Твоя навсегда - Максвелл Кэти - Страница 33

– К несчастью, я заболел. Это нарушило все мои планы, и я решил, что лучше не раскрывать своего настоящего имени до тех пор, пока я не нанесу визит своим родственникам. Вы, наверное, знаете о том, что меня лишили наследства?

Сквайр Биггерс и викарий дружно закивали.

– Тогда вам должно быть понятно, почему я был так обеспокоен, – сказал Йель. – Теперь же, когда я встретился с братом и получил его благословение, я могу жениться на мисс Нортрап под своим настоящим именем. Достопочтенный викарий, вы проведете церемонию?

– Прямо сейчас, мистер Браун? Я хотел сказать, мистер… э-э… – пробормотал викарий и посмотрел на сквайра, ища у него поддержки.

– Подождите! – крикнула Саманта. Она не хотела снова выходить замуж за этого мужчину, однако на нее никто не обращал внимания.

– Вам следует называть моего брата «лорд Йель», – сказал герцог так громко, что Саманту никто не услышал.

– Я не хочу никаких титулов, – решительно заявил Йель. – Я – мистер Кардерок. Так будет лучше, – сказал он, кивнув викарию.

– Лорд Йель, – процедил сквозь зубы герцог.

– Меня лишили наследства. Разве ты забыл об этом?

– Я уже сказал тебе, что это произошло по ошибке, – произнес его брат, улыбнувшись. Улыбка, однако, показалась всем неестественной.

– И тем не менее…

– Тем не менее, я восстанавливаю тебя в правах наследства.

Йель посмотрел на брата.

– Я не хочу, чтобы меня восстанавливали в правах, – заявил он, гордо вскинув голову.

Эйлборо внимательно посмотрел на него, а потом повернулся к викарию и сквайру.

– Не могли бы вы, джентльмены, ненадолго оставить нас? Мне необходимо поговорить с братом, – произнес он весьма учтиво.

Они не посмели ослушаться герцога и медленно попятились к двери. Как только они вышли, Эйлборо сразу же набросился на брата:

– Ты не должен спорить с герцогом Эйлборо при посторонних!

– Я буду поступать так, как мне заблагорассудится.

– Это семейное дело, Йель. Мы не должны посвящать в него никого, кроме членов нашей семьи. Ты примешь титул, – сказал он, решительно взмахнув рукой. – У тебя просто нет другого выхода, потому что ты материально зависишь от меня, ведь теперь у тебя есть жена.

– Я сам позабочусь о своей жене. У меня есть для этого все возможности.

Эйлборо выпрямился и заложил руки за спину.

– Теперь она член нашей семьи и должна жить так, как подобает женщине из семейства Кардерок.

– Черт тебя подери, Вейланд! Ты сейчас говоришь как отец.

– А ты такой же упрямый и взбалмошный, как твоя мать! – крикнул в ответ его брат, и его слова громким эхом разнеслись по всей комнате.

К удивлению Саманты, Йель вдруг замер, побледнев как полотно. И тут она вспомнила, что у братьев общий отец, но разные матери. Матерью герцога была горячо любимая первая жена, а матерью Йеля – молоденькая и глупенькая вторая супруга.

– Мне ничего от тебя не нужно, – сказал Йель. Эйлборо пристально посмотрел на брата.

– Тогда я не понимаю, зачем ты вернулся, – сказал он.

Йель подошел к брату так близко, что, сделай он еще один шаг, они бы столкнулись лбами.

– Я вернулся, чтобы доказать отцу, что я не шалопай и бездельник, каким он меня считал.

Герцог удивленно усмехнулся.

– Значит, ты под чужим именем женился на дочери викария, у которой нет за душой ни гроша, и собирался бросить ее. О, это наверняка убедило бы отца!

Йель резко отшатнулся, словно брат ударил его.

Эйлборо тут же осознал свою ошибку.

– Я не должен был этого говорить. Прошу прощения. Но со стороны все выглядит именно так. Мы должны позаботиться о ней, Йель. Мы ведь одна семья. Иначе это будет неправильно истолковано.

– И ты не веришь в то, что я могу это сделать без твоей помощи?

Герцог внимательно осмотрел его одежду, сшитую из грубой домотканой материи.

– Мне кажется, будет лучше, если я тебе помогу.

Йель весело рассмеялся в ответ.

– Не стоит делать поспешных выводов. Мои дела не так плохи, как тебе кажется. В банке на моем счету лежит сто тысяч фунтов, и у меня есть собственная торговая флотилия. Мои корабли курсируют между Англией и странами Востока. И всего этого я достиг упорным трудом. Мне не нужны твои деньги. Мне не нужна твоя семья.

Возможно, эта новость и ошеломила герцога, однако он хорошо владел собой. Он сохранял полное спокойствие.

– Отец умер, Йель, – сказал он. – Ты уже ничего не сможешь ему доказать.

Если еще минуту назад Йель прямо-таки кипел от ярости, то после слов герцога он сразу же расслабился и его суровый взгляд смягчился.

– Мне следовало вернуться раньше.

– Зачем? Для того чтобы рассказать отцу о своих успехах и открыто обвинить его в жестокости? – спросил Эйлборо, положив руку на плечо брата. – Йель, я уже не раз говорил тебе об этом и буду повторять до тех пор, пока ты, наконец не поверишь мне. Отец очень сожалел о своем поступке. Он действовал сгоряча. Поверь, он очень хотел, чтобы ты вернулся.

Йель подошел к окну. Он молча смотрел на заснеженные холмы, лежавшие за гостиницей. Однако Саманте показалось, что он слишком глубоко погрузился в свои мысли, чтобы любоваться зимним пейзажем.

В глубине души Саманта страстно желала утешить и поддержать его, но быстро подавила в себе это желание. Она не хотела иметь ничего общего с этим мужчиной.

Вместо Саманты к нему подошел его брат.

– Возвращайся в семью вместе со своей женой. Давай попробуем исправить ошибки прошлого. Мы твое наследство. Мы наследство твоих детей.

– Мне бы очень хотелось, чтобы вы, ваша светлость, не строили насчет меня никаких планов, – сказала Саманта. – Я не собираюсь уезжать из Спраула. Тем более – с этим мужчиной.

Казалось, что Йель пропустил ее слова мимо ушей. Бросив на нее быстрый взгляд, он сказал брату:

– Позови викария.

Эйлборо дружески похлопал брата по спине и сказал:

– Я знал, что ты одумаешься. С возвращением тебя, брат.

– Рано радуешься, брат. Я делаю это только ради Саманты.

«Ради меня?» – захотелось крикнуть Саманте.

– Не нужно использовать меня для воссоединения со своей семьей. Я не хочу выходить за тебя замуж, – решительно заявила она Йелю. – Я и в первый раз не хотела делать этого, а уж сейчас – тем более.

– Сэм… – пытался урезонить ее Йель, направившись к ней.

Однако она резко выбросила вперед руку, запрещая ему приближаться к ней.

– Меня зовут Саманта, а для тебя – мисс Нортрап.

– Ты моя жена.

– Наш брак не имеет законной силы.

– Мы это сейчас исправим, – ответил он.

– Я так не думаю, – медленно и четко произнесла Саманта, чтобы он наверняка понял, что она хочет ему сказать. – Я не собираюсь еще раз проходить через все это.

Он пожал плечами.

– У тебя нет другого выхода. Мы с тобой уже вступили в супружеские отношения. Теперь мы должны их узаконить.

Она посмотрела на герцога, ища у него поддержки. Однако он делал вид, что смотрит на охваченное пламенем полено, лежавшее в камине. Она глубоко вздохнула и, высоко подняв голову, сказала:

– Нет, ничего мы не должны.

Услышав ее слова, Эйлборо громко расхохотался.

– Великолепно! Мой брат, наконец, встретил человека еще более упрямого, чем он сам.

Йель нахмурился и, подойдя к Саманте, взял ее за руку. Ей очень не хотелось, чтобы он стоял так близко, потому что она сразу вспомнила о том, как они занимались любовью, как страстно он ласкал ее, и еще о том, как он выставил ее на всеобщее посмешище.

Она отняла у него свою руку. Он не стал ее удерживать, но и не отошел от Саманты.

– Сэм, ты должна выйти за меня замуж. Если ты откажешься, то люди отвернутся от тебя. Ты нигде не сможешь жить, тем более в Спрауле, среди этих невежественных, верящих в предрассудки людей. Я смогу спасти тебя, только если ты согласишься выйти за меня замуж. Иначе они просто выгонят тебя из своей деревни. Я знаю, каково это – быть изгоем, и не хочу, чтобы это случилось с тобой.