Твоя навсегда - Максвелл Кэти - Страница 28

Это был вызов, и… она должна ответить на него. Ей не хотелось ни есть, ни пить. Она хотела только его. Хотела больше всего на свете.

Она крепко схватила его за руку, сжав пальцы.

Его рука была сильной и ловкой. На одном из его пальцев Саманта заметила маленький белый шрам.

– Ты получил эту рану, когда сражался с пиратами? – спросила она, коснувшись шрама пальцем.

Он внезапно замер.

– Сражался с пиратами? – осторожно переспросил он. Она улыбнулась, удивившись, что он огорчился, узнав о том, что ей известно о его битвах с пиратами.

– Когда у тебя был сильный жар, ты бредил и вспоминал своего друга Билли, то, как вы вместе сражались с пиратами. Так это правда?

– Говорил ли я еще что-нибудь, когда бредил? – спросил он, отведя глаза в сторону.

Она покачала головой.

– Ты говорил на разных иностранных языках, но я ничего не смогла понять, – ответила она, надеясь, что он все-таки расскажет что-нибудь о пиратах.

Но он продолжал молчать. Тогда она решила ему помочь.

– Кто такой Билли? – спросила она.

– Один знакомый парень.

– Где он живет?

– Нигде. Его убили в Африке. Он был молодой и глупый, – сказал он, горько улыбнувшись. – Воображал, что он непревзойденный фехтовальщик. Однако, как выяснилось, он ошибался, – пояснил Марвин и замолчал, глубоко задумавшись. – Он был мне настоящим другом, – сказал он, выходя из задумчивости.

Его признание глубоко тронуло Саманту. У нее никогда не было настоящего друга.

Зато теперь у нее есть Марвин.

Он попытался высвободить свою руку, однако Саманта еще крепче сжала ее. Посмотрев ему в глаза, она сказала:

– Я просто хочу, чтобы ты знал: я… Ты все больше и больше нравишься мне.

Он улыбнулся.

– И ты мне нравишься.

Саманта вздрогнула, почти испугавшись того, что собиралась сейчас сказать. Она заметила, что его глаза стали совершенно черными. Он сейчас был так близко, что она разглядела даже маленькие коричневые пятнышки и замысловатый рисунок на радужной оболочке его глаз. Этот рисунок трудно понять, так же, как мужчину, который сидит сейчас рядом с ней.

– Я тебе еще не все сказала, Марвин. Мне кажется, что я начинаю влюбляться… – Она замолчала, не в силах справиться со своим волнением. – Я начинаю влюбляться в тебя.

Саманта тут же пожалела о том, что сказала. Но слово не воробей, вылетит – не поймаешь. И это была чистая правда. Такая изумительная, такая замечательная правда…

Он с удивлением посмотрел на нее. Казалось, что он просто не расслышал, что она сказала. Саманта же замерла от страха. Она ждала ответа, вцепившись в его руку мертвой хваткой.

Свободной рукой Марвин провел по своим густым волосам, откинув их со лба.

– Тебе нужно подстричься, – сказала Саманта, чтобы прервать это неловкое молчание.

– Ты не можешь любить меня, Сэм, – тихо и печально произнес он.

Ей одновременно захотелось и засмеяться и заплакать.

– Но я уже люблю тебя.

На его лице появилась печальная улыбка. Похоже, он не поверил ей.

– Ты совсем не знаешь меня, а если бы знала, то никогда бы не сказала мне этого.

– Мне совсем не обязательно знать тебя. Я доверяю только своим чувствам. Тому, что у меня здесь, – ответила она, прижав руку к своему сердцу.

Он только покачал головой в ответ.

– Я самодовольный, жалкий и никчемный человек. Я не стою твоей любви. Впрочем, не только твоей.

Он действительно так думал. Она слышала, с какой уверенностью он говорит об этом, и у нее внутри все всколыхнулось. Она ощутила непреодолимое желание защитить его и доказать, что он ошибается.

– Нет, это не так. Ты хороший человек. Ведь ты не должен был жениться на мне. Ты мог оставить меня и уехать, совершенно не думая о том, какие беды и несчастья ожидают меня здесь, в Спрауле, однако ты не сделал этого.

– Сэм, но ведь ты спасла мне жизнь. Как бы ты поступила на моем месте?

Она встала на колени, совершенно не обращая внимания на свою наготу. Ее длинные волосы рассыпались по плечам.

– Нет, дело здесь не только в этом. Я не знаю, веришь ли ты в судьбу, но я уверена, что моя жизнь начала меняться с той самой минуты, как я встретила тебя на кладбище.

Он резко поднялся, выдернув свою руку из ее рук.

– Сэм, я совсем не тот человек, за которого ты меня принимаешь. Ты не можешь испытывать ко мне никаких чувств.

– Но чувства эти уже возникли, – спокойно сказала она. На это он ничего не ответил. И тогда Саманта продолжила объяснять: – Возможно, ты в своей жизни совершил много ужасных поступков. Но все это – далекое прошлое. Я сейчас говорю о будущем. У нас с тобой есть будущее. Поверь мне. Поверь мне так же, как я поверила тебе.

Застыв на месте, словно каменное изваяние, он пристально смотрел на Саманту. Она же молчала и только глазами умоляла его отбросить все сомнения и поверить ее словам.

Саманта не выдержала и все-таки нарушила молчание.

– Что ты делал на кладбище той ночью? – спросила она. – Зачем ты хотел попасть в склеп Эйлборо? Ответь мне, пожалуйста.

Поморщившись, он сказал:

– Ты можешь не спрашивать меня об этом? Главное, что нам хорошо вместе, а остальное просто не имеет значения.

– Нет, имеет.

– Я не хочу говорить об этом, Сэм.

Она вдруг почувствовала, что у нее внутри все похолодело. Саманта пожала плечами, как бы извиняясь перед ним. Черт ее дернул заговорить об этом!

– Но я уже начала.

– Тогда оставим все как есть. Прямо сейчас.

Она прижала руки к его груди. У него была мягкая и теплая кожа. Она почувствовала, как сильно бьется под ее ладонью его сердце.

– Может быть, ты скрываешься от властей или не платишь налоги? Я хочу сказать, что, возможно, ты совершил какое-нибудь преступление?

Запрокинув голову, он горько рассмеялся.

– Нет, ничего такого я не совершил. По крайней мере, меня ни разу не поймали на горячем.

– Тогда в чем дело? – не унималась она. – Расскажи мне.

– О Сэм, давай не будем об этом говорить, – тихо сказал он и, взяв ее руку, поднес к своим губам. Он поцеловал каждый ее палец, а потом провел губами по ладони. Она ощутила покалывание от его жесткой щетины. Взяв ее другой рукой за ягодицу, он прижал девушку к себе, и она ощутила, как грубая ткань его бриджей трется о нежную кожу на ее животе. Он взял ее руку и прижал к своему паху.

Его член был уже твердым и готовым к действию.

Положив свою руку поверх ее руки, он расстегнул первую пуговицу. Саманта понимала: он хочет, чтобы она прикоснулась к его члену, однако она пока не решалась сделать это.

– Марвин! Пожалуйста, поверь мне.

Обхватив ладонями лицо Саманты, он заставил ее посмотреть ему прямо в глаза.

– Давай оставим все как есть, – прошептал он и прижался губами к ее губам.

И она подчинилась ему потому, что он понимал ее тело лучше, чем она сама. Потому, что он, словно наркотик, проник в ее кровь. И, самое главное, потому, что она любила его.

Они снова занимались любовью. Однако на этот раз все было по-другому. Она пыталась разговаривать с ним посредством своего тела, силой своей любви. Иначе он просто не стал бы ее слушать. Она говорила ему: я останусь с тобой, я буду уважать и любить тебя.

Возможно, сейчас он не испытывал таких же чувств, как она, но придет время, и он тоже полюбит ее. Она знала это. Сквайр Биггерс сказал, что Марвин – ее судьба. Теперь она поверила его словам.

И если она может удержать его только силой своей страсти, то пусть так и будет.

Он был ее рыцарем на белом коне. Человеком, который спас ее от унылой, неустроенной жизни. И именно этого мужчину она полюбила.

Поздно ночью Йель сел, облокотившись на спинку кровати. Саманта спала у него на руках. Сам он так и не смог уснуть. Его одолевали муки совести.

Он оказался в довольно затруднительном положении. Почему он не назвал ей свое настоящее имя, когда она умоляла сказать ей правду?

Он просто боялся того, что она узнает: их брак – всего лишь фикция. Ведь в разрешении на брак указано имя Марвина Брауна, а не Йеля Кардерока.