Черный сад. Армения и Азербайджан между миром и войной - де Ваал Томас - Страница 33

Последствия

Ввод в Баку частей Советской Армии, впервые за все время своего существования с боем захватившей советский город, стал трагедией для Азербайджана и Советского Союза. Армия в считанные часы взяла город под полный контроль и восстановила власть Москвы. Тем не менее, именно 20 января 1990 года Москва, в сущности, потеряла Азербайджан. Почти все население Баку вышло на общие похороны жертв ночных событий.

Они стали первыми шехидами, мучениками, похороненными на Аллее Шехидов в Баку, на вершине холма. Тысячи членов коммунистической партии публично сожгли свои партийные билеты, и даже Председатель Президиума Верховного Совета Азербайджана Эльмира Кафарова осудила действия "военных преступников".

События "черного января" оказали глубокое воздействие на всю страну. Они показали нарастающую неспособность центра справиться с проблемами, захлестнувшими Советский Союз. То, что власти не ввели чрезвычайное положение, чтобы прекратить армянские погромы, а сделали это уже после того, как армян в городе не осталось, говорит либо об их цинизме, либо о некомпетентности, либо о том и другом вместе. Неуверенно-противоречивая, а затем жестокая реакция властей на брошенный Народным фронтом вызов стала свидетельством существования в высших эшелонах власти разных группировок с различными приоритетами, между которыми лавировал Горбачев.

На первых порах Коммунистическая партия вновь вернулась к власти. Были задержаны десятки активистов Народного фронта, в том числе и члены созданного незадолго до того с согласия властей Национального совета обороны. Этибар Мамедов был арестован по дороге в Москву, где он собирался провести пресс-конференцию.

Неймат Панахов скрылся – или ему позволили скрыться – в Иране, откуда потом перебрался в Турцию. Несколько дней сопротивление продолжалось в Нахичевани, которая стала первой административно-территориальной единицей Союза, в одностороннем порядке провозгласившей независимость, но, в конце концов, и здесь сопротивление Народного фронта было подавлено. Первый секретарь компартии Везиров покинул столицу и находился на лечении в Москве с сильным нервным истощением, а его преемником на посту руководителя партии был избран Аяз Муталибов. Поляничко остался вторым секретарем и "серым кардиналом".

4 февраля Муталибов прилетел в Москву на встречу с Горбачевым. В тот же день в "Правде" вышла статья, осуждающая Гейдара Алиева как коррумпированного реликта брежневской эпохи. Ясно, что выход статьи был приурочен к визиту Муталибова. Однако сам Муталибов утверждал, что продолжал видеться с Алиевым и они беседовали до трех часов утра.

То, что новый партийный лидер встретился с опальным Алиевым, доказывает, что Алиев оставался важной фигурой в закулисной политической игре в Азербайджане. Его связь – или отсутствие таковой – с январскими событиями является интересной побочной сюжетной линией официальной истории, которую никто так и не истолковал. Сам Алиев говорит, что во время демонстраций Горбачев позвонил ему и попросил "убрать этих людей с улиц" Баку и сделать публичное заявление.

В ответ Алиев сказал, что во время бакинских событий находился в Москве и никак не связан с происходящим в Азербайджане. Звонок Горбачева свидетельствует о его уверенности в том, что Алиев все еще имеет тайные рычаги власти в Баку. Какова бы ни была роль Алиева в событиях до кровопролития, он использовал последствия "черного января", чтобы после долгого перерыва начать скорое восхождение во власть. После 20 января он созвал пресс-конференцию в азербайджанском представительстве в Москве и осудил вторжение войск в Баку (25).

В Азербайджане начался период безрадостной рефлексии. Пока оппозиция подводила итоги нанесенного ей кровавого поражения, авторитет политиков, придерживающихся умеренных позиций – таких как Иса Гамбар, Хикмет Хаджизаде, Сабит Багиров – стал возрастать. Хаджизаде говорит: "Радикалы-шизофреники, наконец-то поняли, что не все так просто, что нельзя вот так просто захватить власть путем революции. Это был для них серьезный удар. Их вынудили примириться с либералами, с либеральными лидерами, которые, в конечном итоге, и пришли к власти" (26).

Примечания:

1. Интервью с Ализаде 9 июня 2000 г.

2. Интервью с Михайловым 5 декабря 2000 г.

3. "Комсомольская правда" от 27 ноября 1988 г Цит. по Audrey Alstadt, The Azerbaijani Turks, p. 202..

4. Эта история вернулась в Баку в сильно искаженном виде. Многие считали, что изначально планировалось построить завод, а не гостевой дом. Андрей Сахаров, побывавший там, описывал голый горный склон без какого-либо намека на "дубраву". Sakharov. Moscow and Beyond [Москва и за ее пределами], p. 88.

5. Интервью с Намазовым 14 ноября 2000 г.

6. Кое-кто полагает, что Гейдар Алиев на самом деле родился в 1921 г. в Армении, а не в 1923 г. в Нахичевани. Его младший брат Джалал Алиев в интервью 4 ноября 2000 г. сказал, что семья Алиевых родом из деревни Джомартлы в Зангезуре, и уже после рождения Гейдара переехала в Нахичевань.

7. Интервью с Муталибовым 30 мая 200 г.

8. Интервью с Панаховым (в переводе с азербайджанского) 8 ноября 2000 г.

9. Юнусова. Мера ответственности политика, стр. 11

10 Авет Демурян и Андрей Пральников. "Блокада Армении в эти дни" – "Московские новости", 40, 1 октября 1989 г. перепечатано в кн.: "Нагорный Карабах глазами независимых наблюдателей", стр. 125-127.

11 Swietochowski, Russia and Azerbaijan, p. 201.

12 Интервью с Сааковой 14 декабря 2000 г.

13 Bill Keller. "Did Moscow incite Azerbaijanis? Some see a plot" [Неужели Москва подстрекала Азербайджан? Кое-кто усматривает заговор], – The New York Times, 19 February 1990.

14. Интервью с Муталибовым 30 мая 2000 г.

15. Бакатин. Дорога в прошедшем времени, стр. 174.

16. З. Джаппаров. Тревожный январь в Ленкорани. – "Бакинский рабочий", 17 января 1990 г. – перепечатано в кн.: "Черный январь", стр. 70-74.

17. Неймат Панахов, Этибар Мамедов, Рагим Газиев и Абульфаз Эльчибей.

18. По подсчетам Арифа Юнусова, общее число погибших составило 86 чел., из которых 66 умерли в Баку, а еще 20 – позже.

19. Интервью с Абдуллаевой 11 апреля 2000 г.

20. В изложении Арзу Абдуллаевой и Зардушта Ализаде.

21. Интервью с Гиренко 2 июня 2000 г.

22. Интервью с Мамедовым 22 ноября 2000 г.

23. Свидетельство Вячеслава Михайлова, в чьем присутствии Примаков разговаривал по телефону с Горбачевым.

24. Из доклада военной аналитической группы "Щит", опубликованного в кн.: Меликов. Я обвиняю, стр. 176-179. Многие подробности взяты мной из собранных Меликовым документов и статей, которые дают наиболее полное описание событий 20 января.

25. Рассказ о поведении Алиева в январе 1990 г. – благодатное поле для исследователей его политической карьеры. Если у него и был какой-то план действий, то, возможно, он хотел сделать своего старого протеже Гасана Гасанова новым партийным лидером Азербайджана. Гасанов, занимавший высокий пост в партийной иерархии, выступил в Баку с откровенно антимосковской речью 8 января, когда проявились первые признаки кризиса. Это стало сигналом для некоторых членов Народного фронта, предложивших заменить Везирова Гасановым на посту первого секретаря ЦК республиканской партии – и если это предположение корректно, то, возможно, это произошло с подачи Алиева. Однако в дальнейшем Гасанов при открытом голосовании проиграл Муталибову, хотя и стал позднее министром иностранных дел в правительстве Алиева. После кровопролития Алиев также принял Этибара Мамедова в представительстве Азербайджана в Москве – незадолго до ареста Мамедова. По мнению тех, кто внимательно следил за карьерой Алиева и странной историей политических метаний Мамедова от оппозиции к сотрудничеству, эта встреча заложила основу их будущего альянса.