Комната убийств - Джеймс Филлис Дороти - Страница 82

Инспектор Мискин появилась на удивление быстро. Уж не опасались ли они, что она могла передумать? Однако инспектор спокойно, с улыбкой встретила Талли и провела к лифтам. В коридоре было полно народу. Когда пришел лифт, они забились туда вместе с полудюжиной высоких и большей частью молчаливых мужчин и поехали вверх. Талли не заметила, какая была нажата кнопка.

Комната для бесед оказалась обескураживающе маленькой; мебель стояла лишь самая необходимая и очень функциональная. Талли увидела прямоугольный стол, два стула с прямыми спинками по сторонам и записывающее устройство на боковом стенде.

Словно прочитав ее мысли, инспектор Мискин сказала:

— Боюсь, место не самое располагающее, но здесь нам не будут мешать. Коммандер Дэлглиш придет прямо сюда. И вид отсюда хороший, не правда ли? Мы заказали чай.

Талли прошла к окну. Внизу она могла различить сдвоенные башни аббатства, а за ними — «Биг Бен» и Вестминстерский дворец. Словно миниатюрные игрушки, передвигались машины, пешеходы напоминали карликов. Она глядела и ничего не чувствовала; лишь прислушивалась, когда откроется дверь.

Дэлглиш вошел очень тихо и тут же направился к ней. Талли, увидев его, испытала такое облегчение, что чуть не побежала коммандеру навстречу. Дэлглиш подвел ее к стулу, а инспектор Мискин села напротив.

— Я видела водителя, который меня сбил, — без всякого вступления сказала Талли. — Сегодня я была в палате лордов. Он там сидел на скамейке для независимых членов парламента. Его зовут лорд Мартлшем.

— Он при вас говорил? — спросил коммандер Дэлглиш.

— Да. Наступил «час вопросов», и он задал свой вопрос. Я сразу его узнала.

— Вы не могли бы рассказать поподробнее? Что вы узнали сначала — голос или внешность? Независимые члены парламента сидят к галерее для публики спиной. Вы видели его лицо?

— Когда он говорил, не видела. Однако «час вопросов» подходил к концу, а он был последним. После того как ему ответили и высказались еще один или два человека, заседание продолжилось. Тогда он встал и повернулся к выходу. Я увидела его лицо.

Вопрос, которого она ждала, задала инспектор Мискин, а не коммандер Дэлглиш.

— Вы точно уверены, миссис Клаттон? Настолько уверены, что не дрогнув выдержите жесткий допрос в суде?

Талли смотрела на коммандера Дэлглиша. Она сказала:

— Абсолютно уверена.

Она замолчала, а потом спросила, стараясь не выдать волнения:

— Мне придется его опознать?

— Не сейчас. Возможно, это вообще не понадобится, — сказал коммандер Дэлглиш. — Все будет зависеть от того, что он нам скажет.

Глядя в глаза детектива, Талли спросила:

— Он хороший человек, не правда ли? И он беспокоился обо мне. Я не могла ошибиться. Я не могу поверить…

Она осеклась.

— У него может найтись самое невинное объяснение тому, что он делал в музее и почему не объявился раньше, — сказал Дэлглиш. — Он может обладать полезной информацией, которая нас выручит. Найти его было очень важно, и мы вам благодарны.

— Вы очень удачно оказались в палате лордов, — заметила инспектор Мискин. — Почему вы туда пошли? Вы заранее спланировали этот визит?

Продолжая смотреть на Дэлглиша, Талли спокойно отчиталась за день: о необходимости хотя бы временно покинуть музей; о прогулке и завтраке в парке; о спонтанном решении сходить в палату лордов. В ее голосе не чувствовалось триумфа, Дэлглиш слушал, и ему казалось, что она ждет от него успокаивающих слов: ее признание — не вероломство. Когда Талли, которая явно испытывала жажду, допила свой чай, он попытался убедить ее доехать до дома на полицейской машине, осторожно уточнив, что она не прибудет в музей под блеск синей мигалки. Столь же осторожно, но твердо Талли отказалась. Она доберется до дома сама, как обычно. Поездка на машине с водителем почти наверняка привлечет внимание. Дэлглиш попросил Талли молчать. Он не сомневался, что она выполнит свое обещание, и больше всего не хотел, чтобы ее донимали вопросами. Миссис Клаттон — честная женщина, и ложь для нее была непереносима.

Адам спустился с ней и вышел попрощаться на улицу. Они пожали друг другу руки, и миссис Клаттон, глянув на Дэлглиша снизу вверх, спросила:

— Его ждут неприятности, да?

— Возможно. Хотя если на нем нет вины, он будет знать, что ему нечего бояться. Вы правильно сделали, что пришли. Думаю, вы и сама это знаете.

— Да, — сказала Талли, наконец поворачиваясь, чтобы уйти. — Я знаю. Но от этого не легче.

Дэлглиш вернулся в комнату. Кейт уже ввела в курс дела Бентона-Смита и Пирса. Они молча слушали, потом Пирс вновь задал тот самый вопрос:

— Насколько она была уверена, сэр? Если мы ошибемся, вонь поднимется невообразимая.

— Она сказала, что у нее нет никаких сомнений. Миссис Клаттон узнала его сразу, как только Мартлшем встал и заговорил. Увидев лорда анфас, она убедилась в своей правоте.

— Сначала голос, а потом лицо? — удивился Пирс. — Странно. Как она может быть столь уверенной? Миссис Клаттон видела его в течение нескольких секунд, в тусклом свете фонарей — когда он над ней наклонился.

— Каков бы ни был порядок ее мыслей, произошло ли узнавание по голосу, по лицу или по тому и другому, она твердо уверена — сбил ее именно Мартлшем, — ответил Дэлглиш.

— Что нам о нем известно, сэр? — спросила Кейт. — Он что-то вроде филантропа, не так ли? Я читала, что он снабжает одеждой, едой и медикаментами тех, кто в них нуждается в наибольшей степени. Это не он ездил в Боснию, сам сев за руль грузовика? О чем-то таком писали. Талли Клаттон могла видеть его фотографию.

Пирс подошел к книжному шкафу, взял с полки «Кто есть кто» и положил на стол.

— Этот титул достался ему по наследству, так? — сказал инспектор. — Это означает, что он был одним из обладающих наследным титулом и переизбранных в палату после той дурацкой реформы. Он подтвердил свою ценность. Никто не упоминал его в качестве совести независимых членов парламента?

— Маловероятно, — ответил Дэлглиш. — Разве они сами по себе не совесть? Вы правы насчет филантропии, Кейт. Он придумал схему, по которой богатые дают ссуды тем, кто не способен взять кредит. Это так же, как и в местных кредитных объединениях, только ссуды беспроцентные.

Пирс зачитал вслух из «Кто есть кто»:

— Чарльз Монтегю Сигроув Мартлшем. Относительно позднее пэрство, полученное в 1836 году. Родился 3 октября 1955 года, получил соответствующее образование, принял титул в 1972 году. Его отец умер молодым. Женат на генеральской дочери. Детей нет. Хобби: музыка, путешествия. Адрес: Олд-Ректори, Мартлшем, Суффолк. Родового имения у него нет. Количество благотворительных проектов впечатляет. И этот человек, по нашим предположениям, виновен в двух убийствах. Это должно быть интересно.

— Успокойтесь, Пирс, — сказал Дэлглиш. — Старые возражения остаются в силе. С какой стати человек, стремительно покидающий место преступления, совершив особенно жестокое убийство, останавливается, желая убедиться, не нанес ли он вреда сбитой с велосипеда пожилой женщине?

— Вы будете его предупреждать, сэр? — спросила Кейт.

— Я скажу ему, что хочу с ним поговорить в связи с идущим в данный момент расследованием убийства. Если он почувствует необходимость взять с собой юриста — это его право. Впрочем, не думаю, что он станет сейчас это делать. — Дэлглиш присел за свой стол. — Возможно, он все еще в палате. Я напишу ему записку, в которой попрошу встретиться со мной как можно быстрее. Ее доставит Бентон-Смит и привезет лорда сюда. У Мартлшема почти наверняка есть квартира в Лондоне, и мы можем подъехать к нему домой, если так будет удобнее. Однако я думаю, что он вернется вместе с Бентоном.

Кейт прошла к окну и стала ждать, пока Дэлглиш допишет.

— Он не похож на убийцу, — сказала она.

— Как и все остальные — Маркус Дюпейн, Кэролайн Дюпейн, Мюрел Годбай, Талли Клаттон, миссис Фарадей, миссис Стрикленд, Джеймс Калдер-Хейл, Райан Арчер. Да только один из них совершил двойное убийство. После встречи с лордом Мартлшемом мы, возможно, приблизимся к пониманию, кто именно.