Директор - Файндер Джозеф - Страница 39

– Трудно сказать точно, но, наверное, да.

– Он вам что-нибудь писал?

– Да. Он писал на стенах. Краской из баллончика.

– Что именно он писал? – спросила негритянка.

– «Здесь не спрячешься».

– Так и писал?

– Да.

– Вам угрожали смертью?

– Нет. С тех пор как два года назад начались увольнения, мне время от времени угрожали по телефону, но убивать меня никто, кажется, не собирался.

– А как вы рассматриваете убийство вашей собаки? – спросил блондин.

– Как я его рассматриваю? Это дело рук сумасшедшего. Маньяка! – немного подумав сказал Ник и тут же прикусил язык.

А что, если полицейские решат, что под «сумасшедшим» он имеет в виду Стадлера?

И действительно, негритянка с мрачным видом кивнула и что-то записала к себе в блокнот.

– А что в полиции Фенвика? Кого-нибудь подозревают?

– Кто их знает!

– Мистер Ринальди участвует в обеспечении вашей личной безопасности за пределами работы? – спросила негритянка.

– Чисто по-дружески, – ответил Ник. – После убийства моей собаки я попросил его поставить мне новую сигнализацию.

– Значит, вы обсуждали с ним это происшествие? – продолжала негритянка.

Ник слишком долго колебался. Что же именно говорил ей по этому поводу Эдди? Говорил он ей, что ходил к нему домой после того, как зарезали Барни? Жалко, что не удалось поговорить с Эдди подольше! Узнать бы все, что он говорил негритянке! Все, до последнего слова!

– В общих чертах. Посоветовался с ним насчет новой сигнализации.

Теперь Ник с ужасом ждал следующего совершенно логичного для него вопроса: приходил ли Ринальди к нему после того, как в бассейне нашли выпотрошенного Барни? Что прикажете на это ответить?!

Вместо этого негритянка спросила:

– Мистер Коновер, как долго вы живете в вашем коттеджном поселке?

– Около года.

– Вы переехали туда после объявления о сокращении штатов?

– Примерно через год после этого.

– А зачем вы вообще там поселились?

– На этом настояла моя жена.

– Почему?

– Она волновалась.

– По какому поводу?

– Она опасалась за безопасность нашей семьи.

– Какие у нее для этого были основания?

– Не знаю. Наверное, что-то предчувствовала. Она ведь понимала, что далеко не все желают нам добра.

– Значит, вы знали об угрозах, – сказала негритянка. – Почему же вы только что сказали, что не знаете и не желаете знать ни о каких угрозах?

Ник сложил руки перед собой на столе. Он чувствовал, что вот-вот поддастся панике, как загнанное в угол животное, и решил отвечать четко и по делу.

– Я не знал и не знаю ни о каких конкретных угрозах. Однако я слышал, что такие угрозы раздавались, и о том, что отдельные психически нестабильные личности способны причинить вред мне и моей семье. Вокруг ходят самые разные слухи, и я не собирался дожидаться, когда самые худшие из них подтвердятся. Еще меньше собиралась этого ждать моя жена.

Оба полицейских вроде бы удовлетворились ответом Ника.

– А к вам в дом проникали до того, как вы переехали в коттеджный поселок?

– Нет. Никогда.

– Вот и прячься за забором, – усмехнулся белобрысый детектив. – И какой со всего этого прок?

– Почти никакого, – согласился с ним Ник.

– Но стоит это немалых денег, – буркнул блондин.

– Конечно.

– Однако вам это по карману.

– Это не я решил туда переезжать, а моя жена, – пожал плечами Ник.

– Ваша жена, – проговорила негритянка. – Она ведь погибла в прошлом году, так?

– Да.

– В обстоятельствах ее гибели не было ничего подозрительного?

– Ничего, – немного помолчав, проговорил Ник. – Она погибла в автомобильной катастрофе.

– За рулем были вы? – спросила негритянка.

– Нет. Она.

– Кто-нибудь был нетрезв?

– Да, – ответил Ник. – Водитель другой машины был сильно пьян.

– А вы были трезвы?

– Я был трезв, – поджав губы, буркнул Ник и посмотрел на часы. – Боюсь, что…

– Спасибо, что нашли для нас время, – сказал блондин и поднялся на ноги, но негритянка не двинулась с места.

– С вашего позволения, еще только пару вопросов, – сказала она.

– Может быть, в другой раз? – спросил Ник. – Я на самом деле очень…

– Прошу вас, потерпите ещё одну минуту. Мне очень хотелось бы довести наш разговор до конца… У вас есть огнестрельное оружие, мистер Коновер?

– Нет, – покачал головой Ник, надеясь, что его лицо не залилось при этом краской.

– Ни пистолета, ни револьвера?

– Нет. Вообще ничего.

– Хорошо… А где вы были вечером в пятницу на прошлой неделе?

– Дома.

– В котором часу вы легли спать?

– В пятницу?

– Да. Неделю назад.

Ник на мгновение задумался.

– Я был дома.

– И во сколько же вы легли спать?

– Ну я точно не помню, но обычно я ложусь в одиннадцать или в половине двенадцатого.

– Значит, в половине двенадцатого вы были уже в постели?

– Скорее всего. – Теперь Ник понял, что негритянка гораздо умнее и опаснее белобрысого верзилы, который только и умел, что грозно вращать глазами.

– А ночью вы не просыпались?

– Кажется, нет.

«О Господи! – думал Ник. – К чему она клонит?»

– Ну хорошо, – наконец сказала негритянка и поднялась на ноги. – Еще раз спасибо за то, что нашли время с нами поговорить.

Ник распрощался за руку с обоими полицейскими.

– Заходите ко мне в любое время, – пригласил он их. – Только позвоните заранее.

– Обязательно, – сказала негритянка, собралась было уходить, но замешкалась и заговорила опять: – Мне действительно неудобно отнимать время у такого занятого человека, как вы, мистер Коновер, но дело в том, что речь идет не просто о трупе, а о трупе того, кто был живым человеком, за которого кто-то переживал, которого кто-то любил. Ведь каждого из нас кто-то любит.

– Хотелось бы верить в то, что вы правы, – сказал Ник.

2

Проводив обоих полицейских до лифта, Ник вернулся в зал для заседаний, чтобы поговорить с Тоддом Мьюлдаром, но в зале уже никого не было. Поэтому Ник направился к своей кабинке. Шел он окружным путем. Мимо кабинки Скотта Макнелли.

Рядом с ней Ник поздоровался с Глорией, маленькой деловитой секретаршей Скотта Макнелли с широким лицом и светлой челкой.

– Здравствуйте, мистер Коновер, – сказала Глория. – Мистер Макнелли как раз…

– Большое мы сегодня сделали дело! – перебил в этот момент свою секретаршу возникший из-за перегородки Скотт Макнелли.

– Неужели? – пробормотал Ник и направился за перегородку прямо к большому овальному столу, за которым Макнелли проводил совещания со своими подчиненными.

– Перед нами открылись новые перспективы! – заявил Макнелли и начал собирать со стола папки с документами. – Ну и как тебе этот Файнголд?

– Вполне, – осторожно ответил Ник, дожидаясь, пока Макнелли переложит бумаги в шкаф.

– Он отличный парень! Между прочим, любитель тяжелого рока!

– Именно такой вам и нужен.

– В каком смысле?

– Он будет прекрасно смотреться на моем месте, ведь я ничего не смыслю в тяжелом роке.

– Ну перестань, пожалуйста. С его помощью мы просто укрепили совет директоров. Ты же его совсем не знаешь! А он – молодец! Когда мы с ним работали на…

– Почему я узнал о решении «Атлас-Маккензи» не подписывать с нами контракт от Мьюлдара, а не от тебя? – перебил Скотта Макнелли Ник. – Что ты задумал?

– Ничего я не задумал! – Скотт Макнелли покраснел и опустил глаза. – Я же говорил тебе! Хардвик позвонил мне, когда мы ехали на ужин. Я пытался до тебя дозвониться, но ты, наверное, отключил мобильник.

– Мог бы оставить мне сообщение.

– О таких вещах лучше говорить лично.

– Отправил бы мне электронную почту. Позвонил бы мне сегодня утром до совета директоров. Что вообще это значит? Почему я должен узнавать такие вещи от этого мерзавца Тодда Мьюлдара?!

– Я не смог с тобой связаться, извини! – всплеснул руками Скотт Макнелли.