Сезон мертвеца - Хьюсон Дэвид - Страница 49

Денни посмотрел на часы. Через несколько минут в дверь постучали. Ханрахан, пунктуальный, как всегда, решительно вошел в гостиную.

– Ваше преосвященство, – произнес он привычным тоном и слегка поклонился.

– Не понимаю, Брендан, почему ты утруждаешь себя этим идиотским титулом, – недовольно проворчал Денни. – Все уже давно забыли о моей святости.

– Это в большей степени характеризует их, чем тебя, – вежливо ответил тот.

– Возможно.

Денни был высок и строен без каких бы то ни было признаков полноты или дряхлости. Некогда красивое строгое лицо покрывала паутина морщин – патина времени и незавидных обстоятельств. Он был одет в серый костюм и белую рубашку, что указывало на светского человека, а не на служителя церкви. Денни давно уже не надевал кардинальскую сутану и дал себе обет не делать этого до тех пор, пока не вырвется из Ватикана, Рима, Италии, Европы и не поселится где-нибудь в тихом местечке неподалеку от Бостона, где прошли его детские годы. Он понимал, что в Ватикане ему не будет прощения и только там, в родных краях, он сможет вновь обрести доверие католической общины.

– Ну, Брендан, какие новости в нашем интересном мире?

Ханрахан устало опустился на стул и повернул голову к окну, за которым слышался натужный рев отбойных молотков. Один из строителей сообщил ему, что все квартиры этого старого дома подлежат ремонту и что ремонт растянется на несколько месяцев.

– Полиция обнаружила труп женщины по фамилии Ваккарини. Это та самая депутат парламента, которая голосовала за тебя на заседании судебного комитета.

Лицо Денни посерело и осунулось.

– Боже мой! – тихо сказал он после непродолжительной паузы. – А что делает полиция?

– Ищет его. Что же еще! – пожал Ханрахан плечами. – Представляешь, он пытался убить одного из следователей, а потом вернулся домой и убил ее. В том самом доме, который мы предоставили ему, если ты, конечно, помнишь.

Кардинал удивленно вытаращил на него глаза:

– Кто?

– Ради Бога, Майкл! – недовольно поморщился Ханрахан. – Если ты хочешь, чтобы я помог тебе, ты должен быть откровенным со мной. Можно подумать, что ты не знаешь, кто это сделал. Сейчас в этом нет никаких сомнений. Я же предупреждал тебя, я говорил...

– Я знаю, что ты говорил мне! – огрызнулся Денни.

Ханрахан замолчал, дожидаясь, пока Денни успокоится.

– Извини, – буркнул Денни через минуту. – Ты абсолютно уверен в этом?

– Еще бы! – ухмыльнулся Ханрахан. – Кто же еще? Полиция сейчас находится на месте преступления, а Джино Фоссе и след простыл. Пока полиция не имеет ни малейшего понятия о том, где он может находиться. Я тоже, кстати сказать. А ты?

Денни подался вперед, скрестил руки на коленях и стал ритмично покачиваться на стуле. К этой давней привычке он теперь прибегал все чаще и чаще.

– Откуда! Сейчас только Богу известно, где он отсиживается. Ты же знаешь, он не светский человек и у него нет друзей в этом городе.

Ханрахан тщательно обдумал ответ.

– Я бы так не сказал. Я недавно просмотрел его досье и обнаружил интересные вещи. Он много чем занимался, пока не попал к нам. Так, например, какое-то время он входил в олимпийскую команду Италии и считался выдающимся спортсменом. Кроме того, он служил капелланом в Национальном театре Палермо и даже уговорил их дать ему небольшую роль в пьесе Пиранделло. Не так уж плохо для сельского парня из Сицилии, не правда ли?

– Ну и что? – пожал плечами Денни.

– А то, что лично мне он кажется вполне адаптированным молодым человеком. К тому же он неплохо образован, даже слишком для его социального происхождения. А самое главное – он очень хорошо понимает, чего хочет, и умеет строить далеко идущие планы.

Денни прекрасно понимал, к чему друг ведет разговор.

– Ты думаешь, он доберется до меня?

Ханрахан нахмурился и придирчиво оглядел квартиру, словно полагал, что она недостойна такого человека, как Денни.

– Не знаю, все возможно.

– Брендан, скажи на милость, зачем ему убивать меня? – с досадой спросил Денни. – Назови хотя бы одну причину.

Ханрахан вынул из бокового кармана коробку с сигарами, прикурил и выпустил струйку дыма поверх головы Денни.

– Не знаю. Может быть, он имеет какое-то отношение к Саре Фарнезе? Я, конечно, не ожидаю, что ты поделишься со мной подробностями своей личной жизни, но я прекрасно вижу, что эти убийства каким-то образом связаны с тобой. Я ведь в курсе того, кто входит и выходит из этого здания. Фоссе имеет зуб на тебя, это ясно. Еще немного, и все взлетит к чертовой матери...

Ирландец многозначительно замолчал, дожидаясь ответа, но его не последовало. Тогда он перешел на официальный тон:

– Ваше преосвященство, сейчас уже ни для кого не секрет, что он попал в Ватикан не без вашей помощи. После этого у нас сразу начались проблемы. Мы долго терпели, но всему есть конец, и нам пришлось убрать его из вашего офиса. Расскажите мне о последнем конфликте. Я был в отъезде в это время и не знаю подробностей.

– Какое это сейчас имеет значение? – отмахнулся Денни.

– Большое.

– Он слишком тесно сошелся с одной непутевой женщиной, вот и все. Его много раз предупреждали, но он не внял советам. Вполне обычная история в наших кругах.

Ханрахан насупился:

– Значит, за это мы наградили его вполне приличным домом и хорошей работой, хотя уже тогда он подрывал твой авторитет. Ну что ж, вот тебе и причина для ненависти и мести.

Денни снова стал раскачиваться на стуле и покачивать головой из стороны в сторону.

– Я просто потерял терпение. Я слишком доверился этому юному дураку, а он предал меня. Значит, он очень расстроился из-за того, что потерял теплое местечко? Ну и поделом. Что же до Сары Фарнезе, то он никогда не упоминал при мне ее имя. Джино Фоссе был трудным человеком, он заслуживал сочувствия и симпатии, и я совершенно не понимаю, почему он так ведет себя сейчас.

Ханрахан напряженно молчал, глядя на кончики своих ногтей.

– Ты думаешь, он может появиться здесь, в этом здании? – спросил Денни безучастным тоном. – Неужели мы вам мало платим за обеспечение нашей безопасности?

– Нет, платите вы достаточно, но Джино Фоссе... Он необычный священник, как, впрочем, и необычный преступник. Похоже, у него весьма серьезные причины для нынешнего поведения. Откровенно говоря, я тоже не понимаю, зачем он это делает, но только потому, что не располагаю достаточной информацией.

Ханрахан сделал паузу, чтобы придать вес своим словам. Он недавно разговаривал с инспектором полиции Фальконе и узнал ужасающие подробности последнего убийства.

– Он отрезал голову Алисии Ваккарини. Я знаю наверняка, что он имел доступ к файлам на каждого, кто так или иначе был связан с твоими... приключениями, скажем так. Ему известны имена, адреса... все подробности ваших встреч. На стенах его квартиры развешаны десятки кошмарных фотографий. Ты не догадываешься зачем?

И без того серое лицо Денни приобрело цвет выгоревшего на солнце гранита.

– Зачем ты рассказываешь мне все эти ужасы? Думаешь, что меня так легко напугать?

– Нет, но я думаю, ты должен знать, в какую игру мы ввязались и что поставлено на карту. Ты впал в немилость, Майкл, и сейчас уже ничего с этим не поделаешь, прошлого не вернешь. Ты никогда не сможешь повторить то, что разыграл вчера.

Денни посмотрел на Ханрахана с упреком:

– И ты знал, что из этого ничего не получится?

– Знал, но надеялся, что я ошибаюсь. Люди всегда надеются на лучшее в подобной ситуации. Я пытаюсь помочь тебе, Майкл.

– В таком случае обеспечь мне свободный выход отсюда. Договорись с кем надо, и я уеду.

– Куда, в Америку? – хмыкнул Ханрахан. – Ты думаешь, что там будешь в безопасности? Агенты ФБР заберут тебя прямо с трапа самолета.

– У меня там есть друзья, – возразил Денни. – Есть надежные люди в Вашингтоне, они поставят наглецов на место. ФБР не посмеет меня тронуть. Не забывай, Брендан, кто я такой.