Операция «Мэйфлауэр» - Инго Мартин - Страница 8

– Он… он вдруг появился на экране, – воскликнул один из вахтенных офицеров.

– Прыжок через гиперпространство?

– Нет, Ваше Высочество, мы не зарегистрировали никаких сотрясений. Кроме того, было бы невозможно вернуться в нормальное пространство так близко от планеты.

– Но, в конце концов, должно же быть какое-то объяснение!

– Все было так, как я сказал. Корабль совершенно внезапно появился на наших экранах, и мы…

– Из этого происшествия будут сделаны выводы, – резко оборвал его Нишигумо. Он тоже не мог представить себе, что его подчиненные действительно допустили такую невероятную халатность. Однако причины происшедшего выяснятся в ходе последующего расследования. Сейчас предстояло заняться более важными делами.

Он бросил взгляд в сторону офицера артиллерийско-технической службы Кугами, который уже привел в боевую готовность тяжелые пусковые установки. Вот-вот должны были появиться боевые расчеты – тогда командир вражеского крейсера почувствует, что ему не поздоровится, если он с враждебными намерениями приблизится к станции великих йойодинов.

Внимательно вглядевшись в экран, он пораженно нахмурил лоб. На дисплее появилось более дюжины маленьких точек, которые отделились от обнаруженного крейсера и с большой скоростью приближались к станции. При этом они двигались, постоянно меняя курс.

Нишигумо выпрямился.

– Выдвинуть автоматические батареи, режим автоматического поиска цели, после захвата цели открывать огонь без команды, – приказал он. – Немедленно установить в каждом переходе посты, по два человека из резервной команды!

После того, как его приказ был повторен, он вновь повернулся к монитору и задумчиво посмотрел на экран. Он спрашивал себя, что же собирались делать «техносы».

Не успели внешние ворота шлюзовой камеры полностью скрыться в полу ангара, а сержант Дэлвар уже отстегнул свой ремень и оттренированным прыжком катапультировался в космическое пространство. В течение нескольких секунд второе отделение в полном составе последовало за ним.

Сразу после прыжка Долин на какое-то мгновение отвлеклась, когда увидела «Орбиту VII». Имеющая форму веретена станция, парящая над большим бурым шаром Гандамака, представляла собой величественное и одновременно угрожающее зрелище. Что случится, если она пролетит мимо станции и ее унесет в космическое пространство? – мелькнула у Долин мысль. Достаточно ли у ее реактивного ранца энергии, чтобы она могла повернуть и вернуться на станцию? Она отбросила эти мысли. Если сконцентрироваться и не допускать ошибок, ей нечего будет бояться.

Маккена помахал ей рукой и стартовал, оставив за собой маленькое, едва различимое облачко реактивных газов. Долин тоже нажала на стартер своего ранца и последовала за ним. Сразу за ней парил Пржевальский. Слева и справа от нее в свете Центрального созвездия вспыхивали короткие отраженные блики – остальные из их боевой группы.

Долин летела по прямому курсу к станции, и уже можно было различить отдельные детали внешней оболочки. Она немного скорректировала свой курс, чтобы попасть в намеченную точку встречи на внешнем крае второго уровня.

Они уже пролетели добрую треть пути к вращающемуся веретену станции, когда первая пусковая установка открыла заградительный огонь. Какую-то долю секунды был виден тонкий зеленоватый луч, который, однако, не попал в «Уту». Крейсер уже давно лег на курс отхода и быстро удалялся.

Сразу за этим еще одна батарея открыла огонь по «Уте», но с тем же успехом, что и первая. По членам же боевой группы огонь пока еще не открывался, а между тем три отделения уже преодолели более половины пути. У Долин забрезжила слабая надежда, что йойодины вообще не заметили высадку группы захвата, но через несколько секунд она погасла, когда на внешней оболочке станции образовалось множество маленьких отверстий, из которых показались стволы орудий.

Едва осознав опасность, она рванула ручку управления вниз, вошла на какой-то момент в штопор и в отчаянии попыталась, несмотря на резкое изменение направления движения, выдержать курс на станцию.

Мгновение спустя, автоматические батареи открыли огонь, и Пржевальский исчез в быстро рассеявшемся облаке в том месте, где только что находилась она. От ужаса Долин вскрикнула, но из-за выключенной связи этот крик затих неуслышанным в ее шлеме. Пространство вокруг нее закипело от взрывов, когда скорострельные батареи с бешеной скоростью выпустили еще один залп.

У Долин уже не было времени смотреть на остатки группы вторжения. Все внутри нее сжалось от панического страха, и только натренированные во время обучения рефлексы спасли ее, и она не разделила судьбу Вальского, а продолжала, закладывая крутые виражи, мчаться к станции. Как и у всех остальных, у нее не было защитного экрана. В этой операции речь шла в первую очередь о быстроте; соответствующие защитные устройства могли им только помешать, да и пользы большой от них бы не было. Отражающие экраны защищали или только от лучевого, или только от ракетного удара, а на станции у йойодинов было достаточно самого разнообразного оружия, так что они могли выбрать подходящее для данного боя. Абсорбирующие экраны, защищавшие от обоих типов оружия, еще не поступили на вооружение.

Без соответствующего защитного снаряжения у Долин оставался один-единственный шанс – лететь как можно быстрее и неравномернее.

Оставалось полтора километра. Как сумасшедшая нажимала она кнопки управления своего летательного аппарата, чтобы противник не мог рассчитать ее курс.

Одна, две, вниз – одна, влево – одна, две – влево – одна, вверх – считала она секунды и непрерывно меняла курс.

Одна, две, вниз – одна, две, вправо – одна, вниз – она не могла ни в коем случае более двух секунд лететь одним и тем же курсом, иначе ее обязательно бы накрыло, но Долин и не могла каждые две секунды равномерно менять направление, в этом случае ее бы тоже быстро засекли. При смене курса ни в коем случае не должна была просматриваться какая-либо закономерность. Все должно происходить чисто инстинктивно, как в генераторе случайных чисел компьютера, чтобы нельзя было заранее вычислить, где она окажется в следующее мгновение.

Повсюду вокруг нее тьма космоса озарялась взрывами. Долин не знала, сколько членов их боевой группы было уже убито, у нее не оставалось ни секунды времени, чтобы оглядеться. Одна, направо – одна, две, направо – одна, вверх – еще триста метров, и все позади…

Менее чем в двадцати метрах от Долин взорвалась граната, и один осколок попал в летательный аппарат.

Дэй Хо Нишигумо с трудом подавил свой гнев, хотя и без кодекса чести знал, что это чувство было неподобающим, а что в такой ситуации оно могло только усугубить неприятности, особенно, если он допустит, что гнев захлестнет его разум. Однако это стоило ему немалых усилий.

Крейсер кибертеков выполнил маневр отхода и так умело, что они до сих пор еще ни разу не смогли накрыть его залпом. Он удалялся все дальше и дальше от станции. Еще немного, и корабль будет вне зоны досягаемости их ракетных установок.

– Что со связью?

– Она все еще блокируется крейсером, – доложил офицер связи. – Как спецсвязь, так и обычная радиосвязь. Более или менее надежно можно переговариваться не более одного километра от станции.

Нишигумо коротко кивнул и продолжал следить по монитору за ходом пока довольно односторонне протекающей космической битвы. Прошло некоторое время, пока он понял, что все это могло значить. Если «техносы» хотели бы уничтожить станцию, они бы послали больше кораблей, а не один легкий крейсер; который к тому же даже не сделал попытки их обстрелять, а ограничился лишь тем, что блокировал системы связи.

Ключ к решению этой загадки был в крошечных объектах, которые высадил крейсер. Сначала Нишигумо принял их за космические мины или что-либо похожее, и только потом он понял, что речь шла о людях, и с этого момента все стало ему ясно. «Техносы» совершенно не собирались уничтожать станцию, они хотели ее захватить! Вместо того, чтобы послать к станции абордажные команды в космических челноках, командир кибертеков послал группу захвата в легких скафандрах с реактивными ранцами. Из-за этого они были значительно более уязвимы, практически у них вообще не было никакой защиты. Однако это компенсировалось высокой степенью маневренности.