Горны Империи - Верещагин Олег Николаевич - Страница 46

- Ой! - на этот раз Денис ойкнул по-настоящему. - Тётя Лена?! - он вспомнил вчерашнюю встречу и затормошил мать, бросив вилку. - Ма, ты что, им отказала?! Ты им не помогла?!

- Помогла, - сердито сказала женщина, садясь рядом. - Написала адреса, по которым можно обратиться, помогла составить отношение в приёмную руководителя программы и приложила большую зелёную печать. Они хотели забыть на столе конверт, и я на них наорала напоследок... Но знаешь, Дениска...

- Знаю, ма, - Денис взял мать за рукав и прислонился щекой к её плечу. - Знаю, что ты у меня самая добрая и умная на свете.

- Я до семи лет звала тебя Лисёнком, - напомнила Валерия Вадимовна, вздыхая и гладя сына по голове.

- А ещё - Лисья Мордень, - с удовольствием вспомнил Денис. И сам себе удивился - ещё год назад он терпеть не мог воспоминаний об этом. Взрослею, что ли, подумал он. А Валерия Вадимовна сердито сказала:

- Это когда ты подлезал ко мне, что-нибудь натворив: "Ты у меня самая..."

- Но ведь ты и правда самая, - твёрдо сказал мальчишка и сел прямо. - Ты им помогла, и разве важно, что они не по твоей части, не по медицинской? Да и потом - если дети болеют силикозом и хотят выселиться из этого ада - разве это не медицинская часть?

- Я не сержусь, - Валерия Вадимовна снова вздохнула. - Ты прав. Я просто сегодня опять злая.

- Давай займёмся лечебной гимнастикой, - готовно предложил Денис...

...Когда Третьяков-старший вернулся домой, то обнаружил жену и сына в прямом смысле слова стоящими на головах посреди комнаты. При этом они вели деловой разговор на тему молока и рабочих часов в шахте.

- Сразу чувствуешь, что дома, - заметил штабс-капитан спокойно, расстёгивая ворот мундира. - А что на ужин?

- Яичница, - хихикнул Денис и получил от Валерии Вадимовны ногой по спине. - АААААААА!!! Больно!

- Поделом, - она ловким кувырком оказалась на ногах. - Как прошёл рабочий день?

В её голосе послышалась толика яда, и Денис, продолжавший невозмутимо стоять на голове, навострил уши.

- Мне сказали, что ты закрыла третий рудник? - Третьяков-старший произнёс это спокойно, но Валерия Вадимовна забурлила немедленно:

- На все рудники - один фельшпункт с вечно пьяным фельдшером! И это всё медобслуживание! Всё! А корпуса администрации рудника похожи на королевский дворец! В обогатительном цехе пыль, грязь, вонь! Работают подростки - голые по пояс, чёрные от грязи, без масок, лица закрыты грязными тряпками, у каждого пятого уже по внешним признакам силикоз лёгких, у каждого третьего - явное белокровие! - Валерия Вадимовна буквально металась по кухне. - У входа в шахту стоит сытая рожа в скафандре высшей защиты и пропускает рабочих в набедренных повязках! Из ствола разит, как из отхожего места! Температура внизу - около плюс сорока по Цельсию, систем охлаждения и кондиционирования нет!

- Ты спускалась вниз? - встревожился Борис Игоревич. Жена взглянула на него свирепо:

- Я была должна и сделала то, что была должна, я врач и офицер! И не смей мне противоречить, Борька! Радиация втрое превышает допустимую! Смены по восемь часов! Фельдшер на руднике - эта пьяная мразь, я разбила ему лицо... Потом мне на дом принесли взятку, и я...

- И мама попала в него туфлей, - с удовольствием вспомнил Денис эту сцену.

- Господи, - Борис Игоревич развёл руками.

- В общем так, - Валерия Вадимовна вдруг успокоилась. - Я на самом деле закрываю третий рудник. С завтрашнего дня. И не открою до тех пор, пока руководство компании не устранит всех тех мерзостей, которые я перечислю в отчёте.

- Ничего не получится, - возразил Борис Игоревич. - Сами же рабочие разорвут тебя в клочья, ты же не даёшь им зарабатывать.

- Я не дам им сдохнуть даже по доброй воле, - лицо женщины сделалось упрямым.

- Ты максималистка, Лерка. Как только ты это сделаешь - поднимется крик, что имперцы только на словах за трудового человека, а в реальности... - Борис Игоревич не договорил. Денис вскочил на ноги:

- Ой, па! Я нанял кухарку. Ольга Ивановна, симпатичная, мне понравилась, я сказал, что ты будешь платить два миллиона в месяц.

- ? - Третьяков-старший сделал задумчивое лицо. - А почему не три?

- А ты можешь три? - уточнил Денис. - Она придёт завтра к шести... Па-а, может, ей сюда переехать? Есть же свободная комната, и она всегда будет на месте. По-моему, у неё с жильём не очень.

- Тут "очень" только у тех, кому место на нарах! - снова начала Валерия Вадимовна, но в это время из-под дивана вылез щенок. Удивлённо оглядел высокое собрание, зевнул розовой пастью, дружелюбно повилял хвостом и упал на бок у ног Дениса.

- Это кто? - поинтересовалась Валерия Вадимовна.

- Скотина на развод, - невозмутимо ответил Денис, задвигая щенка ногой обратно под диван. - Его зовут Презик. Президент, в смысле.

Родители переглянулись. Третьяков-старший спросил:

- С резьбой что?

- Оберег на конёк почти готов, - доложил Денис.

Родители снова переглянулись. И Борис Игоревич подвёл итог несколько напряжённым голосом:

- Оберег - это хорошо. Оберег нам понадобится.

Глава 16 .

ЛЮДИ, ЛЮДИ, ЛЮДИ. . .

Спал Денис плохо. Нет, не сам сон. Просто он поздно лёг, потому что взялся читать Шепелёва, а события там закручивались, закручивались, закручивались... в общем, когда они раскрутились, и Денис с облегчённо-осоловелым "фффыхххх..." уронил книгу на пол рядом с постлеью - было около четырёх утра. Мальчишка дотянулся до света (всё-таки хорошо, что он тут круглые сутки), выключил его - и уснул.

Потом - около семи - ему показалось, что кто-то заглядывал в комнату. А потом он ещё два часа дремал, ощущая какое-то сквозьсонное неудобство. И в конце концов проснулся окончательно - в разбитом настроении.

В таком же настроении он вышел на лестницу. И неожиданно понял, что дома есть кто-то чужой. Причём этот чужой вёл себя как дома. На кухне чем-то гремел и даже напевал - весьма приятно - песенку про белый остров, что-то вроде: "Как найти мне белый-белый остров..."

- Это кто? - спросил сам у себя Денис...

...Это оказалась Ольга Ивановна. В простеньком сером платье, в фартуке и шапочке и сандалиях, она стояла на кухне и что-то сбивала веничком в миске. Увидев Дениса (тот накинул рубашку) и прошмыгнул в ванную - женщина смутилась и перестала петь:

- Разбудила вас, да?! - с опаской спросила она.

- Не-а, - Денис помотал головой. - И вообще, вы меня будите не позже восьми утра. А то, если мне волю дать, я буду спать и спать. Договорились? Можете с кровати стягивать, если буду брыкаться.

Ольга Ивановна заулыбалась и сказала, продолжая работать веничком:

- Это я Олежку своего бужу, он тоже соня у меня - в ухо подую, он сразу вскакивает...

- Это ваш сын? - Денис присел за стол, размышляя, как бы попросить у чужой женщины есть.

- Да, сын... Столько же, сколько тебе... Дочь была ещё, старшая, да пропала два года назад...

- Как пропала? - не понял Денис. Ольга Ивановна грустно улыбнулась:

- Да вот так... В город поехала, в Побережный... работу получше искать. И всё.

- А... - Денис покачал головой. - А как же... - но договаривать не стал. И про мужа спрашивать не стал. А Ольга Ивановна предложила сразу:

- Завтракать-то будете?

- А вы на всех приготовили? - спросил Денис. Женщина опасливо сжалась:

- На скольких скажете... а кто ещё будет?

- Вот и я думаю - кто ещё будет? - вздохнул Денис. - Про кого вы говорите "будете"? А я - буду. Кладите, что есть. И ещё вот что... - Денис смутился. - Вы не думайте, я не приказываю... просто какая это была песня? Про белый остров?..

- Там где горы, снежные уборы - там к нему дорога... - Денис давно не ел, а просто слушал, хотя запеканка со сметаной была очень вкусной. - Хорошая песня.

Ольга Ивановна опять смутилась. А Денис спросил: