Орден Единства (СИ) - Краснова Галина Владимировна - Страница 24

Прощальный взгляд, в котором сплелось все: и любовь, и надежда, и вера, и прощание, на всякий случай.

— А церковь я на Никодима оставил.

Глава 12

Строительство посольства Артерриана продвигалось своим ходом. Точнее само здание уже было закончено и я занималась внутренней отделкой. Рабочие кабинеты чередовались с комнатами для отдыха, залами и галереями. Мне с детства нравилось создавать дизайны интерьера, но я ненавидела клеить обои. С магией дело пошло на лад. Просторные коридоры постепенно заполняли удобные кресла для посетителей, а также разнообразные фонтанчики с питьевой водой, урны для мусора, журнальные столики. Хотелось, чтобы все было по высшему разряду.

— Альтера, к нам гости.

Я оглянулась на Ямамото, который "стоял на стреме" в начале коридора, и недовольно поморщилась. Ну не хотелось сейчас никого видеть. Бывает же так, что человек хочет побыть наедине со своими мыслями?

— И кто?

— Юлиан.

В голосе духа не прозвучало ни уважения, ни почтения. Не знаю почему, но Юлиан активно не нравился моему духу-хранителю. Возможно и стоило прислушаться к нему, но я умирала от тоски и одиночества без своих друзей. А Юлиан, к тому же, был чем-то похож на Артура. Хотя наверно это не честно по отношению к нему. Ведь как личность он мне не так интересен, как носитель того тепла, по которому я скучаю. Надо бы перестроиться, но не получается.

— Леди Альтера, я рад видеть вас в добром здравии.

Взглянув на него, я поняла, что на меня серьезно обиделись. Нет, все же мужчины иногда как дети.

— И рада видеть вас в добром здравии, Юлиан, сын Айсдрега.

Для пущего эффекта я отвесила поклон в точности следуя букве этикета, чем ввела своего посетителя в жуткое смущение.

— Ну и из-за чего ты на меня обиделся?

Склонив голову к правому плечу. Я с легкой улыбкой наблюдала, как его щеки покрываются здоровым румянцем

— Ну что вы, госпожа Маг, разве я имею право на вас обижаться? Просто как друг, я волновался.

Скрестив руки на груди, я наградила его долгим и тяжелым взглядом, на который тот, собственно и не отреагировал.

— Я бы предупредила тебя, если бы сама знала, что буду так долго отсутствовать. Это была непредвиденная задержка. Мир?

Я протянула руку для пожатия, от чего Юлиан вздрогнул как от пощечины. Но в следующую секунду он уже активно тряс мою руку, улыбаясь краешком рта.

— Временное перемирие. Пока ты, госпожа Маг, не доведешь меня до очередного микроинфаркта своими выходками.

Невероятно то, как мы быстро перешли к панибратским отношениям. Мало того, что общаемся без должного уважения друг к другу, так я еще и выговор от него не получаю! И странно то, что иногда он как будто забывается и ведет себя так, будто с детства приучен к всеобщему повиновению. Что ни говори, а странный парень. Вроде прост как кухонная табуретка, но иногда… Вызывает подозрения он иногда, хотя тут же их гасит. Надо, надо к нему хорошенько приглядеться. Кто знает, если окажется достойным, то может через пару лет предложу стать моим Проводником. Но сейчас об этом даже думать невозможно.

— Постараюсь не доводить. Слушай, тебе никто не говорил, что ты иногда ведешь себя как заправский шпион? Если бы я страдала паранойей — заподозрила бы в тебе Отступника или представителя Клана Ледяного Дракона.

— А я и есть представитель Клана. Я сам Верховный Жрец, Великий и Ужасный, собственной персоной.

Он отвесил шутовской поклон, пытаясь сдержать улыбку. Я весело расхохоталась, так как на роль Верховного Жреца скорей походил Вадик, со своими сдвигами по фазе. Юлиан же обладал внешностью типичного молодого человека с романтическим складом характера. Хотя, говорят Чикатило был похож на среднестатистического сельского учителя.

— Ну если ты верховный Жрец, то я — наследница Императорского Престола. Ты только проведать меня пришел или есть что-то еще?

— Я пришел пригласить тебя на концерт на Дворцовой площади. Не знаю, кто там будет выступать, но веселье гарантирую.

Покопавшись в памяти, я припомнила обрывки разговоров о концерте на этой самой площади. Непонятно то ли группа какая-то приехала, то ли праздник очередной, но мероприятие массовое.

— И как мы туда будем добираться?

Юлиану хватило совести покраснеть.

— Я рассчитывал на твою Метелку. Дороги будут перекрыты, а метро…

Я снова расхохоталась. Да еще как — слезы на глазах выступили а в животе колики начались. Даже за стену пришлось схватиться, чтобы не упасть. Это было так похоже на просьбу неудачливого ухажера к девушке, сходить с ним на свидание и при этом оплатить билеты в кино и попкорн, что я просто не могла удержаться.

— Что тебя так рассмешило?

С трудом загнав смех глубоко внутрь, я покачала головой, давая понять, что ничего особенного.

— Куда и во сколько залететь за тобой?

— Не надо за мной залетать, я сам приду. Сюда. В шесть. Договорились?

— Договорились. Буду ждать.

Я все еще улыбалась, смотря в спину удалявшемуся Юлиану, хотя в низу живота начало нарастать чувство дискомфорта. Уже два года это было верным признаком того, что грядут большие неприятности.

Вся обстановка посольства была уже практически завершена, когда Ямамото в очередной раз предупредил меня об очередных гостях. Но если приходу Юлиана самурай не обрадовался, то новых гостей встретил с небывалым энтузиазмом.

— Отец Алексей, Митя я рада вас видеть. Что вас привело сюда? Что-то случилось?

Как всегда в присутствии этого представителя духовенства все внутри меня успокоилось и обрело гармонию. Как ни рассуждай о грязи и пошлости миров, о мерзости, скопившейся в душах представителей разумных рас — понимаешь, что не все так плохо, когда видишь таких людей. У них свет в глазах, любовь в улыбке и бесконечная доброта в поступках. Хотелось бы, чтобы таких было побольше, но надо радоваться и тому, что есть.

Однако моя радость быстро растаяла, когда я отметила их взволнованные лица, усталость и даже некоторый страх.

— Тебе грозит опасность, дитя мое.

Он еще не совсем отдышался от быстрого шага, но речь была достаточно понятной. Не понятным остался смысл слов.

— Какая еще опасность? О чем ты говоришь?

Я уже хотела расхохотаться и подколоть батюшку на счет проснувшихся колдовских способностей, когда вспомнила о своем собственном предчувствии опасности. Неожиданно даже для самой себя, я поверила отцу Алексею. И, будто дожидаясь этого, на меня накатил черный ужас.

…Средневековая тюремная камера в подземелье. Холод такой, что на стенах толстая корка льда. Постоянная сырость, от которой ломит все кости. Голод, выгрызающий внутренности и заставляющий зубы выпадать, а десны кровоточить и распухать. Тьма, от которой хочется выцарапать себе глаза. Отчаяние от постоянного отсутствия магических сил. Всепоглощающий ужас, вызванный беспомощностью. Внутренняя боль от осознания своей вины в смерти близких. Внешняя боль от постоянных побоев и пыток. Страх перед безумием. Все это сплелось в тугой комок, который можно было назвать моей жизнью.

Скрип проржавевших петель, удерживающих тяжелую адамантовую дверь. И безумный животный ужас, от предчувствия новых побоев и издевательств. Сжавшись в комок, и заслонив глаза от нестерпимо яркого света, я ждала своего мучителя. Может и не с гордо поднятой головой, но не покоренная.

— Ну что, Альтера, ты готова принять свою судьбу?

Знакомый приятный голос с вкрадчивыми нотками. От него по всему тело проходит озноб.

— Катись к черту. Я никогда не покорюсь.

Язык еле ворочается. Он тоже распух, но все же меня поняли. Пинок по сломанным ребрам и ослепительная вспышка боли. Казалось бы смогла уже привыкнуть, но никак не получается.