Твоя навсегда - Максвелл Кэти - Страница 12

Ее черное платье было сильно измято; ей придется долго его отглаживать.

Что же случилось? Неужели у ее матери ночью снова был сильный приступ…

В этот момент она окончательно пришла в себя. Ее мать давно умерла.

Повернув голову, Саманта увидела рядом чье-то лицо. Да ведь это же мужчина!.. И тут она поняла, где находится.

Изумленная Саманта тут же вскочила с кровати. Мистер Браун крепко спал. И хотя он был укрыт одеялом до подбородка, она понимала, что лежащий рядом с ней мужчина совершенно обнажен.

Как же это ее угораздило…

В дверь снова настойчиво постучали.

– Мисс Нортрап! Мисс Нортрап, с вами все в порядке?

Это же голос Берди Седлер! Что ей здесь нужно?

Саманта быстро побежала в кухню, на ходу потирая заспанные глаза. Огонь в очаге давно погас, и в доме было очень холодно.

«И все-таки мистер Браун будет жить», – подумала она, и мир вокруг нее снова стал прекрасным.

Посмотрев на себя в зеркало, она поправила волосы и, переплетая косу, закричала:

– Да, миссис Седлер, со мной все в порядке. Чем могу быть вам полезна?

– Мы пришли навестить вас, но сначала хотим узнать, не опасно ли это.

Саманта осторожно посмотрела в окно и замерла от ужаса. Возле кладбища стояли сани, в них восседала весьма внушительная дама. Это была жена сквайра – миссис Биггерс. Рядом с ней сидели миссис Портер и сестры Дойл. Миссис Биггерс подняла вверх корзину, показывая, что они пришли не с пустыми руками. Дело в том, что в Спрауле было так заведено, – все соседи приносили продукты в дом, в котором находился больной или покойник.

Однако мистер Браун не умер.

Перевязав косу лентой, Саманта открыла дверь.

– Нет, миссис Седлер, это не опасно. Мне удалось победить грипп. Теперь мистер Браун будет жить.

Миссис Седлер от удивления широко раскрыла глаза.

– А я предполагала худшее.

– Этого не случилось, – сказала Саманта. – Хвала Господу нашему.

– О да, хвала Господу, – эхом повторила за ней миссис Седлер и повернулась к миссис Биггерс. – Все в порядке. Идите сюда. Наш незнакомец жив.

– И он уже не болен, – радостно воскликнула Саманта.

– О-о, это прекрасно, – сказала миссис Биггерс, медленно выбираясь из саней. Потом она осторожно двинулась через сугробы к дому.

Открыв пошире дверь, Саманта пригласила в дом миссис Седлер, а сама кинулась к очагу, чтобы развести огонь.

– Мисс Нортрап! – торжественно произнесла миссис Биггерс, и перья фазана, украшавшие ее бархатную шляпу, слегка качнулись. Она вошла в кухню и передала миссис Седлер свою корзину, а потом сняла плащ и отряхнула снег с ботинок. – Мы так беспокоились о вас, дорогая моя! Вы так долго не открывали дверь, что мы уже не знали, что и подумать.

Вряд ли это возможно, подумала Саманта, ведь миссис Биггерс никогда и ни в чем не сомневалась. Обо всем на свете у нее имелось собственное мнение. Устыдившись, Саманта прогнала прочь эти мысли.

Женщины начали раздеваться, снимая плащи и шляпы. В кухне запахло влажной одеждой и знаменитым пирогом с телятиной, фирменным блюдом миссис Биггерс.

– В корзине есть еще сыр и колбаса, – пробормотала миссис Биггерс.

Саманта улыбнулась.

– Благодарю вас. Не соблаговолите ли присесть? – сказала она, понимая, что на всех не хватит стульев и придется принести еще один стул из спальни. Она побежала в спальню и принесла его, после того как растопила очаг. Мистер Браун по-прежнему крепко спал. Выйдя из спальни, она плотно закрыла за собой дверь. А деревенские дамы тем временем рассаживались вокруг стола в кухне.

– Вот, мисс Хетти, – сказала Саманта, заставив себя приветливо улыбнуться, – еще один стул для вас.

– Помочь вам? – спросила Элис Портер.

– Вы можете пока поставить чайник, – ответила Саманта. – В том мешочке хватит чая на всех, – сказала она, указав на один из мешков, в которых миссис Седлер принесла ей продукты.

– Мисс Нортрап неважно выглядит, не так ли? – усевшись поудобнее, сказала мисс Хетти.

Она обращалась непосредственно к миссис Седлер, и та кивнула в ответ.

– Я говорила им, что нам не следует приходить к вам, – сказала она Саманте, – но миссис Биггерс очень настаивала.

– Конечно, настаивала, – сказала миссис Биггерс. – Бедная мисс Нортрап осталась здесь одна в такую ужасную метель, а жители Спраула принесли ей только корзину с провизией и больше ничем не помогают. Вы ужасно выглядите, моя дорогая. От вас остались только кожа да кости! Неужели было так тяжело ухаживать за этим несчастным?

– Я вполне здорова, – заверила ее Саманта. В кухне стало гораздо теплее, потому что в очаге пылал огонь и собралась большая компания.

Но миссис Биггерс все равно ежилась от холода.

– Надеюсь, в приходе найдутся средства для того, чтобы обустроить дом викария на современный манер. Надеюсь также, что сделают это до того, как сюда переедет мой племянник, – довольно бесцеремонно заявила она. – После перестройки гостиную можно будет использовать как кухню, например, зимой.

Отец Саманты просил об этом много лет подряд. Она нисколько не сомневалась в том, что сейчас это, наконец сделают. Еще бы, ведь сюда переедет жить дорогой племянник жены сквайра.

– Этот ваш чай уже готов? – раздраженно спросила миссис Биггерс.

– Вода нагревается очень медленно, – произнесла мисс Мейбл и метнула недовольный взгляд в сторону жены сквайра.

– Чайник уже почти закипел, – сказала миссис Портер.

Саманта открыла буфет и достала оттуда изящный чайный сервиз. Это был свадебный подарок отца ее матери. Ей всегда было приятно прикасаться к этому прекрасному английскому фарфору. В этот момент она вспоминала своих родителей.

– Я была просто обязана прийти сюда сегодня, – сказала миссис Биггерс. – Вы же знаете, как сквайр относится к незнакомцам. Он желает знать все о тех, кто к нам приезжает. И он потребует от меня подробного отчета. Эту привычку он приобрел еще во время службы в армии, – призналась она, глядя на миссис Портер.

– И это очень разумно с его стороны, – с готовностью согласилась миссис Портер.

– О да, – ответила миссис Биггерс, сделав глоток чаю. – Мисс Нортрап, где же ваш пациент? Кажется, вы сказали, что ему уже лучше?

– Так оно и есть. Однако сейчас он спит. Он потратил много сил на борьбу с болезнью, – ответила Саманта. Она стояла возле стола, потому что ей не хватило стула. Ситуация была довольно нелепой. Она чувствовала себя кем-то вроде прислуги. Ей очень хотелось, чтобы все эти женщины поскорее ушли и она смогла еще немного поспать.

– Уж я-то знаю, как много сил требуется для того, чтобы выздороветь, – сказала миссис Биггерс. – Помните, как сильно я простудилась в прошлом месяце? – спросила она, страдальчески закатив глаза и взмахнув перьями фазана, украшавшими ее шляпу. – Мне тогда не хотелось никого видеть, не хотелось ни с кем говорить.

– Я помню, – сказала мисс Мейбл. – О-о, мы все тогда молились за вас. Налейте мне еще чаю, мисс Нортрап.

Саманта была весьма удивлена, уловив в голосе мисс Мейбл приказные нотки. Она быстро огляделась вокруг. Кажется, кроме нее, этого никто не заметил. Все внимательно слушали миссис Биггерс, которая в подробностях рассказывала о перенесенных ею страданиях.

Наливая чай, Саманта задумалась. Кажется, сбывается то, чего она больше всего боялась. Переселившись в дом мисс Мейбл и мисс Хетти, она станет кем-то вроде бесплатной компаньонки, сиделки или служанки.

И только она одна возражала против такого решения. Все остальные, похоже, считали, что это и есть ее предназначение в жизни.

Поморщившись, Саманта попыталась отогнать от себя эти ужасные мысли, но выбора у нее, похоже, не было.

– …и тогда я слегла, – продолжала лепетать миссис Биггерс, – и сказала сквайру, что он может… – Вдруг она замолчала, изумленно уставившись на то, что находилось у Саманты за спиной. Широко раскрыв рот, она замерла от страха. Кажется, с ней это случилось впервые в жизни. Во всяком случае, Саманта не могла припомнить, чтобы эта дама лишалась дара речи.