Зорро. Рождение легенды - Альенде Исабель - Страница 83

Должно быть, моим уважаемым читателям не терпится узнать, что стало с другими персонажами нашей истории. Новомодная манера обрывать рассказ на полуслове кажется мне совершенно несносной. Нурия жива и здорова, хоть и превратилась в маленькую седенькую старушку и дышит тяжело, словно морской лев. Она и не думает умирать, утверждает, что никто из нас не дождется ее похорон. Совсем недавно не стало Тойпурнии, с которой меня связывала чудесная глубокая дружба. Индианка так и не вернулась к белым. Она до конца жизни оставалась со своим племенем, лишь изредка навещая мужа в гасиенде. Они были добрыми друзьями. Девять лет назад мы похоронили Алехандро де ла Вегу и падре Мендосу. Обоих унесла эпидемия гриппа. Здоровье дона Алехандро так и не поправилось после заключения в страшной тюрьме Эль-Дьябло, но до самых последних дней он каждое утро объезжал свои владения верхом. То был человек старой закалки, настоящий патриарх, не чета нынешним.

Узнав о смерти падре Мендосы, индейцы приходили проводить его в последний путь целыми племенами. Они шли из Верхней и Нижней Калифорний, из Аризоны и Колорадо; чумаши, шошоны и многие другие. День и ночь они плясали под погребальные напевы, а уходя, сложили на могиле священника пирамиду из раковин, перьев и костей. Старики рассказывали легенду о том, как дельфины принесли миссионеру жемчуг со дна моря, чтобы избавить индейцев от нужды.

О Хулиане и Лафите вам придется узнать от кого-нибудь другого. В моей книге почти не осталось места. О корсаре не раз писали газеты, но в целом судьба его покрыта тайной. Пират исчез после того, как американцы, которым он помог выиграть битву, разрушили его империю на Гранд-Иль. Могу сказать лишь, что Хулиана, даже превратившись в дородную и уважаемую матрону, продолжала страстно любить своего мужа. Жан Лафит сменил имя, купил ранчо в Техасе и стал респектабельным землевладельцем, хоть в глубине души и продолжает оставаться авантюристом и разбойником, каким создал его Господь. У них с Хулианой семеро детей, а внукам они давно потеряли счет.

О Рафаэле Монкаде я предпочла бы умолчать. Этот негодяй никогда не оставит нас в покое. Карлоса Алькасара застрелили в какой-то таверне в Сан-Диего вскоре после первого появления Зорро. Убийц так и не нашли, но поговаривали, что это были наемники. Кто им заплатил? Я могла бы заверить вас, что это сделал Монкада, догадавшийся о проделках своего сообщника, но это было бы слишком серьезным художественным допущением. В тот день, когда убили Алькасара, Монкада был на пути в Испанию. Так или иначе, злодей вполне заслужил такую смерть. Диего принялся ухаживать за Лолитой. Ему пришлось открыть девушке тайну Зорро, прежде чем она ответила ему взаимностью. Они поженились и прожили вместе два года, пока Лолита не сломала шею, упав с лошади. Бедняжка. Через несколько лет Диего снова женился на девушке по имени Эсперанса, но и ее вскоре постигла трагическая гибель. Впрочем, это совсем другая история.

Что касается меня, друзья мои, то я почти не изменилась. Красивые женщины с годами теряют свою прелесть, а некрасивые почти не стареют, некоторые, наоборот, становятся интереснее. Мои черты со временем стали мягче. В волосах моих пробиваются седые пряди, но они не поредели, как у Зорро; их по-прежнему хватает на две головы. Морщинки совсем меня не портят, даже придают определенный шарм. У меня сохранились почти все зубы. Я все такая же худощавая и сильная. И глаза до сих пор косят. На теле у меня осталось несколько шрамов от сабли и от пуль, полученных во время вылазок в маске Зорро, и я ими горжусь.

Вы спросите, влюблена ли я до сих пор в Диего. Должна признаться, да, но я нисколько от этого не страдаю. Когда мы повстречались, ему было всего пятнадцать лет. В сущности, мы оба были детьми. Я носила уродливое желтое платье и походила на мокрую канарейку. Я с первого взгляда влюбилась в Диего и любила его всю жизнь. Правда, в какой-то момент его место в моем сердце едва не занял Жан Лафит, но пират, как известно, стал добычей моей сестры. Только не подумайте, что я старая дева, ничего подобного; у меня было несколько любовников. Все они были неплохими людьми, но ни один так и не смог заставить меня позабыть Диего. К счастью, моя привязанность к Зорро не похожа на мучительную, болезненную страсть, которую так часто испытывали к нему женщины; я никогда не теряла головы. Догадавшись, что нашего героя по-настоящему увлекают лишь те женщины, что остаются к нему равнодушны, я решила стать одной из них. Всякий раз, становясь вдовцом или теряя невесту, Диего предлагал мне выйти за него замуж, а я неизменно отказывалась. Пусть он мечтает обо мне, а я буду неприступной. Приняв предложение Зорро, я скоро наскучила бы ему, и мне пришлось бы умереть, чтобы освободить его, как и поступили обе его жены. Лучше набраться терпения и дождаться старости. Не за горами то время, когда оба мы превратимся в стариков, которые еле ходят и плохо соображают, на смену нам придут молодые хищные лисята, и, даже если найдется дама, которая согласится спустить с балкона веревочную лестницу в ответ на серенаду Зорро, у него уже не будет сил по ней взобраться. Вот тогда и придет время отплатить Диего за все мои страдания!

И на этом, любезные читатели, позвольте мне откланяться. Я обещала поведать о том, как родилась легенда, и сдержала слово, а теперь меня ждут другие дела. Я сыта по горло приключениями Зорро, а потому давайте будем считать, что его история подошла к концу.