Горны Империи - Верещагин Олег Николаевич - Страница 74

- Не раньше, чем поставят очистители, - подала реплику Валерия Вадимовна.

- Конечно, - Борис Игоревич чуть склонил голову набок. - А ты молодец, Олег, - усмехнулся он. - Только на четыре часа в день сейчас и на два - когда будешь учиться в школе.

- Я не молодец, - Олег опустил глаза. - Молодец... - он покосился на Дениса. - Я просто не привык... бездельничать. Сперва думал, что это здорово, а теперь... Как будто ешь из милости... ой, извините!!!

Но Третьяковы-старшие захохотали. Валерия Вадимовна замахала рукой на взявшуюся за щёки Ольгу Ивановну. А Денис заявил:

- А я?! Я тоже хочу работать! Это нечестно!

- Вот и пойдёшь с Олегом в подсобные рабочие, - согласился Борис Игоревич. Денис кивнул:

- Замётано. И ещё я открою лавочку по торговле резьбой по дереву. Капитализм так капитализм.

- Ты сначала резьбу на дом закончи, - напомнил отец. - Ни одного наличника нет, окна как слепые.

- Мне это нравится, - полусерьёзно возмутился Денис. - Я что, прислуга за всё?!

- Нет, ты рабочий для всего, - пояснил отец. - Ну что, Ольга Ивановна, было очень вкусно! - он с улыбкой взял руку домохозяйки и поцеловал. Женщина покраснела и почти отдёрнула руку, а Валерия Вадимовна рассмеялась, откладывая вилку:

- Мне остаётся только ревновать. Ольга Ивановна, вы ведь просто красавица и умеете готовить намного лучше меня... Ладно, - она поднялась с решительным видом, - тоже пойду... готовить. Небось, уже все заждались.

- У тебя и правда красивая мама, - Денис шнуровал ботинки, поставив ногу на крыльцо. Олег посмотрел тревожно и внимательно - он, кажется, боялся, что Денис смеётся над ним. Но Третьяков-младший был совершенно серьёзен. Выпрямившись, он одёрнул шорты. - Сегодня пойдёшь со мной на площадь?

- Конечно, пойду, - удивился Олег и задержал взгляд на галстуке Дениса - отчётливо завистливый взгляд. Денис напрягся и подумал: если сейчас попросит "такой же" - значит, плохо дело, чего-то не понял. Но Олег только вздохнул. - Мама и правда красивая... а была совсем... в смысле - очень, пока отец был живой. А потом... конечно, с твоей не сравнить... Денис, - вдруг сказал Олег, - а почему ты один в семье?

- Мама больше не может рожать, - Денис зашагал по тропинке к калитке и не смотрел на Олега, пока отвечал. - Её ранили. Давно. И так получилось... Они у нас ровесницы, - мальчишка наконец-то обернулся на шагающего следом друга и улыбнулся: - Всё будет. Обязательно.

Он не стал конкретизровать, о чём говорит. Но Олег кивнул. И видно было, что он и правда понял.

Песню было слышно ещё метров за сто от будущей школы. Олег и Денис переглянулись, и Денис удивлённо сказал:

- Володька.

Да, несомненно - где-то внутри Володька горланил совершенно самозабвенно:

...Кенесбаев отнёсся к охране серьёзно - двое полицейских стояли у входа, ещё четверо ходили парами по периметру, хотя и был день. Мальчишек пропустили только после того, как Денис предъявил удостоверение личности и поручился за Олега. Они почти вбежали в коридор - и остановились при выходе в зал. Шесть или семь мужчин - в рабочей потрёпанной одежде, деловито переговаривающихся - шоркали от старой краски стены и что-то мерекали с полами. Франц Ильич гордо прохаживался туда-сюда и что-то указывал тростью (его выслушивали вежливо, кивали, но, как заметил Денис, делали по-своему). А Вольдька распевал, сидя на решётчатой лестнице и болтая ногами. Впрочем, увидев Дениса, он тут же опасно слетел вниз с воплем:

- Денис! - и бросился к старшему мальчишке. Правда, затормозил в полушаге, смутился и махнул рукой: - А мы тут... работаем.

- Вижу, - улыбнулся Денис. - Доброе утро, Франц Ильич. Доброе утро, - это он сказал мужчинам, которые с интересом смотрели на мальчишек и ответили вразнобой, но доброжелательно, а потом вернулись к работе. - Это кто? - понизив голос, кивнул на них Денис. Володька пожал плечами:

- А... наши. С шахт позакрытых. Помочь пришли.

- Держи, - Денис передал Олегу несколько крупных купюр. - Забирай этого, - он толкнул Володьку в затылок, - и купи-ка инструментов для ремонта... - Денис примолк, поняв, что не очень представляет, что именно надо купить. Как-то не представлялась ему возможность заниматься такими вещами. Но Олег кивнул:

- Да понятно. Сейчас сбегаю.

- А с тобой остаться можно? - непосредственно спросил Володька и огорчённо посмотрел на Дениса. Тот покачал головой:

- Олегу помоги, если уж работать собираешься. А я пока тут...

Володька вздохнул, но возражать не стал и покорно пошёл следом за Олегом.

Подошёл Франц Ильич.

- Доброе утро, Денис, - кивнул он. - Честно говоря, я не ожидал, что кто-то придёт вот просто так... а утром пришёл - люди ждут около дверей, охранники их не пускают... - он проводил взглядом мальчишек и покачал головой: - Володя отлично поёт, ты знаешь? - Олег кивнул, перевязывая галстук, как и вчера, на голую шею. - Ужасно, что мальчику с его талантом досталась такая судьба...

- При чём тут судьба, Франц Ильич? - резко спросил Денис. - Судьба. Просто слово такое для оправдания бессилья и трусости. Простите...

- Ничего, - учитель вздохнул. - Возможно, ты и прав. Мне хочется верить, что ты прав. Мне очень хочется верить, что ты прав.

- Вы знали его родителей? - Денис примерился и ловко сорвал пахнущий сыростью занавес, отскочив из-под кишевших мокрицами складок. - Фу!

- Нет, - Франц Ильич поворошил тростью затхлые складки у своих туфель. - Володя найдёныш. Неясно, что с ним, где родители... Ему было три года, когда его нашли в лесу, на юг от посёлка. И всё. Искали, конечно, родителей или родню, но так - спустя рукава. А потом - привыкли, что есть такой вот мальчишка. Ходит, поёт. Никто его особо и не обижает...

- Привыкли... - Денис пнул складки. Гадливо даванул ногой выбравшуюся наружу жирную мокрицу. Поднял глаза на учителя. - Мы когда сюда ехали, я видел - дети в луже играют. К этому тоже привыкли?

С языка у Дениса готовы были сорваться ещё немало злых - и справедливых! - слов. Тем более, что Франц Ильич молчал. Но именно это молчание и заставило Дениса потупиться и тихо пробормотать:

- Простите...

- За что? - тихо спросил Шёнк. И положил длиннопалую сухую руку на голое плечо Дениса. - Ты всё правильно сказал... Когда начнём занятия - поможешь мне?

- В чём? - искренне изумился Денис.

- Ну, хотя бы доработать программы - в соответствии с вашими требованиями, - Франц Ильич улыбнулся.

- Но я в этом ничего не понимаю, - хлопнул глазами Денис. Шёнк тихо засмеялся:

- Похоже, в других случаях тебя это не останавливает.

- Да в целом да, - согласился Денис, повеселев. И набросился на занавес.

К полудню небо расчистилось совершенно, сияло и жарило солнце. Наработавшиеся мальчишки - все трое - сидели около ограды городского сада, рядом с журчащим фонтаном (тут и там исчерканным надписями). Точнее, даже не сидели, а полулежали на краю, разувшись и передавая друг другу бутылку с лимонадом. Володька булькал в воде рукой и то и дело совал ногу под струйку, вытекавшую из раструба-цветка.

- Хорошо, - неожиданно сказал Олег и потянулся. Денис (он лежал, прикрыв глаза) разжмурил веки и усмехнулся:

- Хорошо.

- Хорошо, - эхом отозвался Володька и утвердительно булькнул ладонью, окатив обоих старших мальчишек. Они мгновенно повскакали с воплями - вода в фонтане уходила вниз, не успевая нагреваться и была холодной. Володька немедленно удрал по воде на другой конец фонтана, а Денис с Олегом, закончив - вполушутку - ругаться, обратили внимание на то, что мимо идут и идут люди - много, самые разные. Целеустремлённо, переговариваясь, в одну сторону. Там, куда они шли, нарастал гул - сдержанный шум толпы.