Как утреннее солнце - Холлидей Сильвия - Страница 17

У Келли перехватило дыхание.

– Нет, нет, только не об этом!

– А там, в городе, вы не возражали.

– В городе, мистер Перкинс, мы…

Она запнулась и сцепила пальцы рук. Действие виски прошло. Теперь она могла мыслить более ясно. «Я разрешила управляющему обнять себя и едва-едва не позволила поцеловать. Но теперь протрезвела, и мне следует положить этому конец».

– В городе, мистер Перкинс, мы вели себя очень глупо. Готова признать, что здесь в равной степени и моя вина. Не сомневаюсь, что такое поведение было вызвано слишком большим количеством спиртного, которое мы выпили. Что касается меня, то это больше никогда не повторится. А вас прошу больше не позволять себе подобных вольностей.

Джейс ничего не ответил. Однако когда подъехали к дому, поднял ее на руки, чтобы помочь спуститься на землю.

– Вы обещали называть меня по имени, – проговорил он, не выпуская ее из объятий. – Это тоже отменяется?

Его красивое лицо и пристальный взгляд выводили Келли из равновесия. И держал он ее совсем не по – джентельменски. Может быть, Джейс пил еще раньше, до того, как она подъехала к магазину? Наверное, он все еще под влиянием выпитого виски? Слишком расхрабрился? Как еще можно объяснить это объятие и столь странное выражение лица? Келли вспомнила, как управляющий вел себя с Уидди и Билли Ди. Тоже совершенно не в его характере…

Келли поняла, что есть только один способ спастись от тревожного присутствия этого человека… пьяного или трезвого.

– Обещание есть обещание, Джейс. Обстоятельства тут роли не играют. А теперь отпустите меня.

Он усмехнулся и выпустил ее из объятий.

– Я только отведу лошадей на место. Келли. Спокойной ночи.

Келли в своей комнате начала медленно раздеваться. Если бы они не пили виски, ничего такого бы не произошло. И теперь бы их не связывало общее воспоминание о постыдном эпизоде. Зато она сегодня получила хороший урок: теперь знает, к чему приводит употребление спиртного. Но вот как насчет Перкинса? Извлек ли он свой урок?

Надевая фланелевую ночную рубашку, Келли вспомнила о трактате по воздержанию и трезвому образу жизни под названием «Дружеские советы». Она достала книгу с полки, полистала. Книга действительно была написана в форме дружеских советов – деликатных напоминаний о том, как следует себя вести. Может быть, мистер Перкинс извлечет из нее пользу?

Сейчас еще не очень поздно. Он, наверное, только что поставил лошадей на ночь и вернулся к себе. Келли накинула халат, взяла книгу, трость и стала медленно подниматься в мансарду.

Келли вошла… и замерла на пороге. Книга выпала из ее рук. Сердце загрохотало в груди, застучало с бешеной скоростью.

Джейс уже снял рубашку и теперь стоял обнаженный до пояса. Белая повязка на ребрах лишь подчеркивала густую черноту волос, покрывавших его торс.

– О… Боже… И-и-извините меня… Я только хотела…

Она повернулась с одним желанием – бежать отсюда, но трость зацепилась за гвоздь в полу и выскользнула. Келли попыталась сохранить равновесие… и упала на пол всей тяжестью своего тела. Содрогнулась, но не от физической боли, а от стыда и уязвленной гордости.

В тот же момент Джейс оказался рядом. Опустился на колени, с тревогой глядя на нее.

– Вы очень ушиблись, Келли?

Девушка покачала головой, не в силах взглянуть ему в глаза. Она попыталась подняться, стараясь подавить слезы стыда и отчаяния. Калека Келли…

– Подайте мне, пожалуйста, палку, вот и все, – произнесла она сдавленным голосом.

– Вы не сможете идти после такого падения.

Он поднял ее на руки. Сквозь ночную рубашку Келли ощутила жар его тела и почувствовала, что краснеет.

– Пожалуйста, опустите меня на пол, – прошептала она.

– Нет.

Джейс пошел к двери.

– Но вы ведь не можете… у вас ребра сломаны…

– Они почти зажили. А вы такая легкая, как перышко.

Не обращая больше внимания на протесты, он понес Келли вниз по лестнице, в ее комнату. Осторожно положил на кровать. Но вместо того чтобы сразу удалиться, сел рядом.

– Мистер Перкинс, вы должны уйти!

Келли хотела встать, но Джейс положил руку ей на плечо и удержал. Она толкнула его обеими руками в волосатую грудь и ощути на мышцы, крепкие и твердые, как сталь.

– Что… что вам нужно?

Джейс погладил завитки на ее виске, потом нежно провел пальцем по щеке. Его ярко-голубые глаза слепили ее.

– Такая красивая… малышка… Надо было тогда тебя поцеловать, и к черту этого Билли Ди.

– Вы не имеете права…

– Я знаю. – Его мягкий, ласкающий, чувственный голос словно щекотал ее и возбуждал. – Но может быть, теперь вы сжалитесь надо мной и позволите себя поцеловать?

Слова возражения застряли у нее в горле. Прежде чем Келли смогла что-либо произнести, он накрыл ее губы своими губами. Девушка застонала от неожиданного ощущения. Каждая мышца ее тела, казалось, расслабилась, она лежала беспомощная, не в состоянии двинуться. Там, в Бостоне, Келли мечтала о поцелуях, с завистью глядя на влюбленные пары. Но оказалась совершенно неготова к этому захватывающему ощущению мужских губ на своих губах. Джейс словно гладил ее губы своими – поцелуй нежности и преданности, – вызывая такой восторг, что у Келли дыхание перехватило.

Наконец он поднял голову. Глаза его горели изумлением и восторгом.

– Господи… – прошептал он. – Ты как драгоценная роза. Раскрываешься мне лепесток за лепестком. Я и подумать не мог…

Но Келли почувствовала странное разочарование. Этот поцелуй – хотя и очень приятный – какой-то уж очень… нежный и почтительный. Ей хотелось чего-то большего… чего-то другого… Она не могла этого объяснить, но ей до боли хотелось снова притянуть его голову к себе.

Однако в следующий момент в ней заговорила благовоспитанная леди. «Келли, ты идиотка. Слабовольная дурочка. Ты же играешь с огнем! Позволила ему войти в свою комнату, поцеловать себя, наговорить сладких слов… Господи, да вы оба почти раздеты!»

Она попыталась подняться и указала на дверь.

– Уходите немедленно! Что вы себе позволяете? Выйдите из моей комнаты, или я все расскажу папе.

– Ах ты, Господи! И о чем я только думал! Прошу прощения, мисс Келли. Но вы были такая хорошенькая в лунном свете. И сейчас, вся в белом, как ангел… – Он улыбнулся своей простоватой улыбкой. – Каждый мужчина имеет право мечтать, ведь правда? Келли поджала губы.

– Но мне кажется, это я должна решать, станут ли ваши мечты реальностью, и если станут, то когда. А теперь уходите.

Джейс опустил голову и вышел из комнаты.

Келли потушила лампу и свернулась калачиком под одеялом. Но заснуть не могла. Голова шла кругом. Она снова и снова переживала все случившееся. И чем больше об этом думала, тем отчетливее сознавала, что его поцелуй совершенно ее не удовлетворил. Такой краткий… Какая-то птичья ласка. Конечно, ей не с чем сравнивать, и все же…

– Да нет, в этом должно быть что-то большее, – произнесла она с гневом.

Келли перевернулась на живот, обхватила руками подушку и впилась в нее яростным поцелуем, извиваясь всем телом. Это, конечно, не совсем то, что целовать мужчину, и, тем не менее, яростные, неконтролируемые движения доставили ей больше удовольствия, чем поцелуй мистера Перкинса.

Вот какого поцелуя она ждала. А не вежливого и робкого прикосновения этого… слюнтяя!

Глава 9

– Уидди, следи за птицей всем телом. Вскидывай ружье так, будто оно часть твоей руки. Помнишь, как я тебе показывал в прошлый раз?

Джейс поднял ружье к плечу, нажал на курок. Канадский гусь упал на землю.

Уидди тоже выстрелил, но промахнулся. – Попробуй еще раз. Вон одна вылетает из-за деревьев. Быстрее! Ты можешь ее взять.

На этот раз Уидди попал точно в цель. Птица упала на землю. С торжествующим криком Уидди подбросил вверх ружье.

Джейс направился к осинам, рассыпанным по склону холма.

– Теперь миссис Экленд может встретить вашего отца жареным гусем.