Летний Рыцарь (ЛП) - Макгрегор Кинли - Страница 8

Глава 3

Кенна повернулась, и обнаружила, что Саймон стоит прямо за ее спиной. Его синие глаза потемнели и выдавали бурю чувств.

– Вы писали мне от лица Страйдера? – спросила она.

Он взглянул на Страйдера, а потом посмотрел ей в глаза.

– Да.

Боль и неверие накатили на нее. О, какой же дурой она была! Как она вообще могла подумать, что такой красивый и известный мужчина, как Страйдер, остановит свой выбор на такой простушке, как она?

И все же Саймон заставил ее в это поверить. Он забил ее разум кучей обманчивых фраз и лжи.

Как он мог?

– Понимаю.

Со сжавшимся горлом, она вновь перевязала лентой письмо и протянула стопку Саймону.

– Я надеюсь, вы оба хорошо посмеялись над этим. Извините за беспокойство.

Он схватил ее за руку.

– Кенна, пожалуйста. Я…

Она ждала, когда он закончит.

Вместо этого, он просто смотрел на нее, сжав челюсти и моргая, словно спорил сам с собой.

– Вы что? – спросила она.

Его взгляд потеплел.

– Я не хотел тебя обидеть.

– Тогда чего вы хотели, посылая мне эти письма и зная, что я думала, будто они от Страйдера?

Страйдер торопливо извинился и направился к дверям конюшни.

Оставшись наедине с Саймоном, Кенна посмотрела в его глаза. В них была глубокая мука.

– Я бы никогда не причинил тебе боль, – прошептал он.

Она почувствовала, что он говорит искренне, хотя это не имело значения. То, что он сделал, было неправильно. Непростительно.

И ради чего?

Ради развлечения?

Ради жестокости?

– Но ты причинил мне боль, Саймон. Ты смутил меня и заставил почувствовать…

Он остановил поток ее слов горячим, требовательным поцелуем.

Кенна была поражена его действиями.

Ни один мужчина на такое не отваживался. Ни один. Ее отец вырвал бы сердце у любого мужчины, который посмел бы так с ней обращаться, но в то же время она нашла дерзкое поведение Саймона захватывающим и чудесно возбуждающим.

Закрыв глаза, она вдохнула его теплый, пряный запах и застонала от ощущения его вкуса, его горячих, властных губ на своих губах, его языка, нежно исследующего ее рот.

Ночами она лежала без сна, воображая, каково было бы целоваться с автором ее писем.

Только тогда она думала о Страйдере.

Но писал ей Саймон. Это он коснулся ее сердца и заставил ее почувствовать себя красивой и нужной.

Она отпрянула и посмотрела на него.

– Я не стану извиняться за то, что писал тебе, – прошептал он. – Но мне жаль, что я ввел тебя в заблуждение.

Ее гнев сразу исчез.

– Почему ты не сказал мне, что ты не Страйдер?

– А ты бы стала мне писать, если бы я сказал, кто я?

– Конечно, – ответила она с вызовом.

Она увидела неприкрытое сомнение в его глазах, ее сердце сочувственно сжалось. Как он мог сомневаться в ней, особенно после того, что он сделал?

– Честно? – спросил он. – Скажи мне, разве половина моей привлекательности не заключалась в том, что ты думала, что я граф, а не простой безземельный рыцарь? Я не дурак, Кенна. Я давным-давно понял, что, если я нахожусь рядом со Страйдером, Сином или Дрейвеном, женщины не замечают меня. Поскольку у меня нет титулов или земли, я практически невидим. Моим единственным предназначением было помочь женщинам заарканить титулованных мужей, поскольку на меня смотрели только как на их друга.

Он пристально посмотрел на нее, изучая, словно видел нужный ему ответ в ее глазах.

– Если бы ты знала, что пишешь простому и бедному Саймону, стала бы ты продолжать это делать, или написала бы мне письмо, говорящее, что мы с тобой хорошие друзья, и переключилась бы на другого?

Кенна хотела ответить, но задумалась.

Она не хотела думать, что настолько мелочна. Она никогда не была человеком, оценивающим людей только по обстоятельствам их рождения.

Была ли доля правды в его словах?

Ее взгляд упал на тонкую золотую цепочку на его шее. Она проследила ее до небольшого золотого кружка, скрытого завязками его туники.

Прежде чем она смогла остановить себя, Кенна протянула руку и вытащила его. Маленький, ничем не украшенный кусочек золота был теплым от жара его тела.

Она открыла медальон и обнаружила там локон своих волос, как он и обещал.

– Ты сохранил его?

– Я же говорил тебе, что да. Я знаю, ты мне не веришь, но я клянусь, что никогда не лгал тебе. Я просто решил не говорить тебе, что означает «С», потому что не хотел тебя потерять. Единственный раз в жизни я захотел что-то для себя.

У нее дрожали руки, когда она закрывала медальон. Тысячи эмоций затопили ее. Она все еще злилась на него за ложь, но это не затмевало тех чувств, что она испытывала к нему.

Он хранил ее у самого сердца, как и писал. И когда она подумала об этом, то вспомнила обо всех нежных чувствах, которыми они делились. Обо всех секретах и прошлых разочарованиях. Об их надеждах на будущее.

Об улыбках и смехе, которые ей приносили его письма…

– Я не великий и благородный победитель, Кенна. Я человек, которому нечего предложить такой благородной леди, как ты. На какое-то время твои письма заставили меня позабыть, кто я есть на самом деле. Прости меня за причиненную тебе боль.

Он отстранился от нее и отвернулся.

Ее глаза наполнились слезами.

Она знала этого мужчину. Знала ближе, чем друга или любовника. Это было выше понимания и разумных доводов.

И уж, конечно, выше какого-то там неверного имени.

– Я живу в страданиях…

Он застыл от ее слов и закончил предложение:

– …мое сердце жаждет света, который приносят только твои письма. – Он выдавил смешок. – Довольно глупо, да? Кристофер из Блэкмура всегда говорил мне, что я должен держать свой меч и не трогать его перья. Он говорит, что я наношу больший вред чернилами, чем когда-либо мог бы нанести на поле боя.

Она улыбнулась сквозь душившие ее слезы.

– Нет, твои слова прекрасны. Я дорожу каждым.

Это было правдой. Каждую секунду каждого дня она ждала очередного гонца с весточкой от ее рыцаря. Она бросала все дела, чтобы забрать письмо и прочесть его в одиночестве.

В них для нее заключался весь мир.

И в нем.

Саймон глубоко вздохнул:

– Если хочешь, я помогу тебе выйти замуж за Страйдера, моя леди. Я знаю, как обойти его защитные барьеры.

– Ты бы сделал это для меня?

Искренность на его красивом лице заставила ее поежиться.

– Я сделаю все, о чем ты меня попросишь, Кенна.

По ее щеке скатилась слеза. В этого мужчину она влюбилась.

Не в Страйдера и его известность. И не в какого-то там непобедимого воина.

Она влюбилась в человека. Того, кто заставлял ее чувствовать себя красивой, даже хотя она не обладала достоинствами соей кузины Каледонии. Того, кто заставлял ее смеяться и наполнил ее сердце теплой, нежной радостью.

Она взяла Саймона за руку и прижала ее к своему сердцу:

– А если я люблю не Страйдера?

Саймон не мог дышать, ее вопрос звенел в его ушах.

Неужели она хотела сказать…

– Скажи мне, моя леди, что я могу сделать, чтобы все исправить, и я сделаю это.

– Я исполню свои самые заветные желания: поцелуй твоих нежных губ и клятва моего сердца в верности твоему.

Он сглотнул, когда она повторила строки из его последнего письма.

– Ты любишь меня, Саймон.

– Да.

И тогда она сделала самую неожиданную для него вещь. Она отпустила его руку, подошла к нему ближе и поцеловала.

Легкое как перышко прикосновение ее губ потрясло его. Как она могла желать его?

Это было уму непостижимо.

Эта женщина, чей теплый юмор казался ему нежной лаской, дающей полное утешение. Его все еще удивляло, что он стал так зависеть от ее писем. Зависеть от нее.

– Мне нечего предложить тебе, Кенна.

– Мне нужно только твое сердце, Саймон. Я не прошу о большем.

Он улыбнулся ей, не веря в реальность этого мгновения. Это было намного больше, чем то, о чем он осмеливался мечтать.