, что их не целая дюжина, — добавил он, давясь от смеха над собственной шуткой.

— Только эту женщину, — поправил его Данте, — и только один сын, но от нее, — добавил он тихо, лаская взглядом зардевшуюся жену.

— Любовь, любовь, — прокаркал сэр Джейкоб. — Великолепно! Изумительно! Порадовал старика. Так, значит, женился вовсе не из-за богатого приданого! Зная, какую кучу денег ты потратил, чтобы вернуть назад фамильные земли, я бы не удивился, сынок, что в карманах у тебя свистит ветер, — встревожился старик и вся его веселость мигом исчезла. — Это было нелегко, мой мальчик. До меня долетели кое-какие неприятные слухи о том, что случилось с Мердрако. Ты ведь знаешь, если тебе понадобится помощь, я всегда буду рад сделать для тебя, что угодно. Я бы с радостью помог и Бесс, да ведь ты помнишь, она всегда была чертовски горда, чтобы принять что-то от меня. А у меня денег куры не клюют. Куда мне столько? Ведь мне не долго осталось!

— Спасибо, Джейкоб, — Данте был искренне тронут добротой старика. — Нет нужды волноваться. Надеюсь, ты проживешь ещё достаточно, чтобы потратить хотя бы часть своих сокровищ. А денег у меня хватает. Мне повезло — я нашел затонувший корабль с несметными богатствами. Даже поделившись с командой, я вернулся домой очень богатым человеком. И даже успел позаботиться о том, чтобы это стало всем известно, ведь мне понадобятся рабочие руки, чтобы привести в порядок Мердрако.

— В самом деле? И как это тебе удалось? — подозрительно спросил любопытный старик.

— Проще, чем я думал, — сказал Данте. — Похоже, в округе немало людей, кто готов работать за звонкую монету. Большинство из них предпочтут работать на меня, и навсегда расстаться со своим бывшим хозяином.

Сэр Джейкоб задумчиво поскреб подбородок, испытующе разглядывая Данте. — Провалиться мне на этом месте, если ты это не о Джеке Шелби! — спросил он и когда Данте кивнул, осторожно добавил, — Этот человек опасен, Данте. С каждым годом он становится все более безумным и так уже много лет. И по-прежнему винит тебя в смерти Летти, мой мальчик. Будь уверен, стоит ему узнать, что ты вернулся в Мердрако, и он этого так не оставит. Я очень боюсь за тебя, малыш, очень, — изменившимся голосом сказал он и его встревоженный взгляд встретился со взглядом Реи.

— Он уже знает, что я вернулся. В сущности, мы с ним уже встретились лицом к лицу и, боюсь, это не очень-то его обрадовало, сознался Данте. — Но даже ценой собственной жизни я заставлю его заплатить за то, что он сделал с Мердрако.

Сэр Джейкоб покачал головой и тяжело вздохнул, — Не забывай, Данте, он могущественный человек. Тебе известно, что именно он — главарь Детей Велиала? Джек набрал где-то шайку кровожадных головорезов и мне становится не по себе при одной мысли, что ты можешь встать у них на дороге.

— Либо я их уничтожу, либо сам нарвусь на пулю Джека как-нибудь глухой ночью, — произнес Данте как раз в тот момент, когда дверь в гостиную распахнулась, пропуская Оливера со новым подносом.

И вот в этот момент старушка, о которой все давно позабыли, очнувшись от дремоты, что-то забормотала себе под нос. С неуклюжей медлительностью, на которую было больно смотреть, она встала на ноги. Даже не обратив внимания на сидевшую за столом компанию, она нетвердыми шагами заковыляла к двери. Но сделав всего несколько шагов, покачнулась и вышивание, которое она сжимала в высохших руках, упало на ковер. Прежде, чем Оливер успел отставить в сторону поднос с горячим чаем и подойти, Данте уже вскочил на ноги и подхватил белевший на ковре лоскуток.

— Ваше вышивка, мадам, — громко произнес он.

— А?

— Ваша вышивка. Вы её уронили, — терпеливо повторил он, сочувственно глядя на озиравшуюся по сторонам хрупкую старую женщину.

— Очень мило с вашей стороны, но вышивка у меня есть своя. Благодарю вас, — дрожащим голосом произнесла она, — Но с вашей стороны, молодой человек, было очень любезно предложить мне свою, — поблагодарила она.

Данте свирепо оглянулся на Алистера с Френсисом, предполагая, что они не упустят случая похихикать на его счет. Так оно и оказалось.