Тайна царя Иоанна - Хомяков Петр Михайлович - Страница 91

Так что вся наша эпопея это один из вариантов того, что должно было свершиться. Зная эту предопределенность, так ли интересно стрелять, бегать, подсматривать? Да даже находить клады.

Нет, интересно, собрав в кулак всю душу и ум, попытаться разгадать Божий замысел. И понять его максимально адекватно. И выполнить Божью волю. Но не тупо, а красиво, как выполняет сложный заказ настоящий мастер. Постараться реализовать развитие мира по оптимальной, как говорят мои коллеги, траектории.

Вот это интересно! Вот ради этого стоит жить и напрягать все свои силы. А стрельба и поиски кладов, это так, эпизод. Занятный, но эпизод.

Но именно мы сейчас боремся за исполнение воли наших Богов, которым служили твои предки. И каждая клетка твоего тела, и каждая капля их крови, текущая в твоих жилах зовут тебя присоединиться к нам.

Так, присоединяйся же к нам, княжна! Ты же наша! Своя! Мы нужны тебе, а ты нужна нам. Без таких как ты, Русь не полна!

– Нам, – протянула княжна, и повторила – нам. А тебе? Тебе лично? Пойми меня, наконец! Пойми и скажи, что понял. Мне ведь не флирт с тобой нужен. Не это твое сегодняшнее «Останешься?». Ну?!

Кузнецов вдруг вспомнил подслушанный в тот давний день разговор, заочное полупризнание княжны и смутился.

– Знаешь, я всегда любил четкие арийские формулировки. Например, каждому свое. Да, княжна, каждому свое. Добропорядочному обывателю добродетельная жена. Рыцарю спасенная из лап дракона фея. Но я не знаю, какая подруга должна быть у Великого Магистра. Да и должна ли она быть вообще?

– Я поняла, кто ты, Михалыч. Ты ураган, влюбленный в свой ветер, ты землетрясение, влюбленное в скрежет разламываемых каменных плит, ты озеро, влюбленное в свой утренний туман, ты жрец, так исступленно любящий своих Богов, как невозможно любить ни одну земную женщину.

Она на миг задумалась, как будто хотела добавить нечто очень важное. Но не решилась. И ласково, но с некоторой опаской, как бы боясь обжечься, погладила его по щеке жестом старшей сестры. А потом сказала:

– Но я подумаю над твоим предложением. Твердо обещаю, что подумаю. А пока, вызывай машину.

Он проводил ее до выхода. Прямо у самых ступеней стоял огромный джип, похожий на танк

Уже из машины она махнула рукой и крикнула:

– Удачи тебе, Великий Магистр!

– До встречи в Свароговой Орденской Светлой Руси, княжна!

Охранник, атлет в той же черно-бело-стальной партийной униформе, уже галантно закрывал за ней заднюю дверь. Но вдруг княжна распахнула ее, почти оттолкнув этого почтительно, но резво отскочившего парня.

– Эй, Магистр, ты так и не разгадал главную тайну царя Иоанна! Тайну пятого условия успеха орденского проекта! – крикнула она.

Кузнецов удивленно обернулся на ступенях и сделал шаг навстречу княжне.

– Для успеха проекта надо, чтобы рядом с Великим Магистром находилась княжна-колдунья. Это условие знал Грозный. И именно поэтому он так внимательно, своим свинцовым, наводящим ужас взглядом, осматривал плененных в Полоцке девиц знатных родов.

Но он так и не вычислил мою прародительницу. Она отвела ему глаза. Потому что нельзя насильно заставить ведьму любить. Она должна это сделать сама. Возможно, и вопреки Магистру. А возможно даже, и вопреки самой себе.

– Что же из этого следует? – несколько растерянно спросил Кузнецов.

А княжна, как будто сбросив тяжкий груз, сообщив ему это условие, озорно, как девчонка пропела пародийный вариант известной песни его молодости:

– Следует пить. Пить каберне и сухое вина за два тридцать.

Подыгрывая ей, он продолжил, напевая:

– Вы полагаете всем этим можно напиться?

– Я полагаю, что все это следует пить!!! – пропела княжна последнюю строчку. И уже более спокойно, но с внутренней силой добавила.

– И я буду колдовать, чтобы это было вином победы.

– Но для этого надо находиться рядом с бокалом.

– Не обязательно Магистр, но желательно. Желательно. Впрочем, не будем загадывать.

Как покатит.

Александров, 2005