Охотник за мертвыми (СИ) - Прогин Влад - Страница 48

  Остаток дня я побродил по городу, прикупил самую дешевую одежду, в которой и должен был продаться в рабство и еще раз продумал свой план.

  Саль вернулся к вечеру понурый, как никогда. По его словам корабль работорговцев сгинул в бою почти сразу, как он бежал и, если верит слухам, никого в живых не осталось, а если и осталось, то о них ничего не было известно. Так или иначе ниточка оборвалась и с большой долей вероятности родных Саля просто не было в живых.

  Выслушав рассказ друга, я изложил ему все, что я узнал, а так же свой план. В любом другом случае это было бы самоубийство, но не для выпускника школы боевых искусств... пускай и странной школы. Я должен был рискнуть.

  Страх? Естественно свобода это великий дар и терять его страшно, но я не боялся. Страх научили преодолевать в школе теней, да и не так я боялся выйти против живого противника. Рука моя успела зажить, во многом благодаря тому, что по пути в Галь-Абаш я устранил своей катаной нескольких мелких животных, мечтавших пообедать нами, но в результате ставшими нашим обедом. Более того, испытать вновь ту эйфорию, когда в тебя вливается чужая жизнь, хотелось настолько сильно, что я едва сдерживался.

  ***

  Пустынные коридоры приемной Колизея тускло освещали факелы. В отличие от Алерии, где факелами и свечками практически не пользуются, а предпочитают разнообразные кристаллы, выделяющие свет при различных условиях, то здесь факелы были повсюду... и дышать из-за распространяемого ими дыма было проблематично.

  Распорядителем оказался толстый мужичонка неприятной наружности, который после некоторых споров о цене таки согласился на сделку. Неожиданно легко, кстати, что меня немного насторожило. Едва Саль получил за меня деньги, как меня увели в подземелья. Я предполагал, что под Колизеем настоящие катакомбы, слышал рассказы, но я и не предполагал, насколько они огромны. Мы шли почти два часа, часто сворачивали, иногда петляли, и в сумме раз десять то спускались на несколько этажей ниже, то поднимались. Понятно, что пути, половину из которого я проделал с повязкой на глазах, я не запомнил.

  - А надо было ли? - проснулся в глубине души паршивенький голосок - Что тебе от этой девицы?

  Я вздохнул и подавил эти мысли. Это задание Высшего, а значит, его надо выполнить.

  Неожиданно мы остановились, с глаз сняли повязку и толкнули. Слишком поздно я заметил прямо передо мной отверстие в полу, в которое и падал, поэтому перегруппироваться смог только частично и приземление на песок внизу вышло совсем не таким мягким, как хотелось бы, но и при этом я ничего себе не поломал.

  Из углов тесной камеры на меня смотрели восемь пар глаз и с интересом изучали.

  - Я Трыч - гордо выступил здоровяк - Я главный и ты будешь делать так, как скажу я, иначе ты мертв, понятно?

  Камера была очень маленькая, квадрат пять на пять метров, на вскидку, в одной из стен проход, наверное, отхожее место, стены сделаны из камня, а пол - просто песок. Единственные источник света - четыре свечки по углам.

  - Приятно познакомиться - ласковым тоном убийцы произнес я - а меня зовут Алькор, и я буду делать так, как считаю нужным, и тот, кто мне будет мешать, пусть лично скурит план Путина и отравиться им.

  Ничего не имею против плана Путина, курить его не собираюсь и в политику не лезу. Последние слова я произнес на русском, чтобы дать знать той самой пленнице, за которой я охотился, поэтому здоровяк посчитал их матом на неизвестном ему наречии и попытался нанести удар, аккурат в мой мыслительный орган, то бишь в голову.

  Зря.

  Я провел захват, вывернул руку и оказавшись у здоровяка за спиной легонько пнул его. Впрочем, это было достаточно, что бы он упал на землю. Вскочил он моментально и попытался атаковать вновь.

  - Экономь силы до грядущего боя - предупредил я его, опять бросая на песок - Тебе меня не одолеть - спокойно сказал я.

  - У меня за спиной семь лет боя на арене этого Колизея! Кто бы говорил?

  Ого, а мужик-то опытный. Силы ему не занимать, однако в ловкости он уступает мне на порядок. Одним словом его можно победить, только заставив выдохнуться, избегая ударов. Невооруженным глазом видно - один удар такого здоровяка и я труп. Посмотрим, так ли он просвещен, как и силен.

  - А у меня за спиной школа теней - спокойно сказал я.

  Все резко дернулись, словно упомянули что-то страшное. Мой противник, так вообще изменился в лице.

  - А не врешь? - спросил он, но как-то неуверенно.

  - Хочешь проверить или тебе полученного тумака хватает? Я еще разомнусь немного перед грядущим боем, но только не сейчас, устал малость, за сегодняшний день.

  - Тебя к нам определили что ли? - спросили из противоположного угла?

  - Да.

  Я выбрал свободный уголок и уселся на холодный пол.

  - Не держи зла на Трыча, он здесь за главного, так как самый опытный ну и новичков всех так гоняет, как тебя... попытался.

  - И не держу - ответил я - Через два дня будет "освободительный бой", и мы участвуем.

  - Значит уже пора?

  - Да.

  - Что ты со своими навыками здесь делаешь? - спросил тощий парень, растянувшийся прямо на песке камеры.

  - Собираюсь помочь Вам выбраться на свободу в ближайшем бою и сам уцелеть по возможности.

  - А откуда русский знаешь - задала, наконец, вопрос Мария... на русском естественно.

  - Потому, что из Москвы родом, тебя вытащить на самом деле пришел. Тебе кстати Высший из школы велел передать - я протянул ей кольцо.

  - Спасибо, но как?

  - Как я здесь оказался? Долгая история - я вздохнул и начал рассказ.

  Русского никто кроме нас не знал, поэтому все просто деликатно не обращали на нас внимания. Странная реакция, впрочем... Я смотрел на тощие лица гладиаторов и видел в их глазах надежду. Зная, что на их стороне хороший боец они мечтали о свободе...

  "Освободительные бои" обычно проводятся раз в семь лет и против команды гладиаторов пускают приговоренных к казни преступников.

  Едва я закончил, как девушка глубоко вздохнула и начала свой рассказ.

  - Я родом не из Москвы, а из Новосибирска. Моя история в этом мире началась с той же кочки, которую описал ты и с такого же пробела в памяти. Наверное, несколько часов я паниковала, не могла собраться с силами, потом, напившись вдоволь из ручья, двинулась, куда глаза глядят.

  Пару раз пришлось обходить топь, один раз за мной погналась какая-то тварь, но со мной что-то тогда начало происходить. Я подцепила такого же слизня, как и ты и поэтому во многом благодаря нему добралась до края болот и сразу попала в лапы к работорговцам. Выскочила из под удара, похоже, покалечила двоих, но потом потеряла сознания и меня поймали.

  А дальше...

  Мотались по побережью, в первый же подходящий момент я сбежала, попытавшись поступить в ту школу, в которую меня не взяли, меня вновь поймали и в наказание продали Колизею. С тех пор вот уже полгода я тут. Вот собственно и все.

  - А язык. Как его ты выучила?

  - Что-то передалось от прошлой жертвы слизня, но очень мало. Большую часть пришлось доучивать по ходу дела.

  Несмотря на то, что сидеть приходилось на холодной земле, прислонившись к ледяному камню в маленькой грязной камере глубоко под землей, я был рад. Я не могу описать ту радость, которую я испытал, когда встретил человека из родного мира. Наверное, это что-то схожее с тем, когда прожил долгое время заграницей и тут встречаешь земляка. И без разницы, что она из Новосибирска родом, а я из Москвы. Да будь она хоть американкой - я тоже был бы рад.

  Но ее рассказ не отвечал на мои вопросы, а только порождал новые. Наши судьбы слишком схожи в самом начале, более того, мы даже получили начальные знания о местном языке одним и тем же способом. И рождает множество вопросов.

  В том, что случайности быть здесь не могло это сто процентов.

  Во-первых, место появления одно и тоже. Ладно, допустим это единственное место, где в этот мир можно попасть из моего.