Пророчество: Дитя Земли - Хэйдон Элизабет - Страница 118

Джо разрыдалась. Эши взял девушку за руку и поцеловал ее. Новый порыв холодного ветра обжег мокрое лицо, и он опустился вместе с Джо на расстеленный на земле плащ, положив ее голову себе на грудь.

— Джо, Джо, что с тобой? Ты полна скрытых сокровищ, — тебе нужно лишь пожелать, чтобы люди их увидели. — Джо подняла голову, и он снова ее поцеловал.

Желание победило чувство вины, и Джо ответила ему со всем пылом своих нерастраченных чувств.

Где-то далеко завыл волк, и пронзительная жалоба слилась со стонами ветра. Взошла бледная луна, отбрасывая жуткие белые тени на причудливый ландшафт. Джо показа лось, что она падает, когда Эши положил ее на свой меховой плащ. Открыв глаза, она увидела льющийся на нее голубой свет и почувствовала нетерпение, которое напугало ее. Но было уже слишком поздно.

А потом его руки сорвали с нее одежду и распахнули рубашку. Она услышала, как он восхищенно ахнул.

— Вот видишь, Джо, — скрытые сокровища. Ждущие разграбления.

Она вскрикнула, когда его рот прижался к ее груди; его влажное тепло закружилось вокруг сосков, превращая их в источник боли и наслаждения, а руки Эши уже устремились вниз, к кружеву ее нижнего белья. Он с такой силой рванул его, что она неожиданно оказалась обнаженной под холодным ветром. И тогда Джо обхватила его за шею, с радостью ощущая жар его пальцев между своих ног.

Быстрые грубые движения вызвали в ней новые волны желания, но тут его руки занялись собственными штанами. Она застонала от разочарования, удивив их обоих. Он рассмеялся неприятным резким смехом, одним движением опустился ниже, и его язык оказался там, где только что побывали пальцы.

Он доставлял ей наслаждение почти грубо, одним движением отбросив в сторону мешавшую одежду, а затем его рот двинулся вверх, и Эши оказался над ней. Джо открыла глаза и посмотрела ему в лицо — оно было возбужденным и жестоким, ей стало страшно.

Джо охватила паника, когда ледяной ветер ударил в их тела, а потом на них стали падать обжигающе холодные капли дождя. Она дрожала, частично от страсти, но в боль шей степени от страха, и стала просить его, чтобы он остановился. В ответ его губы переместились от ее груди ко рту, язык проник внутрь, и Джо пришлось замолчать. Затем она ощутила растущий жар и боль, и он одним движением вошел в нее, покончив с девственностью. Она вцепилась в его спину так, что у нее побелели пальцы, и полностью отдалась наслаждению, смешанному с болью, когда он с каждым разом все глубже и глубже входил в нее.

Потом он начал негромко стонать, и этот животный звук подчеркивал ритм его движений. Джо оказалась прижатой к земле и вдруг почувствовала жесткие камни, впивающиеся сквозь плащ ей в спину. Джо снова и снова выкрикивала его имя и молилась о том, чтобы все побыстрее кончилось, одновременно опасаясь, что блаженная мука прекратится.

Ветер подхватил их крики, напоминающие голоса чаек, и унес их вниз, в долины и каньоны. Слышавшие их фирболги бросались в свои дома, чтобы найти спасение, — им казалось, что пришли демоны.

А потом, когда Джо уже собралась молить богов о смерти, все закончилось огненным шаром вспыхнувшей ярости. Он неподвижно лежал на ней, и у нее возникло неприятное ощущение, начавшееся в том месте, где соединялись их тела, — казалось, что-то ползет по ней, проникая в тело и душу, вцепляясь в ее внутреннее ядро, точно лиана, обвивающаяся вокруг позвоночника и пустившая щупальца во все стороны. Потом щупальца добрались до головы, и ощущение исчезло.

Она задрожала. Неожиданно ветер стих, Эши поднял голову и, посмотрев ей в лицо, улыбнулся и нежно ее поцеловал.

— С тобой все в порядке?

Она кивнула, не в силах говорить.

— Хорошо. — Он поднялся и начал медленно надевать одежду. — Видишь, Джо, ты не просто особенная, ты уникальна, таких, как ты, нет во всем огромном мире. А теперь одевайся.

Словно во сне, Джо собрала обрывки одежды. Дрожащими руками надела куртку, а потом молча смотрела, как он отряхивает от грязи плащ и накидывает ей на плечи. Затем он обнял ее в последний раз и провел ладонью по густым волосам.

Он довел Джо до Котелка, быстро поцеловал в голову, а потом неторопливо зашагал в сторону гор. Вскоре тьма поглотила его.

И лишь оказавшись в своих покоях в Илорке, Джо сообразила, что не понимает смысла произнесенных им слов.

Вернувшись в Котелок, Эши услышал веселый смех, до носившийся из комнаты Совета, и благоухание жареного кабана и печеных яблок со специями. Все светильники были зажжены, пикантный аромат готовящейся еды и сладкий запах горящего дерева мешались с едким дымом от горящего жира. Яркий свет превращал комнату Совета в настоящий маяк в темных коридорах Котелка.

Как только Эши вошел, к нему подбежала Рапсодия. Она успела переодеться в длинное платье из светло-зеленого шелка, поэтому он сразу понял, что у нее праздник. Наклонившись, чтобы ее поцеловать, Эши встретился взглядом с Акмедом; в суровых глазах короля фирболгов плясали искорки смеха. Эши обнял Рапсодию за талию, а другой рукой взял протянутую Грунтором кружку.

— Хорошие новости? — спросил он. Акмед ничего не ответил.

— Ну, это как посмотреть, — хмыкнул Грунтор.

— Где Джо? — поинтересовалась Рапсодия.

Эши оглядел странное трио, а потом его взгляд вернулся к Рапсодии.

— Я ее не нашел, — ответил он.

Он смотрел, как на ее прелестном лице появилось разочарование, сменившееся тревогой.

— Может быть, мне следует ее поискать, — предложила она, поворачиваясь к Акмеду.

— Оставь ее, твоя светлость, — посоветовал Грунтор, наполняя свою кружку. — Если бы она хотела быть найденной, так оно и случилось бы. Кто знает, может быть, ей нужно время, чтобы привыкнуть?

— Как и нам всем, — проворчал Акмед.

Рапсодия задумчиво смотрела в свой бокал. Эши нежно провел ладонью по ее волосам, она взглянула на него и улыбнулась.

— Наверное, ты прав, — наконец сказала она, взяла Эши за руку и подвела к столу.

Отодвинув в сторону посуду, она показала ему большую карту, которую они изучали в его отсутствие.

— Акмед и Грунтор согласились нам помочь. — Она улыбнулась обоим фирболгам. — Мы начнем в первый день зимы.

— Замечательно. Спасибо тебе. Спасибо вам обоим.

— Не стоит, — небрежно бросил Грунтор.

— Пожалуйста, не напоминай мне об этом, — добавил Акмед.

До поздней ночи они обсуждали план, пили вино, ели и шутили. А снаружи бесновался ветер, темное небо плакало ледяными слезами, но никто не знал, по кому оно скорбит.

43

— Рапсодия, звезды всегда отражаются в воде. Все будет в порядке.

Рапсодия с сомнением посмотрела на Эши. Она держала меч рядом с поверхностью озера в Элизиуме, наблюдая, как мерцающий свет искрится на воде, отбрасывая длинные тени до самого дна.

— А что, если он погаснет? Элендра разыщет меня и убьет собственными руками.

Эши рассмеялся и поцеловал ее в макушку.

— Ладно, раз уж ты так беспокоишься, лучше нам этого не делать.

Рапсодия продолжала всматриваться в воду. Недалеко от берега она заметила поднимающиеся со дна сталагмиты, начинавшие испускать ровный свет, когда их касалось сияние Звездного Горна. Они светились мягкими оттенками зеленого и голубого; Рапсодия не сомневалась, что сталагмиты берут начало на самом дне пещеры, лишь сравнительно недавно залитой водой. Эти картины преследовали ее в ночных кошмарах, вот почему она все утро рыскала по берегу озера, пытаясь найти способ исследовать глубины подводного грота.

Именно Эши предложил ей взять меч с собой, когда они отправились купаться. Он весело расхохотался, увидев ужас на лице Рапсодии, — она представила, как зашипит, оказавшись в воде, древний клинок, а потом навсегда погаснет. Он попытался объяснить принципы закалки меча, рассказал о неугасимом свете, навсегда поселившемся в клинке, но видел сомнения на ее лице. Тогда Эши заключил ее в объятия.

— Ариа, ты не убьешь меч, я тебе обещаю. Но если ты боишься, поступим иначе. Тут много мест, которые будет интересно осмотреть.