Чертящий Путь (СИ) - Николаева Мария Сергеевна - Страница 67

– Идиот, – в очередной раз констатировал я, глядя, как постепенно впитывается в его кожу золотистые линии рисунка.

Ди механически потер горло. Говорить или нет? Ведь любой Владыка почувствует то, что этот Страж уже принадлежит кому-то. Правда, дальше этого не пойдет – мое имя в узорах его ауры никто прочитать не сможет, так же как и определить к какому именно Дому относится хозяин этого ушастого чуда. И все-таки…

– Ты идиот, Ди. Будь ты умнее, бежал бы от меня, а не покорно подставлял горло. Ты хоть знаешь, что все Владыки по сути своей хищники? Мы привыкли доминировать над прочими, более того тех, кто нам подчиняется – добровольно или нет не имеет значения – мы инстинктивно возводим в ранг своей собственности. Или тебе так захотелось почувствовать себя вещью? Что ж, теперь это вполне в моей власти.

И без того бледный эльд, казалось, окончательно спал с лица.

– Ты… ты ведь не сделаешь этого, – не очень уверенно произнес он.

– Почему? Кто мне теперь может помешать? Даже то, что ты светлый Страж, теперь не имеет никакого значения.

– Ксан, но ты же…

– Что я, Ди? Я – Владыка. И все инстинкты, свойственные остальным, свойственны и мне. То, что я в последние годы сдерживал их, еще не значит, что они исчезли.

Молчание. Адилон старательно прячет взгляд, механически стараясь прикрыть шею воротом рубашки. Жалеешь? Понимаю. Я бы тоже пожалел, узнав, что за искреннюю помощь Владыки расплачиваются со своими спасителями вечным рабством.

Осторожно подцепив подбородок Ди, я вынудил его посмотреть мне в глаза.

– В одном тебе повезло: мне сейчас не нужны лишние цепи, так что контролировать твою жизнь я не стану. Остается только верить, что этот урок послужит тебе на пользу.

На миг его глаза вспыхнули надеждой, но потом пришло понимание, что я не снял поводок, а всего лишь ослабил его. И ведь никто не запретит мне натянуть его чуть позже, верно?..

– Ксан…

– Не бойся, ни сейчас, ни потом я не стану ничего требовать от тебя. Я одиночка. Лишние привязанности – это не для меня. И подавно мне не нужны цепи в виде остроухих мальчишек, которые не задумываясь швыряют свои жизни к моим ногам.

Тень понимания мелькнула в зеленых омутах глаз.

– Я не первый.

– Разумеется. В мире и без тебя достаточно неосторожных идиотов.

– И большая у тебя свита?

Я невольно хмыкнул. "Свита"? Любопытное слово. Впрочем, в какой-то мере – подходящее.

– Нет, но она стремительно разрастается.

Вот-вот. К чему бы это? Сомневаюсь, что к спокойной жизни – Судьба дама ветреная, капризная, но даже она просто так не сводит нити чужих жизней – только в случае крайней необходимости…

– И всех ты бросаешь, да? Даже не думая интересоваться их мнением по этому поводу?

Хм… что-то прозвучавшее в скрашенном легкой насмешкой голосе, заставило меня смущенно вспыхнуть.

– Я-асно, – протянул Ди, – не завидую я твоим близким. Ты из тех существ, что считается только с собственным мнением, напрочь забывая об остальных.

– Но так ведь лучше… – я попытался оправдать свои действия, но Ди властным жестом приказал мне молчать… любопытно… интересно, этот эльд еще помнит о том, с кем беседует? Что-то я сомневаюсь в этом.

– Кому? Не суди других по себе. То, что тебе легче забыть об ответственности, чем нести этот груз, не значит, что остальные разделяют твою точку зрения.

Не ждал я такой отповеди от него. Тем более ему действительно будет выгоднее, если я воздержусь от предъявлений каких-либо прав на него. Не может же он не понимать, что служба Владыке отнюдь не сахар – это тяжкий труд, порой в ущерб собственным мечтам и желаниям. Так что гораздо проще продолжать жить как прежде.

Адилон с легкой усмешкой наблюдал за мной. Он все еще был бледен, но уже твердо стоял на ногах. И, кажется, принял какое-то решение.

– Danell…

– Ди, давай без этого! – невольно поморщился я. Еще немного и я этот титул возненавижу. Боги, можете хоть вы объяснить, почему все прикрываются им?! Почему они набрасывают это обозначение на меня как поводок, надеясь, что я буду прыгать и гавкать по первому слову, словно дрессированный щенок?!

– Не вам решать, danell.

– Ди!

– И все-таки я вправе выбрать сам. Danell, – последнее слово он произнес с мягкой насмешкой, но удивительно твердо.

Бездна! Три раза. Он произнес этот идиотский титул трижды! Этот сумасшедший светлый признал мою власть над его судьбой. И не один раз (хотя при данных обстоятельствах и этого хватило бы с лихвой!) – три! Да что б его душу в Бездну унесло, демонам на потеху!

– Адилон, ты с ж-шизнью рас-статьс-ся так с-спеш-ши-ш-шь?! – негромко прошипел я, чувствуя, как тщательно выстроенные в сознании блоки и барьеры пришли в движение. – Или мне это только каж-шется?!

Чуть сощурив глаза, я тщательно следил за эльдом. Инстинкты рвались наружу, напоминая, что загнанный в угол зверь опаснее прочих. А этот психанутый эльф припер меня к стенке! Обострившееся восприятие фиксировало все. Обманчиво-ровный ритм дыхания. Лихорадочная пульсация жилки на шее поверх красноватой полосы – единственного напоминания о недавней глупости эльда. Нервно сжимающиеся в кулаки руки, изредка дергающиеся вверх, к вороту, но насильственно удерживаемые внизу…

Он беззащитен. Ему совсем нечего противопоставить чудовищу, выращенному Советом для одной-единственной цели – убивать.

И ему это известно. Но если сейчас я сорвусь, если я все-таки решу его убить – он не воспротивится.

Чтобы я ни приказал, что бы я ни решил, как бы ни распорядился его судьбой…

Бездна, за что?!

Упаси вас боги от эльфийской ненависти и от эльфийской преданности. И то и другое становится в их руках самым страшным оружием.

– Убью, – негромко пообещал я, ни на миг не открывая взгляда от лица… будущей жертвы.

– Как пожелает мой danell, – спокойно ответил он, а потом внезапно улыбнулся: – Но, может, все-таки danell изволит вспомнить о намеченной встрече и отложит исполнение своих планов на некоторое время?

И как такого убить? Все же страшнее эльфийской преданности в этом мире нет ничего, особенно если это преданность долгу.

– Веди, – сквозь зубы процедил я. Инстинкты все не желали уходить в глубь сознания, а тело все еще было готово в любой момент… измениться.

– Одну минуту. Я отведу, но прежде хотелось бы, чтобы мой Владыка принял клятву. Раз уж принял кровь – пусть забирает и остальное.

– Ди! – я уже рычал, но взгляд эльда остался непреклонен.

Что ж, его воля.

Я резко схватил его запястья, позволяя искрам моей ауры стечь по пальцам и замереть узором на бледной коже эльда. Одновременно с этим проступил и знак, украсивший его горло.

– Принимаю под свою руку. Ведаю. Отвечаю. Плачу.

– Ну вот. А ты сопротивлялся. Несложно же!

– Ди! – почти стон. Ярость, злость, гнев – все ушло, оставив после себя какую-то тянущую пустоту.

– Все-все, тема закрыта. Пойдем, а то Рондир нас уже, должно быть, заждался.

Вот интересно, а кто кому тут приказывать должен?

Рондир ждал нас в своей спальне. Я даже не удивился, хотя место для беседы было выбрано… странное.

Правитель эльдов. Он стоял у окна и смотрел в темноту ночи. Хм, а я, кажется, неплохо отдохнул в гостях у Сияющих – часов так десять точно.

– Повелитель, я привел его, – почтительно поклонившись спине правителя, произнес Адилон.

Рондир обернулся и посмотрел на меня. Вот бездна! Раньше я как-то не особо интересовался внешним видом правителя эльдов, зато теперь насладился шутками Судьбы в полной мере.

Не удивительно, что Мей не похож на Рейма – он точная копия деда, даже глаза те же – золотистые, опушенные длинными медовыми ресницами. Впрочем, случай не такой и запущенный, как показалось на первый взгляд: если присмотреться, то можно заметить, что разрез глаз у Рыжика немного другой, да и линия губ куда мягче…

И все же… раздражает!

Особенно если вспомнить, что эльдов я не очень-то и люблю. Вернее, я не люблю всех остроухих оптом вне зависимости от их масти, просто светлые доставляют больше всех проблем.