Всегда буду рядом - Дмитриева Ольга Олеговна - Страница 18

Немного робея, она оставалась в спальне сколько возможно и вышла в последнюю минуту. Слава богу, дети уже давно спали, а ее мать смотрела телевизор.

Когда Брук вошла в гостиную, Филлис присвистнула от изумления.

– Ты выглядишь просто потрясающе! И та-а-ак сексуально! Напомни мне, чтобы я купила что-нибудь красное, когда пойдем по магазинам. Ты не забыла, что обещала помочь мне обновить гардероб на этой неделе?

– Ой, как раз забыла. Что же ты не напомнила мне, когда я звонила в понедельник?

– Ну, у нас были более интересные темы для обсуждения, не так ли? Я имею в виду хорошие новости об отношениях – а вернее, их отсутствии – между Лео и этой ужасной Франческой. Знаешь, я почувствовала такое облегчение, словно камень с души упал. Когда ты уехала от меня в воскресенье, я себе места не могла найти от беспокойства. Но Лео вернул мне веру в мужчин. И оно к лучшему, потому что у меня нет больше сил противиться обаянию Мэтью. Когда он снова пригласит меня куда-нибудь, я скажу «да». Давай завтра возьмем детей и пройдемся по магазинам. Я увижусь с Мэтью в пятницу, и если смогу выглядеть хоть наполовину так же хорошо, как ты сейчас, то просто уверена, что он упадет от изумления прямо в коридоре суда и потеряет дар речи.

– Мама, хотя бы подожди до того момента, когда вы останетесь одни, – улыбнулась Брук. За последние годы она впервые видела мать такой счастливой.

Они переглянулись и от души рассмеялись. Их веселье прервал звонок в дверь.

– Наверное, это Лео, – встрепенулась Брук, ощущая, как все внутри сжимается.

Мать посмотрела на нее строгим взглядом.

– Не спеши. Не забывай о собственном достоинстве, дочка. Ты больше не ручная кошечка. Взгляни на себя. Ты тигрица! Покажи ему свое истинное лицо!

В дверь снова позвонили. На этот раз с раздражением.

Брук пошла открывать – не хватало еще, чтобы дети проснулись от шума.

Распахнув дверь, она намеревалась отчитать мужа за нетерпение и непредусмотрительность, но, не успев открыть рот, умолкла.

Лео стоял на пороге и походил на бога. Он был еще красивее, чем обычно, если такое возможно.

Лео всегда выглядел замечательно и одевался стильно и со вкусом. Но на этот раз превзошел самого себя.

Гладкие черные волосы безупречно обрамляли лицо, подбородок был безукоризненно выбрит. Было видно, что он только что принял душ и побрился. Но где?

Но больше всего Брук поразила его одежда. Это были новые вещи – прежде она не видела их в его гардеробе. Черный костюм – явно из последней коллекции итальянских модельеров. Идеальный крой однобортного пиджака подчеркивал прекрасную фигуру. Бледно-серая рубашка без воротника с маленькими перламутровыми пуговками была застегнута до самого горла.

Когда Лео убрал руку от звонка, в свете наддверного фонаря блеснули запонки, украшенные черным ониксом и бриллиантами.

– Вижу, себе ты позволил некоторые украшения, – улыбнулась Брук. – И, если не ошибаюсь, одежда на тебе абсолютно новая.

– Я же обещал тебе невероятную ночь. – Его полные желания глаза несколько секунд изучали ее, и Брук поняла, что не может отвести от них завороженного взгляда. – Ты чудесно выглядишь! Ты все сделала так, как я сказал?

Брук постаралась придать лицу спокойное выражение, но рядом с ним это оказалось невозможным.

Лео улыбнулся, угадав ее нервозность.

– Можешь не говорить. Я уже и сам догадался.

– Я чувствую себя распутной женщиной! – прошептала она, вызвав его смех.

– Так и задумано! Пойдемте, синьора Парини? – предложил Лео, подхватив ее сумку с вещами, которая стояла у порога.

Глубоко вздохнув, Брук приказала себе взять пример с мужа и сделать вид, что она совершенно спокойна и ничуть не обескуражена.

– И куда же мы направляемся, синьор Парини?

– Вдоль по улице воспоминаний. Но с новой стороны.

– Звучит заманчиво. Минутку, я только возьму сумочку. Она в коридоре на комоде рядом с прекрасными алыми розами, которые ты прислал мне. Я поставила их туда, чтобы наслаждаться этой красотой всякий раз, когда иду мимо.

– А я поставил твою статуэтку на свой стол, где могу посмотреть на нее в любую минуту и вспомнить о тебе.

Утром Брук подарила мужу вырезанную из дерева статуэтку женщины с длинными волосами. Она вычитала в какой-то книге, что на пятилетнюю годовщину свадьбы нужно дарить деревянные вещицы. Открыв коробку, Лео поцеловал жену и сказал, что свои два подарка вручит позднее. Первым оказались прекрасные розы, второй пока был тайной.

Очевидно, Лео не собирался вручить его сейчас. Брук пыталась угадать, что это может быть, но тщетно. За годы их совместной жизни Лео не проявил себя, большим выдумщиком по части подарков, так что всегда можно было сказать заранее, что он подарит в следующий раз. Обычно это было что-нибудь общепринятое, вроде духов или конфет.

Филлис вышла в холл.

– Вот это да! – с одобрением воскликнула она. – Вместе вы смотритесь просто потрясающе! Желаю вам хорошо провести время. И вот что, Лео…

– Да?

– Не забудь о том, что я сказала тебе о вине.

– Не забуду – не беспокойтесь.

– Мама сказала тебе что-то о вине? – поинтересовалась Брук, когда они шли к красной «альфа-ромео», припаркованной у тротуара.

Лео кинул сумку с вещами жены на заднее сиденье и грустно улыбнулся.

– Да уж, сказала.

– Интересно, что именно? Мне кажется, о вине ты знаешь абсолютно все. А мама в этом вопросе скорее дилетант.

– Не знаю, не знаю. Твоя мать – весьма опытная и понимающая женщина. И гораздо более разумная, чем я думал раньше. Я изменил свое мнение о ней. Нам стоит почаще ездить к Филлис в гости.

– Боже мой! Чего это ты вдруг?

– Скажем так, я понял, что у нас с твоей матерью гораздо больше общего, чем я предполагал.

– И что же это? – рассмеялась Брук. – Неужели вино?

– Нет, радость моя. Нас объединяет любовь к тебе, – ответил Лео и коснулся губами ее дрожащих пальцев.

Раньше Брук не понимала, что приятного находят женщины в таких поцелуях и почему они тают при этом. Но, заглянув в глаза мужа и ощутив его легкие, невесомые поцелуи на своей коже, она почувствовала, как мурашки бегут у нее по спине, как ее бедра загораются огнем, напоминая о том, что она обнажена под платьем и готова упасть в его объятия. Уже готова.

– Так… так твой план заключается в том, чтобы продлить мои мучения? – выдохнула она.

– Продлить, любовь моя? Означает ли это, что ты мучаешься сейчас?

– Ты и сам это прекрасно знаешь. – Брук попыталась отвернуться, но Лео не позволил.

– Тогда мы с тобой в одной лодке, дорогая. Разве небольшая эротическая пытка сможет убить нас? Нет, она только усилит наше желание. Поверь мне.

Он помог ей сесть на низкое кожаное сиденье.

Брук с ужасом поняла, что и без того коротенькое платье поднялось непозволительно высоко, открыв кружевные манжеты чулок и узкую полоску кожи над ними. Она одернула подол.

Лео грустно улыбнулся, захлопнул дверцу и обошел машину, чтобы сесть за руль.

– Вынужден признать, – протянул он, – я вовремя отказался от первоначального плана, в который входил автомобиль с шофером и ужин в ресторане. Могу представить, как ужасно я чувствовал бы себя, сидя с тобой, такой соблазнительной и красивой, рядом на заднем сиденье просторного лимузина. Нет, я бы этого не вынес. Куда лучше сидеть за рулем, сосредоточившись на дороге. – Он повернул ключ зажигания, мотор «альфа-ромео» загудел, как разъяренный зверь, и автомобиль рванул с места в направлении города.

Брук решила поддержать разговор, чтобы отвлечься от назойливых мыслей и одолевавших ее чувств: никогда еще она не ощущала такого всепоглощающего желания.

– Может быть, ты наконец приподнимешь завесу тайны и расскажешь, что меня ждет?

Лео пожал плечами.

– Да, пожалуй, нет смысла и дальше скрывать от тебя наши планы на вечер. Я везу тебя в «Маджестик», в наш номер.

– О, Лео. Как это романтично!

Он повернул голову к жене и улыбнулся.