Девочка с Земли - Булычев Кир - Страница 64

– И меня даже посадили в тюрьму, – вмешалась Алиса.

Диспетчер тяжело вздохнул, будто устал слушать сумасшедших гостей.

– Не верит нам, Алиса, – сказал Громозека. – А скажите, у вас нет на борту библиотеки? 

– Зачем?

– Там может быть книжка по истории.

– Ну хорошо, – заявил диспетчер и пожал плечами. – Погодите.

Он нажал кнопку на пульте, панель на стене отодвинулась, и там оказались полки с книгами. Диспетчер снял одну из книг.

– Тут есть описание прилета первых космонавтов? – спросил Громозека.

– Одну минутку, – попросил диспетчер.

Он перелистал книгу.

– Читайте, – сказал Громозека.

В предвкушении удовольствия он даже притопывал щупальцами по гладкому полу дежурного спутника.

– "И вот показался корабль", – прочел диспетчер.

– Дальше, дальше, – торопил его Громозека, заглядывая через плечо маленькому человечку. – Вот. – И он ткнул когтем в строчку.

– "Праздник был украшен любопытным поступком одной из девушек, – прочел диспетчер. – Она первой подбежала к кораблю и опрыскала космонавтов духами. Имя ее осталось неизвестным".

– И все? – спросила Алиса.

– И все.

– Это была я. Только никакие это были не духи. А вакцина.

Но тут Громозека понял, что терпение диспетчера полностью истощилось, и сказал:

– Шутки в сторону. Разговор нам предстоит долгий и серьезный. Я обращаюсь к вам официально: корабль "Земля" просит разрешения Колеиды совершить посадку на удобном для вас космодроме. Больше я не буду говорить загадками и все подробно объясню представителям вашего правительства.

– Подождите немного, – сказал диспетчер с облегчением. – Сейчас я узнаю, на каком из космодромов есть свободные стоянки.

А когда Алиса с Громозекой шли обратно к своему кораблю, Громозека легонько потрепал Алису когтем по плечу и сказал:

– Не расстраивайся. Может, тебе еще поставят памятник на этой планете.

– Не нужен мне их памятник, – сказала Алиса. – Главное, что они остались живы и здоровы.

Она помолчала и добавила:

– Только обидно, что в истории написано, будто я поливала их духами.

– В истории остается только главное, – сказал Громозека. – А детали могут и не сохраниться в памяти людей.