Сезон мертвеца - Хьюсон Дэвид - Страница 34

Ник Коста недовольно поморщился:

– Пожалуйста, не надо скоропалительных обобщений. Зачем ей все это нужно? Она живет в квартире, купленной за кровные денежки, у нее нет никаких закладных, нет непогашенных долговых обязательств. Кроме того, в возрасте двадцати одного года она получила от родителей неплохое наследство. А если она не нуждается в наличных деньгах, то зачем она это делала? Из простого любопытства?

– Мне приходилось слышать даже о более странных вещах, – возразил Лука Росси. – Ты знаешь, что творится у нее в голове?

Ник благоразумно промолчал.

– Ладно, в любом случае все это надо тщательно проверить, – сказал Фальконе. – Думаю, непременно должны отыскаться люди, которые знают ответы на все наши вопросы. Надо опросить владельцев гостиниц, где обычно останавливаются на одну ночь. Она что-нибудь говорила об этом?

Ник Коста покачал головой. Он не хотел бродить по гостиницам и вообще не понимал, зачем это делать.

– Нет, она не упоминала об этом, и я думаю, что ничего подобного с ней не случалось.

– Итак, – подытожил Фальконе, – что мы имеем? Некую женщину, которая переспала с целой группой подозрительных людей. Как вы сами понимаете, ничего необычного в этом нет. Она достаточно красивая, и поэтому вполне естественно, что всегда находились мужчины, которым было приятно провести с ней ночь. А потом она вдруг начинала им надоедать, и они бросали ее. Или они были чем-то напуганы? Только один почему-то не бросил ее и теперь пытается всеми силами напомнить ей о своем существовании. Думаю, именно он убивает ее бывших любовников, причем делает это особенно изощренно, всякий раз намекая на аналогии из далекого прошлого. Ей нужно взять все это на заметку и объяснить нам тайный смысл его преступлений.

Фальконе бросил блокнот на стол.

– Она лжет. Такого не может быть. Все эти люди и слышать не хотят о ней. Они шарахаются от нее как черт от ладана. Она должна что-то знать. Как насчет ее квартиры?

Ник Коста удивленно посмотрел на шефа.

– Ее квартиры? – Он не знал, что люди Фальконе внимательно осмотрели жилище Сары и не нашли там ничего подозрительного. – Значит, вы обыскали ее квартиру? Вы сделали это, пока я распивал с ней кофе?

Какое-то время Фальконе молча смотрел на Ника.

– Понимаешь, парень, это дело постепенно превращается в серийное убийство. У нас сейчас просто нет времени для формальностей.

– Но если бы вы спросили у нее...

– Она ответила бы "нет", – прервал его шеф. – Тогда нам пришлось бы получать ордер на обыск. Ты полагаешь, стоит валандаться с подобными процедурами? Когда за последние два дня в городе убиты четыре человека? Я так не думаю. Даже сейчас никто не может дать гарантии, что этот мерзавец не совершает очередное преступление.

Ник Коста потупился, прекрасно понимая, что Фальконе прав.

– Еще одна вещь, – подал голос детектив Фурилльо. – Мы нашли в ее квартире мобильный телефон, спрятанный в спальне, в платяном шкафу. Вполне обычный телефон, наверняка она пользуется им каждый день. Мы позвонили по его номеру и выяснили, что поставлена блокада. Даже наши технари не сумели разгадать код вызова. Кроме того, нам не удалось вскрыть память мобильника, поэтому мы не знаем, кому она звонила и кто ей звонил. Очень хорошее средство для тайного общения, если человек желает скрыть свои переговоры.

Лука Росси с сомнением посмотрел на Фурилльо:

– Мобильный телефон в гардеробе? Может быть, она им давно не пользуется?

– Нет, он заряжен и находится в прекрасном состоянии, – возразил детектив. – На обратной стороне мы обнаружили надпись и узнали, что он куплен в Монако. Зачем ей прятать в спальне телефон, купленный в Монако?

Фальконе скорчил недовольную гримасу:

– И это все? Больше вы ничего не обнаружили?

– Ничего.

Шеф обвел подчиненных долгим взглядом, и те поняли, что от них ждут продуктивных предложений, но никто не выразил охоты играть в жмурки. Если Сара Фарнезе что-то скрывает, то это должно быть очень ценным, придется немало попотеть, чтобы добиться от нее мало-мальских уступок.

– Надо поместить ее под домашний арест, – задумчиво сказал Фальконе. – Хорошо бы подыскать что-нибудь малокомфортабельное на окраине города. Пусть поживет как простые люди, может, тогда развяжет язык.

– Ничего не получится, – возразил Ник.

– Почему?

– Потому что... – Ответ был заранее известен присутствующим, включая Фальконе. – Потому что она расскажет нам что-то ценное только тогда, когда сама захочет. И ни за что на свете не сделает этого, если почувствует грубое и бесцеремонное давление. Она просто откажется сотрудничать с нами.

Лука Росси подал голос:

– Он прав. Я наблюдаю за этой женщиной с того самого момента, когда впервые увидел ее в библиотеке Ватикана. Она все держит глубоко внутри и согласится поделиться с нами только тогда, когда почувствует доверие или убедится в собственной безопасности. И чем больше мы будем давить на нее, тем меньше у нас шансов вызвать ее на откровенность.

– Так что же делать? – потребовал Фальконе. – Она не может вернуться в свою квартиру, возле которой постоянно дежурит толпа журналистов. К тому же она, нравится нам это или нет, находится под постоянной угрозой.

Ник Коста вспомнил об отце, тоскующем в огромном фермерском доме, где есть несколько свободных комнат. В этом доме на Старой Аппиевой дороге Сара могла бы чувствовать себя в полной безопасности.

– Вы хотите, чтобы я позаботился о ее безопасности, не правда ли? – спросил он.

– Все новости, которые я видел по телевизору, не оставляют нам никаких иных вариантов, – проворчал Фальконе. – Может быть, в других полицейских участках немного спокойнее, но у нас это сделать практически невозможно. Тебе надо как-то сблизиться с ней, завоевать ее доверие и получить наконец-то нужные нам сведения.

– Ладно, – согласился Ник. – Мы можем убить двух зайцев сразу. Можно поселить ее на какое-то время в доме моего отца. Если преступник придет туда, он будет обнаружен и схвачен, если же нет, то, может быть, мне удастся вызвать ее на откровенность. Да и моему отцу будет немного веселее.

– Твой отец – Красный Марко? – с ухмылкой спросил Фальконе. – Тот самый коммунист, который живет в большом фермерском доме за городом?

– Если хотите знать, – обиделся Ник, – то он построил его своими собственными руками. Синьор... – Ник замолчал, не находя нужных слов. Он, конечно, знал о репутации, закрепившейся за домом его отца с давних времен, но не понимал, какое это имеет отношение к делу сейчас и почему нужно верить всяким слухам и сплетням.

Фальконе улыбнулся, однако остальным было не до смеха.

– Да, это прекрасная идея, – сказал инспектор. – Мы можем заманить убийцу туда; причем распустить слух, что она укрывается в твоем доме, можно уже сегодня вечером, как раз перед вечерним выпуском новостей. Надеюсь, к тебе не трудно добраться? Пожалуй, это наш единственный шанс, и я не хочу его терять.

Ник Коста представил свой дом, окруженный деревянным забором. Конечно, это не самое идеальное место для такой операции, но другого выхода, похоже, нет.

– Нам потребуется немало людей для охраны дома, – предупредил он.

– Ничего, – ухмыльнулся Фальконе, – игра стоит свеч. Я готов пойти на все, только бы поймать этого мерзавца.

Все молча ждали дальнейших указаний.

– Ладно, действуйте, – махнул рукой шеф. – И не забудьте поделиться с журналистами, что собираетесь приютить Сару Фарнезе у себя дома. Если вы правы, то она, возможно, расскажет вам что-нибудь интересное. Только уж постарайтесь, чтобы это произошло поскорее.

– Да, синьор, – кивнул Ник.

– А вы, Фурилльо, – Фальконе повернулся к насторожившемуся детективу, – постарайтесь использовать это время как можно более продуктивно. Еще раз осмотрите ее квартиру и не выходите оттуда, пока не найдете что-нибудь интересное. Понятно?

Все начали шумно подниматься. Фальконе понаблюдал, как сыщики покидают помещение, а потом остановил Ника и Росси.