Как утреннее солнце - Холлидей Сильвия - Страница 31

Келли заметила усмешки на лицах окружающих и съежилась от стыда.

– Пощади, Джейс! Отпусти меня. Что скажут люди?

– Какое тебе дело до этого? Но если они что-нибудь и скажут, то только одно – что я не могу дождаться того момента, когда окажусь дома со своей молодой женой. – Он не сводил горящего взгляда с ее губ. – Сладкие, как сахар, – проговорил Джейс хриплым голосом. – Может быть, мне удастся уговорить миссис Экленд обслужить нас сегодня побыстрее и пораньше уйти домой.

Келли охватила паника. «Он уже одержал верх на бракосочетании, причем без всяких усилий и совершенно не обращая внимания на то, что должна чувствовать я. Один Бог знает, что ждет меня в спальне».

Джейс понес ее по проходу. Сердечные приветствия и одобрительные взгляды гостей нисколько не утешили Келли.

Глава 15

– Не волнуйся, Мышонок. – Большой Джим обнял ее так крепко, что Келли едва устояла на ногах. – Никакого шума сегодня ночью не будет. Если кто-нибудь захочет побеспокоить мою малышку, мы с Хэпуортом им покажем. – Он поцеловал дочь и подмигнул Джейсу. – Похоже, мне сегодня удастся поспать побольше, чем кое-кому здесь.

Хорошо, что во дворе было темно. Келли почувствовала, как лицо ее вспыхнуло жарким румянцем.

– Прошу тебя, папа…

Джейс обнял ее за плечи с видом собственника.

– Я, может, завтра немного опоздаю на работу, Большой Джим.

Это последняя капля! Он уже ведет себя так, будто завладел ею с помощью сладких слов и открытых объятий. Келли стиснула зубы.

Большой Джим и Хэпуорт повернули лошадей и направились в город. Если бы она могла еще немного задержать отца, еще немного отодвинуть неотвратимо приближающийся момент!

Джейс указал на самодельные деревянные столы, расставленные перед домом.

– Мы с Уидди уберем их завтра утром.

Келли смотрела на скатерти, покрытые пятнами.

– Нам с миссис Экленд придется всю неделю заниматься стиркой.

– Но зато вечер удался на славу. Большой Джим умеет принимать гостей.

За всю свою жизнь она не видела у себя в доме людей с такими грубыми манерами, и плясали они так шумно и самозабвенно.

– А я тебе повторяю, Кэл: здесь есть немало приличных людей, если только ты раскроешь глаза и захочешь их найти.

– С какой стати?

Джейс грубо схватил ее за плечи.

– Сколько в тебе снобизма!

– Ничего подобного! Просто я привыкла к другому обществу.

– А может быть, ты держишься подальше от людей из страха?

Она стряхнула с себя, его руки.

– Вздор! Ты что, их не видел. Думаешь, в Бостоне танцуют так… как слоны?

– А я думаю, танцы злят тебя только потому, что ты завидуешь.

Келли поморщилась.

– Не понимаю, о чем ты.

Он засмеялся и фамильярно похлопал ее пониже поясницы.

– Не имеет значения, радость моя. Я уже добился того, что ты сегодня прошлась без палки. Настанет день, когда ты у меня затанцуешь.

– Ни за что на свете! Я…

– Миссис Перкинс… – В дверях показалась экономка со спящей Сисси на руках. Бет рядом с ней едва держалась на ногах. Глаза ее закрывались.

«Миссис Перкинс»… Это имя резало ей слух.

– Вы уходите? Миссис Экленд кивнула.

– Еду я убрала в кладовку. Оставшейся посудой займусь утром. Вашу кружевную фату я завернула и положила в ящик с чистым бельем.

– Спасибо. Дети вам не помешают? Вы уверены?

– Да какой может быть разговор! Здесь им оставаться, сегодня не пристало. А мой муж сейчас на разработках, так что в доме никого нет. Мы прекрасно устроимся.

Джейс наклонился к Бет.

– До завтрашнего утра, Принцесса. – Он поцеловал ее в лоб и поднялся. – Миссис Экленд, Уидди запряг вам лошадь в повозку, прежде чем уехать в город?

– Ну конечно. Ох уж этот Уидди и его бездельники приятели! Жаль, что вас сегодня не будет в городе. Вы единственный, кто может его удержать. Без вас он там такое устроит.

Джейс засмеялся:

– А я очень рад, что сегодня не с ними.

– Мистер Перкинс, вы сущий дьявол. Я это сразу поняла, как только увидела вас в первый раз.

– Не знаю, дьявол я или нет, но кормите вы меня отлично. А теперь в путь, иначе Бет заснет стоя.

Джейс смотрел им вслед, пока повозка не скрылась в темноте. Потом обернулся к Келли:

– Ну, дорогая, наконец-то мы одни.

Келли не могла заставить себя встретиться с ним взглядом. Нервно вертела на пальце сверкающее обручальное кольцо.

– Я… я не знаю, что надо делать дальше… Он коротко усмехнулся.

– А я хорошо себе это представляю. – И взял ее на руки. Келли вся сжалась от сознания того, что они совсем одни, от ощущения его бьющей через край мужской чувственности.

– М-может быть, сначала погасим фонари?

– Сами догорят. Ты не хочешь обнять меня за шею? Мне бы это очень помогло.

Келли послушалась. Джейс начал подниматься по лестнице.

– Это не вредно для твоих ребер? Такая тяжесть…

– На мне все быстро заживает. Я уже давно без повязки.

Он вошел в ее спальню и поставил Келли на ноги. Миссис Экленд оставила гореть только одну керосиновую лампу на столике у кровати и даже откинула уголок шелкового одеяла.

– Завтра мы перенесем сюда твои вещи, – быстро произнесла Келли, пытаясь скрыть охватившее ее смятение. – Мне придется освободить место в шкафу, но я уверена, что…

Джейс, не сводя глаз с ее губ, положил руку Келли на плечо. Она вздрогнула от этого чувственного прикосновения, от тепла его пальцев на своей коже и пробормотала:

– Можем, конечно, поставить сюда еще один шкаф, если этот…

– Я не сомневаюсь, ты знаешь, что надо делать. Он поцеловал ее в шею, его горячие губы скользнули вниз, к ямочке на шее.

Вся, дрожа, она покачнулась и крепче ухватилась за палку.

– У папы есть очень хороший комод…

На этот раз Джейс нашел ее губы. О Боже! Келли почувствовала, что тонет в его поцелуе. Губы, такие настойчивые и в то же время нежные, скользили по ее губам, стараясь вызвать ответную реакцию. Она задохнулась и попыталась отстраниться. Что-то непонятное происходило с ее телом. Неведомое прежде напряжение…

Джейс понимающе улыбнулся. Тусклый свет лампы смягчил резкость его черт, выхватив соблазнительную ямочку на щеке. Глаза горели ярким голубым огнем.

– Не бойся, дорогая. Моя хорошенькая малышка Келли.

Он снова поцеловал ее. С глубоким вздохом Келли растворилась в нем, обвила рукой его шею, стремясь прильнуть к его жаркому телу. Келли таяла в его страстных поцелуях, в его обволакивающем, сладком объятии. И вдруг почувствовала, как он пытается расстегнуть крючки на ее платье.

– Нет! Я сама! Я хочу сама!

Джейс усмехнулся и изумленно покачал головой.

– Ах ты, хитрый Мышонок! Кто бы мог подумать, что под этими чопорными кружевами скрывается сирена! – Он отступил назад, сложив руки на груди. – Ну-ка, покажи мне, что я получил в жены.

Кровь отхлынула от ее лица.

– Ты же не думаешь… – Она почувствовала, что не может говорить. – Ты ведь не ждешь, что я стану раздеваться у тебя на глазах?

Джейс удивленно смотрел на нее.

– Я думал, ты именно это имеешь в виду.

Келли задохнулась от возмущения. Неужели есть женщины, которые проделывают такие бесстыдные вещи!

– Я бы никогда на такое не решилась, – прошептала она. – Не мог бы ты на время оставить меня одну?

Джейс пристально смотрел на нее, потом тяжело вздохнул.

– Ты хочешь, чтобы я тоже разделся в своей комнате?

– Да, пожалуйста.

Обычно Келли переодевалась очень долго, опираясь на кровать или на кресло, чтобы сохранить равновесие. На этот раз страх подгонял ее. Не дай Бог, Джейс войдет и увидит ее совсем обнаженной. Она даже не стала складывать одежду, оставив ее беспорядочным ворохом на кушетке. Келли надела целомудренную ночную рубашку, застегнула пуговицы до самого верха, легла и натянула одеяло до подбородка.

Он долго не возвращался. Келли лежала, вжавшись в перину, мечтая о том, чтобы провалиться, скрыться куда-нибудь. А вдруг ей не понравится то, что он собирается делать? Мама откровенно говорила с ней о потребностях мужчины. В ее устах это не выглядело тягостной повинностью. Однако приятельницы Келли шепотом пересказывали истории о женщинах, нехотя уступавших своим мужьям лишь из чувства долга.