Танцуя с Кларой (ЛП) - Бэлоу Мэри - Страница 34

Глава 12

После окончания пьесы, лорд Арчибальд Уинни тут же поднялся, вывел Гарриет из ложи и провел вниз по лестнице к экипажу. Гарриет подумала, что ее работодатели следуют за ними, однако у кареты их не было.

- Осмелюсь предположить, что Фредди увидел столпотворение, - сказал лорд Арчибальд, закрывая дверь, - и решил, что будет мудро переждать с миссис Салливан, пока давка не схлынет.

- Вероятно, мне следует вернуться, - сказала Гарриет. – Кларе может понадобиться моя помощь.

Но лорд Арчибальд положил на ее ладонь свою руку с длинными пальцами и ухоженными ногтями.

– Пробираться в давке против течения может быть изнурительным делом, – сказал он. – Они будут здесь через несколько минут, мисс Поуп. Я не верю, что способен за это время поглотить вас. Хотя должен признать, что этим вечером вы выглядите совершенно восхитительно.

Гарриет почувствовала, что краснеет. У неё никогда раньше не было такого легкомысленного и изумительного платья, как то, что было на ней сейчас - подарок, преподнесенный Кларой.

- Должно быть, ваши обязанности компаньонки стали теперь легче, ведь ваша нанимательница замужем? - спросил он.

- Мои обязанности никогда не были трудными, милорд, - ответила Гарриет.

- Хм, - улыбнулся лорд Арчибальд. - Голос человека исполненного сознанием собственного долга. - Прелестные платья вам к лицу. А пребывание в обществе оживляет вас.

Гарриет ничего не ответила на это. Она задалась вопросом, должна ли убрать руку, на которой все еще покоилась его рука.

- Возможно, настало время начать пользоваться всеми возможностями, предоставляемыми жизнью, - сказал он. – Вместо того, что бы быть, в некоторой степени, посторонним наблюдателем и пребывать в крайней скуке.

Бросив на него короткий взгляд, Гарриет увидела его серебристые глаза, лениво, но напряженно рассматривающие ее. Невольно дрожь возбуждения охватила её, заставляя забыть о здравом смысле и способности твердо стоять на земле. Было ли такое возможно? Действительно история Золушки иногда становится правдой?

- Я знаю, - сказал он, - кто может предложить вам комфортную, легкую и богатую жизнь. У вас будет собственный дом, экипаж и слуги. Вы сможете гулять, где захотите и быть самой себе хозяйкой.

Сердце Гарриет забилось где-то в горле.

– Не может быть такой службы, - ответила она. Хотя, по правде говоря, думала не о работе. Она снова глянула ему в его глаза. – И кто же предложит мне такую легкую жизнь, милорд?

- Конечно я, - сказал он, беря ее руку в свою и поднося к губам. – Вы могли бы иметь все эти вещи и даже больше, Гарриет. Платья, украшения, прогулки. Видите, Вы сделали меня своим рабом. – Его глаза лениво ей улыбались.

- О, - произнесла она. Казалось её сердце готово выскочить из груди. Ей хотелось кричать и прыгать от радости, но она старалась сохранить лицо.

Он резко наклонился и поцеловал ее легким поцелуем в полуоткрытый рот. Гарриет никогда не целовали до этого. Она вздрогнула, испытав шок от его прикосновения, пронзившего её до кончиков пальцев на ногах.

- Вы сможете иметь все, что пожелаете, пока мы вместе, - сказал он. – Прежде, чем мы вступим в связь, я отпишу в вашу пользу и детей от нашей связи имущество, так что вы будете обеспечены на всю жизнь. А теперь, пока нас не прервали, поцелуйте меня, моя маленькая краснеющая чаровница. Остальное мы обсудим завтра.

Никогда раньше Гарриет не опускали с небес на землю так жестоко. И ее сердце было тоже там, на земле, под ногами.

– Нет, - сказала она. – Я имею в виду - нет на все, милорд. У меня есть работа, которую я нахожу приятной и надежной. Благодарю вас.

- Хм. – его серебристые глаза улыбались ей. – Маленькая чаровница еще и упряма. Вам понравится это, Гарриет, я обещаю. Могу сказать, что все знают меня как мастера в обращении с женщинами. Вы созданы для легкой жизни и различных удовольствий, а не для участи компаньонки леди.

- Я с большей охотой буду компаньонкой леди, чем джентльмена, спасибо, милорд, – ответила Гарриет.

Она думала, что неподвержена безрассудству. Что ж, теперь она в него впала, но опыт – лучший учитель. Иногда боль учит жизни лучше, чем удовольствие, всегда говорил ее отец. Они решила, что услышит предложение руки и сердца. Это было трогательно смехотворно. Может быть, завтра она сможет посмеяться над своей наивностью.

Он молча рассматривал ее несколько секунд.

– Подумайте об этом, - сказал он. – Возможно, перспектива быть моей любовницей не будет казаться такой ужасающей, когда вы решитесь на это. Вы могли бы жить как герцогиня, Гарриет, и пока мы будем вместе, и потом.

Она отклонилась от его пальцев, ласкавших её щеку, и вдохнула, чтобы ответить. Но дверь кареты открылась, и она промолчала.

Клара начала с воодушевлением говорить о пьесе, даже раньше, чем была посажена на сиденье напротив Гарриет. Она продолжала болтать большую часть дороги домой. Хотя для хорошо знавшей её Гарриет, голос Клары звучал фальшиво веселым, а замечаниям не хватало обычной глубины понимания. Пустая болтовня не была присуща Кларе.

И все же, подумала Гарриет, никто из присутствующих, не пытался остановить ее монолог. Никто больше не горел желанием завести разговор. Она задумалась о том, что произошло между Кларой и мистером Салливаном. Гарриет сосредоточилась на этом вопросе, пытаясь не обращать внимания на молчаливого мужчину, сидевшего рядом с ней, и пытаясь не думать о специфическом предложении, которое он только что сделал ей, и о том, что ее соблазняли. Ужасающе, греховно соблазняли.

Она ощущала тяжесть его тела, он двигался глубоко в ней в медленном ритме, который ее тело узнало и на который отвечало. Она обвила руками его талию, повернувшись головой к его плечу, и пытаясь сконцентрироваться на тех упоительных ощущениях, которые он, несомненно, пробуждал в ее теле, когда делал это. Клара хотела, чтобы нарастающее наслаждение наконец вспыхнуло в ней в следующие несколько минут. Полубезумие, казавшееся скорее болью, чем удовольствием до тех пор, пока не завершалось в триумфе. Оно всегда приходило. Фредди был добр с ней в постели.

Сегодня ночью он вошел в нее без поцелуев и ласк, и двигался медленей и дольше. Это чувство было хорошим. Несомненно, хорошим. Временами она хотела бы, чтобы эта часть длилась, длилась и длилась - это было приятно и хотелось сдержать завершение, вкушая его ожидание. Временами она думала, что так была ближе к нему. Это было намного приятнее, чем сексуальное освобождение. Нет, не совсем так, может быть. Но почти в той же степени.

Сегодня ночью она не могла остановить поток мыслей. Клара закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на жестких выпадах его тела.

Она была красивой. Тонкой, гибкой и очень-очень красивой. И влюбленной в Фредди. Это было ясно из того, как она смотрела на него, из того практически осязаемого напряжения, которое повисло в воздухе между ними. Клара не знала, почему Джулия вышла за графа Биконсвуда.

Возможно, просто из-за того, что он был графом и мог предложить ей статус, деньги и защиту. Она должна была хорошо знать Фредди. Должно быть в начале лета, она была хорошо осведомлена, что он был по уши в долгах. Она должно быть знала, что он был обычным игроком и бабником. И поэтому сделала более разумный выбор.

Но она любила Фредди. И он любил ее. Этот было так очевидно там, в ложе театра. «Я просил ее стать моей женой, но она выбрала Дэна». Клара резко повернула голову и издала звук, который был похож то ли на стон, то ли на всхлип.

Фредерик поднял голову и посмотрел на нее вниз затуманенным взглядом из-под тяжелых век.

- Я причинил тебе боль? – спросил он.

Она покачала головой.

- Я слишком тяжелый?

Она покачала головой.

Он поцеловал ее в губы. Томительно долго.

– Так приятно, любимая? - прошептал он.

- Да.

О, Боже, он снова назвал ее так. Она думала о том, пытался ли он так же сильно, как и она выбросить из головы события прошедшего вечера. Она думала о том, представлял ли он, что занимается любовью с Джулией.