Девочка с Земли - Булычев Кир - Страница 43

– Нет, – сказал толстяк, – ни за что! Погибайте здесь!

– Мы все равно не погибнем, – сказал Второй капитан. – Теперь, когда мои друзья, – он обвел рукой всех нас, потому что не только Первый капитан и доктор Верховцев были его друзьями, но и мы, экипаж «Пегаса», тоже были его друзьями: мы ведь тоже пришли к нему на помощь, хотя и не видели его никогда раньше, – теперь, когда мои друзья со мной, мне не страшны никакие пираты. В крайнем случае мы все вместе улетим на корабле Первого капитана, а потом вернемся и достанем наши корабли.

Весельчак У заколебался. Он понял, что торговаться ему не приходится, и уже готов был заговорить, но все испортил Зеленый.

– Нет, – сказал он. – Во-первых, я никогда не брошу свой корабль. Уж лучше я останусь здесь и подожду. Да и зверей кормить надо. Ведь нам их на другой корабль не втиснуть. Нет, так не пойдет. Вы уж, пожалуйста, скажите нам, как открыть люк.

Нельзя было разговаривать с толстяком так, как говорил Зеленый. Нельзя ничего просить у пиратов, потому что они сразу наглеют.

И толстяк, услышав слова Зеленого, взбодрился.

– Нет, – сказал он, – дайте мне письменное обязательство, что я останусь в живых, тогда выпущу вас отсюда.

Капитаны только посмотрели на Зеленого, но ничего ему не сказали.

– Ладно. Если так, – произнес Первый капитан, – мы подождем. Мы даем тебе, Весельчак, десять минут на размышление. Время у нас есть.

– Правильно, – поддержал его Второй капитан. – А пока ты, Первый капитан, расскажешь, как ты нас нашел. Ведь говорун к тебе не прилетел.

– А я пока приготовлю бутерброды, – сказал виноватым голосом Зеленый. – Ведь все мы проголодались.

– Хорошо, – сказал капитан.

– Я бы тебе помогла, Зеленый, – сказала Алиса, – но мне так интересно узнать про Первого капитана, что я не могу оторваться.

– Оставайся, Алиса, – сказал Первый капитан. – Без тебя мы не спасли бы своих друзей.

– Без вас я ничего бы не сделала, – сказала Алиса и покраснела от гордости.

– Алиса, – сказал я строго, – иди вымой руки и приведи себя в порядок. Ты грязна, как болотный крот с планеты Вуканату.

– Ладно, – не стала со мной спорить Алиса. – Крот так крот.

Она побежала к кораблю, крикнув на бегу:

– Только без меня ничего не рассказывайте!

Первый капитан обернулся к Весельчаку У и спросил его равнодушно:

– Ну, не передумал еще?

Пират заискивающе улыбнулся. Его глазки спрятались в щеках.

– Давайте поторгуемся, капитан, – сказал он. – Будем оба деловыми людьми.

Капитан отвернулся от него.

Через две минуты возвратилась Алиса. Я заметил, что руки она вымыла кое-как, но вместо желтого комбинезона надела другой, голубой.

За Алисой семенил индикатор. Он прямо разрывался на части, так ему хотелось повсюду успеть. Прямо не зверь, а живая радуга. А за ними не спеша вышагивал вечно занятый паук-ткач-троглодит. Он вязал одновременно три варежки, но все на правую руку.

– Пришли? – улыбнулся Первый капитан, глядя на необычное шествие. – Ну, тогда я с самого начала должен признаться, что моя роль в этой истории скромная. Все четыре года я был занят на Венере. Оказалось, что превратить большую планету в космический корабль и передвинуть ее на новую орбиту – задача почти невыполнимая. Ну а раз она оказалась почти невыполнимой, то ее обязательно надо было выполнить.

– Правильно, – сказала Алиса. – Очень жалко, что у меня не такой сильный характер.

– Характер воспитывается, – усмехнулся капитан. – Погляди на паука-ткача-троглодита. Вот уж завидное упорство! Если он еще научится отличать правую сторону от левой, цены ему не будет.

– Тоже мне пример! – отмахнулась от паука Алиса. – Он же глупый.

– В том-то и дело, что одно упорство еще ни о чем не говорит. За все четыре с лишним года Венера не сдвинулась со своей орбиты ни на сантиметр, а мы думали, спорили и готовились к решающему моменту. И я надеюсь, что успею вернуться к началу перелета планеты поближе к земной орбите. Осталось недолго ждать. 

– И тогда на Венере изменится климат?

– Сильно изменится. Настолько, что через несколько десятилетий люди смогут жить на ней так же, как на Земле.

– И мы ее станем называть Земля-два, – сказала Алиса.

– Зачем же? Она останется Венерой. Разве плохое название?

Алиса ничего не ответила. По-моему, ей название не очень нравилось. Она как-то говорила мне, что ни к чему называть планеты именами вымерших богов, которые ничем себя не прославили.

– Я был так занят работой, – продолжал свой рассказ Первый капитан, – что четыре года пролетели совершенно незаметно. И надо признаться, что я не очень беспокоился о своих друзьях, потому что знал, как далеко забрасывает судьба капитанов. Третьему было еще рано возвращаться из соседней галактики, а ты, Второй, дал мне срок – четыре года.

– А вы не жалели, – спросила Алиса, – что сидите на одной и той же планете, а не летаете к другим звездам?

– Это сложный вопрос, Алиса, – ответил серьезно Первый капитан. – Да, мне хотелось снова стать на капитанский мостик и снова снижаться на неизвестных планетах. Но я знал, что мой опыт и мои знания очень нужны в Солнечной системе. А кроме того, я же говорил тебе, что люблю неразрешимые задачи и невыполнимые проекты.

– А ваша жена, – не отставала от капитана Алиса, – тем временем летает по всей Галактике и ищет живую туманность. Вы ей, наверно, страшно завидовали.

– Конечно, завидовал, – признался капитан. – И еще больше буду завидовать, когда она отыщет свою туманность.

– Ничего подобного, – вмешался я в разговор. – Живой туманности не существует. Все равно как не существует живых планет.

– А вот в этом вы, профессор, ошибаетесь, – сказал Второй капитан. – Мне пришлось как-то увидеть живую планету. Еле успел убежать. Она питается тем, что затягивает из космоса. Хорошо еще, что на «Синей чайке» такие мощные двигатели.

– Очень любопытно, – сказал я. – Мы поговорим об этом попозже. Хотя мне не приходилось слышать о таком чуде.

– Папа, не спорь, – сказала Алиса. – Не станет же капитан говорить неправду.

– Нет, – улыбнулся капитан. – Мы всегда говорим правду. Даже врагам.

И он посмотрел на Весельчака У, который тут же отвернулся и сделал вид, что рассматривает стену пещеры.

– Ну вот, – закончил свой рассказ Первый капитан, – неожиданно я получил телеграмму – летит доктор Верховцев, наш старый друг. Он прилетел и рассказал мне, что беспокоится о судьбе Второго капитана. И когда он мне все рассказал, я попросил разрешения немедленно покинуть Венеру. А дальше пускай продолжает доктор.

– Ну что вы! – смутился вдруг доктор Верховцев, ссутулился и заморгал. – Я ничего не сделал. Ровным счетом ничего… В общем, вы, с «Пегаса», были последней каплей, переполнившей чашу моих подозрений.

– Вот спасибо! – сказал Зеленый, который раздавал нам бутерброды с сыром. – Это вы вели себя странно.

– Но я-то ничего еще не знал, вернее, почти ничего не знал о вас.

Верховцев переступил с ноги на ногу и погладил индикатора, который даже посинел от любопытства.

– Я с самого начала не поверил в версию о том, что смелый и находчивый Второй капитан пропал без вести. Я знал и его «Синюю чайку» и понимал, что вряд ли найдется во всей Галактике сила, способная погубить Второго капитана.

– Спасибо за комплимент, – сказал Второй капитан.

– Не стоит благодарности. Комплимент имеет в своей основе трезвый научный расчет.

– Ну прямо как наш учитель математики! – прошептала мне Алиса.

– Подготавливая музей имени Трех Капитанов, я изучал их биографии, и в этом мне помогал Первый капитан, который никогда не отказывался присылать мне фотографии и записки и уточнять подробности. Но когда я поделился с ним своими сомнениями о судьбе Второго капитана, он ответил мне очень уклончиво. Столь уклончиво, что я предположил, что Первый капитан знает о «Синей чайке» больше, чем хочет или может сказать.

– Ничего я особенного не знал, – перебил его Первый капитан. – Просто у нас был уговор: если не прилетает говорун, я жду четыре года и ничего не предпринимаю. Но после письма Верховцева я немного обеспокоился, хотя и виду не подал.