Утомленная фея — 3 - Ходов Андрей - Страница 34

— Не надо, — прервал он ее, — не надо делать из меня дурака. Скажи еще, что ты каждую ночь на шабаш летаешь. Может, поверю….

— Зря ты так, — грустно сказала Сима. — Впрочем, дело твое. Я знаю, что ты не прав, но оправдываться не буду. По ряду причин. Иди.

— Счастливо. С днем рождения тебя.

Домой Геннадий шел пешком. Но холодный осенний воздух не слишком помог. На душе было паскудно. Дома отыскал завалявшуюся пачку пересохших папирос, вышел на балкон и закурил. — Вот так все и кончается. Не успеешь воспарить, так сразу облом, крылышки-то и подпалят. Правильно говорят, что красивая и умная женщина — это скорее общественная собственность, чем личная. Что мне теперь делать-то? Как с ней себя вести? По службе придется общаться постоянно. Ну и ладно, буду поддерживать чисто деловые отношения. Как она там сказала? Как братья по оружию? Вот и попробую. Черт! — он со всей силы стукнул кулаком по перилам, руку пронзила острая боль. — Перед тем как лечь спать Геннадий залез в холодильник, достал оттуда бутылку водки и налил до верха граненый стакан. — С днем рождения тебя, Сима, — сказал он в пространство и выпил залпом.

Проверка прошла успешно. Ирек Акрамович клюнул на анонимку и явился на завод с ревизией. В хранилище изотопов он пошел только с начальником лаборатории. Представитель ТБ приглашен не был. Точнее, его пригласили позднее, чтобы подписать акт по проверке. Нарушения, разумеется, нашлись, хоть и мелкие. В хранилище обнаружился источник, который не был внесен в журнал учета. Источник этот, кстати, доставили на завод накануне ночью. Сменный инженер принял груз из всероссийского объединения «Изотоп», с помощью своих людей затащил громоздкий транспортный контейнер в хранилище и сделал соответствующую отметку в рабочем журнале. Пришедший утром начальник лаборатории закрутился, выясняя отношения с цехами по результатам ночной работы, и не успел оформить нужную запись в журнале учета. Тут-то его и застукали с проверкой. Но это, как говорится, были уже его проблемы.

Майор собрал всех на совещание. — Ну, орлы и орлицы, будем считать, что лед тронулся. Я доложил о результатах ваших изысканий в Столицу, и они дали добро на начало операции. Копать этого типа дальше не будем, смысла нет, только насторожить можем. Решено считать, что он именно тот человек, который нам и нужен. А так это или не так — точно выяснится уже в процессе. Напоминаю, необходимо соблюдать крайнюю осторожность, никаких резких действий. Все надо делать мягко, нежно, легкими прикосновениями. Один неверный шаг и операция полетит псу под хвост. Вы уж меня не разочаруйте, ладно? — Шеф поглядел на Симу, — Особенно это вас касается, товарищ старший лейтенант. Любите вы всякие экспромты. А тут они противопоказаны, извольте действовать четко по плану. Я понятно выражаюсь?

— Так точно, товарищ майор.

План операции был довольно прост. В город якобы прибывает боевая группа Халифата, имеющая задачу произвести налет на здание заводоуправления Машзавода, где помещается архив технической документации и завладеть материалами по антигравитационному генератору. Грубовато, но реально. Тем более что после потери большей части внедренной агентуры в России у воинов Аллаха осталось не слишком-то большое поле для сложных игр. Чтобы не привлекать внимания такие группы обычно подбирались из людей с европейской внешностью, большей частью из поляков и выходцев с западной Украины. Действовали они нахраписто, не утруждая себя особой предварительной подготовкой, рассчитывая больше на неожиданность. Сначала в город проникала группа обеспечения, которая проводила рекогносцировку и обеспечивала временное жилье. Обычно они находили две-три квартиры, где проживали одинокие люди и просто убивали хозяев. От трупов не избавлялись, а, упаковав их в пластиковые мешки, прятали на месте. Через день другой появлялся основной состав, в темпе проводил операцию и пытался уйти поодиночке или небольшими группами. Изредка им это удавалось, но чаще всех перехватывали.

Самый тонкий момент заключался в том, что китайский агент должен был сам обратить внимание на «конкурентов». Расчет был на то, что, заметив поблизости новых людей, он забеспокоится и попытается осторожно выяснить кто они такие. Например, если одна из конспиративных квартир «случайно» окажется в соседях. Больше всех от этой ситуации выиграл военный пенсионер, который проживал в однокомнатной квартире этажом ниже. Он давно собирался переехать поближе к дочери в Екатеринбург, но поменять однокомнатную квартиру в уездном центре на аналогичную в Столице было проблематично. А тут такой случай представился, хоть он и был сопряжен с необходимостью фиктивной «смерти». Подполковник в отставке согласился на такой вариант «обмена» с радостью и заверил Геннадия, что о нем в Миассе больше никто не услышит. Даже собственную могилку посещать не станет, хоть и будет хотеться.

Действительно, столкнувшись в подъезде с двумя «боевиками», которые выходили из нижней квартиры, Ирек Акрамович вежливо поздоровался и по-соседски поинтересовался, что они тут делают. Те, как и предполагалось по легенде, сообщили, что хозяин два дня назад умер, а они его родственники, приехавшие на похороны, которые состоятся через три дня. Этим объяснением он, как выяснилось, не удовольствовался, ибо в вентиляционной шахте появился опущенный на проводе микрофон. Что, собственно, и требовалось для продолжения игры. Неизвестно, что агент почерпнул из домашних разговоров лжебоевиков, они велись в основном на украинской мове. Но допрос Вики, которую якобы отловили на улице и притащили на конспиративную квартиру под покровом темноты, производился на русском языке. Голос секретарши главного инженера, через которую он неоднократно передавал на завод различные предписания, должен был быть ему знаком. Тематика допроса, в котором основное внимание уделялось расположению помещений в заводоуправлении, внутренней планировке архива, постам охраны и прочим тонкостям должна была навести объект на нужные мысли.

Главное состояло в том, чтобы он понял, что после налета часть «боевиков» собирается вернуться на квартиру, дабы переснять захваченные материалы цифровым фотоаппаратом, скопировать эти файлы на несколько дисков и раздать каждому члену группы. Мол, хоть один да прорвется.

Понятно ведь, что тащить с собой громоздкий ворох не имело смысла, да и опасно. Чертежи, кстати, в основном были подлинными, но с небольшими купюрами. Касались они, правда, большей частью узлов, которые изготавливались непосредственно на заводе. Ряд важных элементов поставлялся в готовом виде с других предприятий, и они фигурировали на сборочных чертежах как черные ящики. Главная же подляна была сокрыта в инструкции по настройке и юстировке готового генератора. Специалисты, которые ее составляли, должно быть, животики надорвали, вставляя туда разделы, где предусматривалась точная «регулировка» несуществующих в природе полей и выдвигались строжайшие требования по достижению необходимых величин параметров, порожденных богатым воображением авторов этого документа.

Больше всех рисковал сотрудник, который по сценарию должен был покидать квартиру последним. — А если он его просто убьет, чтобы взять диск? — волновался Геннадий на последнем совещании перед началом основного этапа операции.

— Маловероятно, — ответила Сима. — Зачем ему это? Лишний труп поблизости, лишние подозрения. Я бы на его месте подобралась со спины и легким ударом вырубила. Человек потом очнется и вполне может подумать, что просто упал в обморок. Тем более после такого «горячего» дня. А пока он валяется в отключке, скопировала бы диск. Они ведь компьютер с собой брать не станут, бросят вместе с оружием и прочей амуницией. Пойдут налегке, только с дисками, так легче будет улизнуть через все кордоны и облавы. А если и выведут компьютер из строя, так у этого Ирека и свой дома есть. Только на один этаж подняться. Это я с его точки зрения рассуждаю.

— Будем надеяться, что ты права. Парень знает, на что идет, доброволец.