Сезон мертвеца - Хьюсон Дэвид - Страница 53

Мужчины переглянулись. Обоим показалось, что расследование ускользает из рук. Слишком много в нем неясностей, слишком много оборванных ниточек.

– Дело принимает плохой оборот, – заметил Фальконе, глядя на Росси. – Не поймав Фоссе, мы упустили свой главный шанс. А вы... – Он посмотрел на Косту. – Вы намерены продолжать заниматься этим делом?

– Нет проблем, – отчеканил Ник.

– В таком случае предлагаю вам встретиться с "товарищем" Ханраханом. Он звонил недавно и намекал, что Майкл Денни готов пойти на переговоры. Вполне допускаю, что ему действительно есть о чем поторговаться. Что же касается Сары Фарнезе... Вы по-прежнему считаете, что она может жить в доме вашего отца?

– Если на то есть ее воля.

– К черту ее волю! – вспылил Фальконе. – Вытяните из нее хоть что-нибудь. Она ходит кругами вокруг нас и в особенности вокруг вас. Попытайтесь выяснить, какого черта ей нужно и что скрывается за всеми этими псевдосексуальными играми с якобы случайными людьми. Она не на тех напала, связалась с важными персонами, среди которых предполагаю, был и человек в кардинальской шапочке...

– Она отрицает свое знакомство с Денни, – решительно прервал его Коста, которому стал надоедать взвинченный тон шефа.

Росси почесал мясистый нос.

– Она и Алисию в глаза не видела, пока ту не нашли без головы.

– Вы просто беседуйте с ней, – продолжал внушать Фальконе. – И не отпускайте до тех пор, пока она не сообщит что-нибудь интересное. А теперь вопрос ко всем: где может в Риме скрываться беглый священник?

– Там, где мы его не можем взять, – мрачно доложил Росси.

– Не смешите людей! – рассердился Фальконе. – Этот Фоссе сейчас во многом напоминает Денни. Они дали ему шанс, а он его отверг. И здесь он находился именно потому, что они не хотели видеть его рядом с собой. А сейчас он в городе, и есть немало людей, которые знают, где именно он может скрываться. У вас есть его изображение?

– Нет, – ответил кто-то из сыщиков. – Есть только отпечатки его пальцев, больше ничего.

– Значит, составьте фоторобот. Коста даст подробное описание.

Тереза Лупо ворвалась в эту компанию с улыбкой скромной школьницы, невинно поморгала длинными ресницами и обвела окружающих загадочным взглядом.

– Я получила прекрасные образцы для проведения анализа ДНК. Кто-нибудь хочет ознакомиться?

Фальконе попятился:

– Что?

Она приподняла небольшой черный пластиковый пакет, в какие обычно упаковывают продукты в самом заурядном супермаркете, и опустила на пол. Надев резиновые хирургические перчатки, Тереза открыла пакет и осторожно вынула голову Алисии Ваккарини. Лука Росси глубоко вдохнул, сделал несколько больших шагов к окну и уставился на безлюдную улицу. За ним немедленно последовали некоторые детективы.

– Извините, ребята, – сказала патологоанатом с едкой ухмылкой, – но вы должны понимать, что это в ваших же интересах.

Тереза повертела отрезанную голову и заглянула ей в рот. Даже Ник Коста, отличавшийся твердым характером, не выдержал и отошел в сторону, почувствовав приступ тошноты.

Тереза спокойно обозрела голову, убрала в пакет и протянула стоявшему неподалеку сыщику.

– Унесите. Ну так что? – затем обратилась она к обескураженным детективам. – Вы все еще думаете, что я склонна к скоропалительным выводам? Может быть, кто-нибудь хочет узнать, как именно она умерла? Или я здесь лишь для того, чтобы облагородить вашу замечательную компанию?

Фальконе зажег сигарету. Все испытали глубокую благодарность к Терезе за то, что она избавила их от гнетущего вида и дурманящего запаха отрезанной головы.

– Мы слушаем, – глубокомысленно изрек Фальконе, выпустив струю табачного дыма.

– И правильно делаете, – одобрила она шефа, – так как потом могут возникнуть весьма неприятные вопросы. – Тереза подошла к деревянной колонне в центре башни. – Вы, парни, доставили мне столько хлопот, что придется потребовать прибавки к жалованью. И если мне придется объяснять истинные причины такого состояния тела, то и вам не уйти от этих вопросов. – Она подошла к окну и насмешливо посмотрела на мужчин: – Вы видели орудие убийства?

– Да, конечно, – подтвердил Росси, напряженно прислушиваясь к каждому ее слову. Правда, при этом он предпочитал стоять к ней спиной.

– Интересный нож, – сказала Тереза. – Тонкий, острый, средних размеров, совсем не похожий на тот, которым обычно пользуются домохозяйки. Скорее он напоминает разделочный нож пастуха. Правда, я не думаю, что именно таким разделывают туши животных, но кто их знает? Ведь для этих людей самое главное – отрубить голову, а все остальное должны делать люди с топорами. Глупо, конечно, неэффективно и очень обременительно, но таковы традиции. Кстати, знаете, сколько раз пастух ударяет ножом по овечьей голове, пока та не упадет наземь? Только один удар из десяти достигает цели. Вы можете представить, как это происходит, па примере крестьянина, который отсекает голову цыпленку, чтобы приготовить его на обед.

Не говоря ни слова, Росси пересек комнату и начал медленно спускаться по лестнице, шурша пачкой сигарет.

– Такой клинок является лучшим орудием палача, – продолжала между тем Тереза. – Фоссе неплохо знает свое дело, похоже, он провел специальное исследование. В кафедральном соборе в Валетте есть картина под названием "Усекновение главы Иоанна Предтечи". Полагаю, наш юный друг старательно ознакомился с ней. Караваджо, как и он, имел проблемы с законом и часто пытался обойти его. На этой картине Иоанн изображен лежащим на окровавленном полу и уже без признаков жизни. Его шея выглядит примерно так же, как и в нашем случае. А над ним возвышается зловещая фигура палача, который почему-то прячет за спиной второй кинжал. Хорошо видно, что лезвие клинка рассекло позвонки, но оставило нетронутой часть шеи. Художник хотел, чтобы зритель живо вообразил трагизм происходящего. Посмотрите...

Она открыла сумку с вещественными доказательствами и вынула прозрачный пакет. В нем лежал кухонный нож с длинным, остро заточенным лезвием, на котором сохранились бурые пятна крови.

– Видите? – торжествующим тоном спросила Тереза, оглядывая присутствующих. – Точно как на картине: один нож начал дело, другой завершил.

Даже Фальконе промолчал, не найдя, к чему бы придраться.

– Весь вопрос в том, почему убийца упорно копирует смерть святых. Что он хочет этим сказать? Что мученическая смерть – еще не повод почитать человека святым? Кстати, святого Климента признали таковым именно после зверской расправы. Любопытно было бы узнать, каким он был при жизни, – сказала Тереза и сделала многозначительную паузу.

Ник Коста вдруг подумал, что она насмехается над ними, откровенно наслаждается каждым мгновением своего умственного превосходства.

– Так бот, вам интересно, когда это произошло?

– Ну? – рассеянно спросил Фальконе.

– Три-четыре часа назад, – заключила Тереза. – Не больше. Он сделал это сразу же после того, как вернулся из загородной поездки. Причем сделал это в спешке. А знаете почему? Эх, ребята! Вы же детективы, а я простая дочь мясника с университетским дипломом и степенью. Но для меня тем не менее совершенно ясно, что кто-то позвонил ему и сказал, чтобы он поскорее заканчивал свое грязное дело и убирался отсюда на все четыре стороны, пока не приехала полиция.

С этими словами Тереза гордо двинулась на выход, сопровождаемая изумленными взглядами сыщиков. Ник Коста посмотрел на Фальконе и мгновенно догадался по выражению лица начальника, о чем тот думает.

Фальконе повернулся к ди Капуа, одному из помощников Терезы, который выделялся на фоне остальных длинными редкими волосами, чем был очень похож на недоучившегося студента:

– Сколько образцов для анализа ДНК вы собрали?

Ди Капуа немного опешил:

– Здесь? Вы хотите, чтобы я пересчитал их?

– Нет, просто скажите, что именно вы взяли для анализа.

– Куски кожи, фрагменты кости, образцы крови. Думаю, анализы будут готовы не раньше чем через неделю.