Психология собаки. Основы дрессировки собак - Нетесова Елена В. - Страница 50

Даже такая тонкая особенность, как положение, которое занимают далматины, бегущие рядом с экипажем позади лошадей, наследственная. Одни держатся поближе к лошадиным копытам, другие подальше. Этот вывод сделали из своих наблюдений Килер и Тримбл.

Едва ли можно усомниться в том, что формы поведения передаются из поколения в поколение. Мои личные наблюдения за реакцией тысяч щенков на подкожные инъекции во время вакцинации служат прекрасной иллюстрацией. Щенки доберман-пинчеров и бультерьеров, как правило, их не чувствуют. Многие кокер-спаниели обычно издают однократное взлаивание, а как только иглу вытащат, садятся и почесывают место укола, но некоторые выражают значительное неудовольствие, так что делать им уколы трудней, чем всем прочим породам. Многие сопротивляются, а во время борьбы мочатся и испражняются. Щенки моих красных кунхаундов не издавали ни звука, но чесались после инъекции. Знакомство с поведением предыдущих пометов от обоих родителей позволяет предугадать поведение следующих. Спрингер-спаниели ведут себя совершенно по-разному. Одни даже мочатся, другие визжат от страха, третьи совсем нечувствительны.

Возможно, понять это полностью могут лишь те, кто много лет занимается племенной работой, хорошо изучив многочисленные породы, но разве история кокер-спаниеля не служит ярчайшим примером того, как в результате безответственного разведения одной из самых зависимых от человека пород, маленьких собачек, практически не умевших кусаться, возникла порода, большинство представителей которой превратились сейчас в злобных, нервных, ничтожных собак? Получив в ходе племенной работы более двух тысяч кокеров, среди которых не было ни одного злобного, поразительно видеть, как жажда обогащения привела к вырождению столь утонченной породы. В одно время каждая из четырех зарегистрированных Американским клубом собаководства собак была кокером. За один месяц было зарегистрировано более 7200. Сейчас, когда я об этом пишу, их число сократилось до 1200 — так люди отреагировали на деятельность тех, кто приложил к деградации руку. Собственно, дело не только в ужасном характере, но во многом и в образовавшейся за это время длинной пушистой шерсти. Возиться с ней тоже никому не хочется. Расчесывать такую шерсть у собаки, склонной кусаться и мочиться, крайне неприятно, чтобы соглашаться на это.

Найдутся еще тысячи здоровых кокеров с типичной шерстью. Многие остаются в руках охотников и энтузиастов полевых испытаний, от них возродится старый тип кокера и вскоре вновь обретет разумную популярность.

Интересно отметить, как определенные комбинации внешних черт и форм поведения при сочетании с комбинациями противоположных признаков проявляются в новых комбинациях во втором поколении. Доктор У. Т. Джеймс скрещивал ленивых собак с очень активными. Представителем ленивых стал бассет, активных — немецкая овчарка. В первом поколении связь между внешним видом и поведением разорвалась. Но после скрещивания полученных от этой вязки щенков характеристики предков сочетались по-новому: внешне это были бассеты, но весьма возбудимые, и ленивые, флегматичные немецкие овчарки.

Чем выше уровень развития видов животных, тем меньше им свойственно автоматическое поведение, тем больше формирование нервной системы и поведения зависит от возникавших прежде реакций. Когда речь идет о собаках, мы признаем и действительно с самого начала опираемся на допущение, что определенные породы по-разному реагируют на определенные стимулы. Гончих мало интересуют летающие птицы или насекомые, тогда как пойнтер или сеттер оживляются при каждом их появлении. Мы, кроме того, допускаем существование некоторых форм поведения, иногда называемых также «психической пригодностью», которые не подлежат модификации, и других, частично поддающихся изменению. Мы видели, как можно модифицировать кору головного мозга. И дальше рассмотрим процессы, позволяющие произвести подобную модификацию, и способы их использования при дрессировке.

ЧАСТЬ IV

13. Как собаки учатся

Собака, предоставленная самой себе, обучается методом проб и ошибок. Пытаясь перебраться через ограждение вокруг фермы, где щели между натянутой рядами проволокой становятся с высотой все шире и шире, она будет изо всех сил пытаться просунуть голову между нижними рядами. Наконец, отчаявшись, может встать на задние конечности, обнаружить, что промежутки наверху достаточно широки, и выбраться, ворочаясь и протискиваясь. Совершив еще несколько точно таких же попыток преодолеть ту же преграду, она от них откажется и отныне начнет подниматься на задних конечностях, просовывать в щель голову и выпрыгивать. В конце концов даже научится не трудиться, а, отыскав щель, отойдет в сторону, прыгнет, оттолкнувшись задними конечностями, и будет проделывать это столь грациозно, что смотреть на нее одно удовольствие.

Ощущая болезненную реакцию, она усваивает, чего делать не следует. С раннего детства собака осознает, что рычание «матери» означает: нельзя, держись подальше. Каким образом она учится? Слышит рычание, продолжает делать то, что запрещено, чувствует, как «материнские» клыки причиняют боль и нагоняют жуткий страх. Рычание как будто ставит перед щенком преграду. «Мать» ест и рычит. Если щенок держится на расстоянии, то останется в безопасности, но горе ему, если он пересечет невидимую черту. А разве вы никогда не видели, как щенок подражает «матери» и рычит, не подпуская однопометников к еде? Щенкам исполняется несколько недель, прежде чем они начинают охранять пищу. И эта реакция проявляется, даже когда их выкармливают из бутылочки.

Как собака учится? И что она узнает? Что на лай собирается дружеская компания? Что лай изгоняет людей из ее владений? Что надо подавать лапу, обмениваясь рукопожатием? Что огонь жжется? Что пить надо из миски? Что пчелы жалят? Что дикобраз отличается от других животных? Нелегко определить это понятие — обучение. Вполне можно предположить, что сфера обучения равнозначна сфере психологии.

Психологи с каждым днем узнают об обучении все больше и больше и будут продолжать исследования. Не пытаясь предлагать никаких определений, мы можем сказать, что с помощью тщательного изучения собак получили сейчас в свое распоряжение средства и методы, которые позволяют оказывать глубокое воздействие на их поведение и добиваться через определенный период времени повторяемых результатов. Поведение собак демонстрирует, чему они научились. Наша задача — повлиять на собаку так, чтобы она вела себя соответственно нашим желаниям. Когда мы формируем ее поведение, она учится исключать неприемлемые поступки и закреплять приемлемые.