История - "Фукидид" - Страница 137

1 Сравнительно небольшое число боевых афинских кораблей, участвовавших в битве, объясняется их повреждением в предшествовавшей битве, а также и тем, что в новоприбывшей эскадре Демосфена было много транспортных судов (ср.: Gomme A. W., IV, 429).

2 По Диодеру (XIII13,2), Евримедсшт стоял на левом фланге, а Менандр занимал центр; у сиракузян на правом был Агафарх, на левом — Сикан и в центре Пифен.

3 Именно в северном конце гавани.

53. Когда Гилипп увидел, что вражеские корабли терпят поражение и отходят к берегу за пределы частокола к месту, не занятому афинянами, то двинулся с частью войска к молу, чтобы перебить команду неприятельских кораблей при ее высадке и чтобы сиракузянам было легче стащить свои корабли с берега, если он будет в руках друзей. Однако тирсены1, которые прикрывали позицию афинян, заметив, что противники наступают в беспорядке, поспешили на помощь. Они напали на головной отряд неприятеля, обратили в бегство и загнали в так называемое Лисимелийское болото2. Затем, когда все более стало прибывать отрядов сиракузян и союзников, афиняне, опасаясь за свои корабли, также двинулись на них и вступили в бой. Афинянам удалось обратить неприятеля в бегство и во время преследования перебить некоторое количество гоплитов. Большинство своих кораблей афиняне сумели спасти и привести к стоянке, но 18 афинских кораблей сиракузяне и союзники захватили и перебили всю их команду. Чтобы поджечь остальные афинские корабли, они соорудили брандер: наполнив старое транспортное судно хворостом и смоляными факелами, подожгли его, пустив по ветру, который дул против афинян. Видя угрожающую кораблям опасность, афиняне применили огнету-шительные средства. Им удалось сбить вспыхнувшее пламя и, не допустив приближения брандера, избежать этим опасности.

1 Ср. VII57,11.

2 Лисимелийское болото, по-видимому, озеро, около которого афиняне высадились «против святилища Зевса Олимпийского» в 415 г. (ср.: Gomme A. W., IV, 484); ср. VI101.

54. После этого сиракузяне поставили трофей, так как они выиграли морскую битву и наверху у афинских укреплений отрезали отряд афинских гоплитов, причем были захвачены лошади. Афиняне также поставили трофей в честь победы тирсенцев, которые загнали в болото неприятельскую пехоту, после чего и сами афиняне с остальным войском разбили сиракузян.

55. Теперь, после блестящей победы сиракузян и над афинской эскадрой Демосфена, приход которой сначала их устрашил, афиняне пришли в полное уныние. Велико было разочарование, вызванное неожиданным поворотом военного счастья, но еще сильнее раскаяние в предпринятом походе. Ведь здесь в Сицилии афиняне впервые столкнулись с городами одинаковой культуры и напали на города с демократическим (как и у них) государственным строем1, обладавшие в изобилии кораблями, лошадьми и прочими средствами для ведения войны. Эти города они не могли ни ослабить, внеся в них внутренние раздоры, ни подчинить значительным превосходством своей военной мощи. Расчеты афинян в большинстве не оправдались, и если они уже и раньше сознавали опасность своего положения, то теперь после неудачи на море (чего они уже никак не ожидали) оно оказывалось еще более затрудненным.

1 Фукидид возвращается к этой теме в кн. VIII96,5.

56. Тотчас после своей победы на море сиракузяне стали безбоязненно крейсировать со своей эскадрой вдоль гавани и намеревались запереть вход в нее, чтобы афиняне, даже при желании, не смогли тайком выйти оттуда. Теперь сиракузяне уже заботились не только о собственном спасении, но и о том, чтобы отнять возможность спасения у афинян. Они с полным основанием считали свое нынешнее военное положение преобладающим и были убеждены, что если бы им удалось одолеть афинян и их союзников на суше и на море, то это было бы блестящим подвигом в глазах эллинов. Ведь тогда и прочие эллины могли либо немедленно обрести свободу, либо избавиться навсегда от страха перед афинянами: ведь афиняне, располагая лишь остатками своих сил, не смогут оказать сопротивление тому, кто в будущем пойдет против них войной. Им же — сиракузянам — достанется вся слава столь блистательного подвига, и они заслужат этим величайшее удивление современников и потомства. Действительно, для них это была борьба величайшей важности. Ведь дело заключалось не только в победе над афинянами, но и над множеством их союзников, да и сами сиракузяне сражались не одни, но вместе с пришедшими на помощь союзниками, лакедемонянами и коринфянами. Они руководили военными действиями, и их город первым подвергся грозной опасности, причем именно они достигли больших успехов, главным образом в мореходном деле. Ведь у стен этого города столкнулось великое множество народностей, не говоря уже о том, сколько всего людей было вовлечено в эту войну как на стороне афинян, так и на стороне лакедемонян.

57. Вот сколько народностей боролись у Сиракуз с обеих сторон за и против Сицилии. Они собрались туда с разными целями: либо помочь захватить страну, либо для ее защиты. Они воевали на той или другой стороне, не столько по праву или в силу общего происхождения, но как кому пришлось и насколько каждое государство в отдельности считало себя вынужденным так поступить ради собственной выгоды или в силу принуждения извне. Афиняне, сами будучи ионянами, по собственной воле выступили в поход на сиракузян-дорийцев, и вместе с ними лемносцы, имбросцы и тогдашние жители Эгины и афинской колонии Гестиеи1 на Евбее, которые все говорили с ними на одном языке и имели одинаковое государственное устройство. Другие участвовали в походе как подвластные или как независимые союзники, иные же были просто наемниками. В числе подвластных и данников находились: Эретрия, Халкида, Стира2 и Карист3 на Евбее; а из островов: Кеос4, Андрос5, Тенос6, в Ионии: Милет7, Самос и Хиос. Из них Хиос, однако, не платил никаких податей, но зато выставлял для союзного флота корабли. В основном все это были ионяне (кроме каристян, по происхождению дриопов8). Хотя и подвластные афинянам, и по принуждению, но все же они шли в поход как ионяне против дорийцев. Кроме этих ионян, были также эолийцы: мефимнейцы9, правда, также подвластные афинянам, хотя и не бывшие данниками, но обязанные выставлять корабли; а также жители Тенедоса10 и Эна11, обложенные податью. Эти эолийцы сражались в силу принуждения против сторонников сиракузян-беотийцев, своих ктистов. Напротив, платейцы, будучи беотийцами, воевали против своих земляков-беотийцев из ненависти к ним, как это понятно. Родос и Киферы12 (дорийские острова, а Киферы даже колония лакедемонян) выставили свой отряд против лакедемонянского войска под начальством Гилиппа. Родос — колония Аргоса — был вынужден воевать против дорийских Сиракуз и своей собственной колонии Гелы13, которая была на стороне Сиракуз. Из островов на западе около Пелопоннеса жители Кефаллении и Закинфа14, хотя и независимые, но из-за своего островного положения более других подверженные нажиму афинян, были вынуждены присоединиться к ним ввиду господства последних на море. Керкира, которая не только была дорийской, но даже являлась колонией Коринфа, вела войну против коринфян, своих ктистов, и сиракузян, своих единоплеменников. Тем не менее Керкира воевала весьма усердно, якобы в силу необходимости, но на деле из вражды к коринфянам. И мессенян (как их еще и теперь называют) из Навпакта и из Пилоса (который тогда был занят афинянами) афиняне также привлекли к походу. Некоторые изгнанники из Мегар15 вынуждены были в силу несчастных обстоятельств сражаться против своих земляков-селинунтцев16. Все остальные участвовали в походе скорее добровольно. Аргосцы присоединились к афинянам-ионянам, сами будучи дорийцами, против дорийцев не столько из-за союза с афинянами, сколько из вражды к лакедемонянам и практической выгоды для себя в существующих обстоятельствах. Мантинейцы же и другие аркадцы, привыкшие сражаться как наемники17 против любого указанного им врага, равным образом из-за денег, сочли своими врагами аркадцев, сражающихся на стороне коринфян. Критяне и этолийцы18 также согласились воевать за жалованье, и вышло так, что критяне, некогда основавшие вместе с родосцами Гелу19, выступили не за свою собственную колонию, а против нее, добровольно, как наемники. Некоторые из акарнанов также пришли на помощь афинянам, отчасти за плату, но еще больше из дружбы к Демосфену и из расположения к союзным с ними афинянам20. Все эти народности живут по эту сторону Ионийского залива. Из эллинских городов Италии в войне приняли участие фурийцы и метапонтийцы21, вынужденные к этому их тогдашними междоусобными распрями, из сицилийцев присоединились к афинянам жители Наксоса и Катаны и из варваров — эгестяне22, которые призвали на помощь афинян, а также большинство сикулов23; из народностей вне Сицилии на стороне афинян сражались некоторые из тирсенов24, вследствие их распрей с сиракузянами, а также наемники из Иапигии25. Столько народностей воевало на стороне афинян.