Тьма перед рассветом (И никакая сила в мире...) (Другой перевод) - Макбейн Лори - Страница 109

Сделав большой глоток, Данте пристально взглянул на затаивших дыхание мужчин. — Кое-кто из вас, без сомнения, знают, кто я такой. Если же нет, позвольте представиться! Я — Данте Лейтон, лорд Джейкоби. Я вернулся в Мердрако. Но, к сожалению, пока я отсутствовал, мой замок и все хозяйство пришли в плачевное состояние.

Довольно-таки мягко сказано, молча отметил про себя Алистер, поднося кружку к губам.

— Я буду рад нанять каждого, кто хочет заработать. Буду платить хорошие деньги, — добавил Данте, все так же глядя на затаивших дыхание людей.

— Будь я проклят, если не помню вас, лорд Джейкоби. Только вот что-то раньше вы не спешили платить по счетам, — отозвался мужчина с обветренным лицом, сидевший за столом как раз напротив Лейтона . — Какого ж дьявола я должен верить вам сейчас, хотя, признаться, мужества вам не занимать, раз вы решились прийти нынче сюда. Думаю, в городе полным-полно людей, кто вас не забыл до сих пор. Не забыл и того, в чем вас тогда обвиняли. Увы, милорд, в наших краях у вас осталось маловато друзей.

Алистер молча отер рукой губы и про себя поклялся глаз не спускать с угрюмого рыбака, что так необдуманно задел честь его капитана.

Но ответ Данте Лейтона изумил верного Алистера. Вместо того, чтобы вспылить, он только молча кивнул, соглашаясь с обвинениями грубияна. Его рука скользнула в карман и через мгновение на грубо оструганном столе появился небольшой кожаный мешочек. Данте протянул его рыбаку. — Открой-ка, — резко приказал он тем же тоном, что некогда отдавал команды марсовым, стоя на вздыбленной палубе Морского Дракона. Мужчина пожал плечами и протянул руку. Он неловко потянул за кожаный шнурок и высыпал на стол содержимое мешочка. Раздался мелодичный звон и у посетителей глаза полезли на лоб — на темном дереве стола сверкали золотые монеты.

— С каждым, кто захочет работать на меня, я буду расплачиваться в конце дня и щедро. Платить буду за ту работу, что он сделал за день. Деньги будете получать в тот же день и звонкой монетой. Только не обольщайтесь — работа предстоит нелегкая. Провести меня не удастся. Сам я немало потрудился, чтобы заработать эти деньги и такой же работы я буду требовать и от вас. Любой, кому это не по душе, мне не нужен, — сразу предупредил Данте. Тот рыбак, что первый узнал его, изумленно таращил глаза. Он ещё не забыл изнеженного, испорченного молодого аристократа, что пустил по ветру семейное состояние и сейчас поверить не мог, что перед ним — тот же самый человек.

Похоже, ему не впервой приказывать, к тому же он ни минуты не сомневается в том, что приказ его будет выполнен, озадаченно подумал Вильям Браунвел, вглядываясь в суровое, бронзовое от загара лицо стоявшего перед ним нового хозяина Мердрако. Он всегда гордился тем, что с первого взгляда мог отгадать, что скрывается за непроницаемым лицом каждого человека. И теперь он прочел что-то такое в этих ледяном взгляде, что пришлось ему по душе. Этот человек не отвел глаз, напротив, он смотрел на них открытым, честным взглядом и Вильям Браунвел внезапно почувствовал, что верит ему безоговорочно.

— Если кто-то здесь сомневается, что я заплатить вам за работу, ну что ж, спросите сами у моих банкиров. На моем счете в здешнем банке, в Мерлее, довольно крупная сумма денег, то же самое в банке в Вестли Эббот, в Бристоле, в Лондоне. Мой поверенный с радостью удовлетворит ваше любопытство, господа, если у вас остались сомнения.

— Могу заверить вас, джентльмены, — услышал вдруг Алистер собственный голос, — что Данте Лейтон — человек слова. Я служил старшим помощником под его командованием на Морском Драконе, мы вместе сражались с врагами в море и все они, задрав хвост, бежали прочь, лишь завидев наши паруса. Данте Лейтон, наш капитан, не знал поражений. И, клянусь вам, вся команда любила и уважала его. Поэтому, будьте уверены, что если капитан дает слово, ему можно верить, — закончил Алистер, глаза его горели тем же огнем, что и во время битвы. Он был немного смущен тем, что говорил так горячо, но ведь бывает минута, когда каждый человек должен сказать то, что думает.

— Да будь он богаче самого короля, я и тогда не решусь замарать руки, работая на такого человека, как он! — раздался чей-то злобный голос из дальнего угла комнаты. Все, кто только что с таким вниманием слушали пылкую речь Алистера, вздрогнули.

— Джек Шелби — мой друг, а это то, о чем вам забывать не следует, — мрачно добавил тот же голос. Мужчина поднялся со своего места и с угрожающим блеском в глазах протолкался сквозь плотную толпу людей поближе к Данте Лейтону. — Будь я проклят, если наш Джек никогда не забывает, кто ему друг, а кто враг. А если и забудет вдруг, так я ему напомню, — добавил он злобно, оглядываясь вокруг, словно стараясь запомнить лица сидящих возле него людей.

— На вашем месте я бы не волновался так из-за Джека Шелби, — невозмутимо заметил Данте.

— Ах, вот как, милорд?! — издевательски протянул человек, меряя Данте с ног до головы презрительным взглядом.

— Дни Джека Шелби сочтены. Можете передать ему мои слова, — спокойно сказал Данте, глядя прямо в глаза побагровевшему от бешенства человеку, которого от ярости, казалось, вот-вот хватит удар. Потом, прежде, чем тот смог сообразить, что происходит, изнеженный на вид маркиз Джейкоби метнулся к нему и в мгновение ока скрутил ему руки. Завернув их за спину негодяю, он одной рукой стиснул ему запястья. Затем мгновенно обхватил его под подбородок другой и, прежде, чем потерявший дар речи мужлан понял, что все кончено, его милость пинком вышвырнул его вон из трактира под свист и улюлюканье. Вся компания радостно зашумела, этого буяна здесь здорово недолюбливали и его позорное изгнание вызвало шумный восторг.

Негодяй с грохотом скатился по выщербленным ступеням лестницы и кубарем вывалился на улицу. Придя в себя, он кое-как поднялся на ноги и с трудом подобрал валявшуюся на камнях мостовой шляпу, дав себе страшную клятву отомстить каждому, кто был свидетелем его позора.

— Вы ещё об этом пожалеете, милорд, — проскрежетал он, бросив угрожающий взгляд в сторону трактира. — И не надейтесь, гады, что я забуду о вас! Вы ещё об этом пожалеете! Погодите у меня! Немного подождите, совсем немного, дайте только добраться до Джека, а там уж я все ему выложу. Вот увидите! — хрипло крикнул он и заторопился прочь от трактира, то и дело оглядываясь через плечо и грозя кулаком. Отдаленные взрывы хохота, долетевшие до его ушей, привели его в бешенство.

Данте Лейтон обернулся и встретился взглядом с людьми, которые столпились вокруг него. Он с облегчением заметил, что теперь они смотрели на него совсем по-другому, как будто видели его в первый раз, словно и не было никогда того избалованного молодого лорда, которым он остался в их памяти.

— Можете так же сообщить, что я ищу арендаторов для тех земель, что лежат по соседству с Мердрако. Арендная плата не будет слишком высокой, и как ваш будущий лендлорд я обещаю, что для начала вы получите все необходимое, чтобы обзавестись хозяйством. Все, кто решит работать на Лейтонов, об этом не пожалеют, они и их семьи будут под моей защитой, — пообещал хозяин Мердрако.

— Но ведь эти земли больше уже не часть Мердрако, — пробормотал кто-то. — Мы думали, что они давно уже принадлежат сэру Майлсу Сэндбурну.

Данте торжествующе улыбнулся — Все земли, что издавна принадлежали Мердрако, снова стали моими. Могу заверить вас, что сэру Майлсу больше не принадлежит ни одного клочка земли, которыми из века в век владели Лейтоны.

Незаметно подошедший к нему Вильям Браунвел протянул Лейтону кожаный кошель. — Вот ваши деньги, милорд, — сказал он Алистер решил было, что тот собрался отказаться, но рыбак добавил. — Может быть, по крайней мере теперь у меня есть надежда заработать себе на кусок хлеба.

Данте взял кошель, — Надеюсь вскоре увидеть вас в Мердрако, — сказал он.

— Угу, правильно. Тут многие из наших будут рады узнать, что вы станете нашим новым лендлордом. Сэра Майлса в наших краях не очень-то любили. Что ни год, повышал плату за землю, вот так-то. Бьюсь об заклад, что старина Кирби тоже с вами, а? — с любопытством спросил Вильям Браунвел, — Мы с ним старые дружки были, аж до тех самых пор, что он не исчез в одно время с вами, милорд. Я-то всегда догадывался, что не иначе, как он вас разыскал.