Золотой шут - Хобб Робин - Страница 152

Мне не хочется вспоминать о том, что тогда произошло. Чейд не просто открылся Скиллу. Проблема состояла в том, сколько всего накопилось в старом убийце – и теперь прожитые им годы утекали от него. После нескольких безуспешных попыток собрать его я понял, что Чейд посылает в разные стороны части своего сознания. Подобно корням страдающего от жажды растения, он распространялся по всем направлениям, не обращая внимания на то, как поток Скилла рвет и разбрасывает его «корни». И пока я пытался собрать его частицы, он наслаждался восхитительным ощущением причастности. Наконец, мне удалось разорвать его контакт со Скиллом, я был полон гнева и мощи своей магии. Вернувшись в собственное тело, я обнаружил, что лежу под столом, дрожа от напряжения – еще немного, и у меня начались бы судороги.

– Ах ты, старый упрямый ублюдок! – задыхаясь, прошипел я. У меня даже не осталось сил кричать.

Чейд лежал в своем кресле. Потом он с трудом раскрыл глаза и пробормотал:

– Великолепно. Великолепно. – Его голова упала на грудь, и он погрузился в глубокий сон.

Дьютифул и Олух помогли мне подняться с пола и посадили в кресло. Дьютифул дрожащими руками налил полный стакан вина, а Олух смотрел на меня широко раскрытыми испуганными глазами. Когда я сделал несколько больших глотков, Дьютифул растерянно сказал:

– Ничего более страшного мне видеть не доводилось. Когда ты отправился вслед за мной, произошло нечто похожее?

Я был слишком потрясен и зол на Чейда, чтобы признаться, что и сам не знаю.

– Пусть это будет уроком для вас обоих, – проворчал я. – Всякий, кто совершает такие глупые поступки, рискует жизнью всех остальных. Теперь я понял, почему прежние мастера Скилла считали, что необходимо создать барьер боли между Скиллом и упрямым учеником.

Принц был потрясен.

– Ты ведь не станешь этого делать с лордом Чейдом? – Он говорил так, словно я предложил заковать королеву в кандалы ради ее же блага.

– Нет, – неохотно признал я и, с трудом поднявшись на ноги, обошел стол.

Я слегка подтолкнул храпящего Чейда, а потом ткнул его посильнее. Он приоткрыл глаза и улыбнулся, не поднимая головы.

– А, вот и ты, мой мальчик. – Его улыбка стала широкой и самодовольной. – Ты меня видел? Ты видел, как я летал? – А потом его глаза закатились, и он вновь погрузился в сон, точно уставший ребенок после целого дня, проведенного на ярмарке.

Я с тоской сообразил, что Чейд даже не понял, что нам чудом удалось избежать несчастья. Лишь через час он немного пришел в себя и принялся многословно извиняться, но в глазах у него горел такой радостный огонь, что меня вновь одолели дурные предчувствия. Даже после того, как Чейд дал мне обещание не устраивать самостоятельных экспериментов, я постарался вбить в голову Олуху, что он должен немедленно сообщить мне, как только Чейд начнет заниматься Скиллом. Олух обещал, что так и сделает, но я хорошо знал, что подобные вещи у него в одно ухо влетают, в другое вылетают.

Следующее утро также не принесло спокойствия. Призвав Чейда оставаться свидетелем, я попытался научить Дьютифула расширять возможности своего Скилла при помощи Олуха. Хотя все они однажды уже объединили свои усилия для моего исцеления, никто из них не мог объяснить, что тогда произошло. Я считал, что Дьютифул должен получить возможность пользоваться силами Олуха. Поэтому я решил проделать простое упражнение – во всяком случае, так мне казалось.

В одиночку Дьютифул мог лишь едва слышно позвать Чейда. Да, ему удавалось привлечь его внимание, но не более того. Я не знал, в чем тут причина: то ли Чейд закрыт для Скилла, то ли Дьютифул не в состоянии четко направлять сообщение. Мне хотелось узнать, сможет ли Дьютифул при помощи Олуха достучаться до Чейда.

– Принц Верити говорил мне, что член группы или одинокий маг, которого используют таким образом, получает звание человека короля. Таким образом, Олух исполнит роль человека короля для Дьютифула. Попробуем? – спросил я.

– Он принц, а не король, – с беспокойством возразил Олух.

– Да. И что с того?

– Я не могу быть человеком короля. Не получится.

Я решил проявить терпение.

– Все в порядке, Олух. Ты будешь служить человеком принца.

– Служить? Как слуга? – тут же обиделся Олух.

– Нет. Ты будешь помогать как друг. Олух будет помогать Дьютифулу как человек принца. Ну, попробуем?

Дьютифул усмехнулся. Но он не смеялся над Олухом. Олух повернулся к нему, улыбнулся и уселся рядом.

– Вам будет легко, – предположил я. На самом деле я понятия не имел, что получится. – Олуху следует просто открыть себя для Скилла, но не делать при этом никаких усилий. Дьютифул постарается зачерпнуть у него силу и попытаться войти в контакт с Чейдом. Дьютифул, не торопись. И как только я скажу, чтобы ты остановился, сразу же разрывай контакт. Ну, начинайте.

Мне казалось, что я предусмотрел все варианты развития событий. На столе стояли сласти, которые так любил Олух, и бренди, если нам потребуется восстановить силы. Возможно, я совершил ошибку – глаза Олуха постоянно возвращались к булочкам со смородиной. Быть может, они отвлекали его от занятий Скиллом? Еще я хотел заранее приготовить горячей воды и эльфовскую кору, но Чейд категорически запретил: «Нет, группа принца не должна употреблять столь разрушительный настой».

Я стоял рядом с принцем, когда он положил руку на плечо Олуха. Если я увижу, что силы Олуха на исходе, то всегда смогу прервать физический контакт между ними. Я знал, что таким способом можно убить человека, и надеялся, что мы сумеем избежать несчастных случаев.

Мы ждали. Через некоторое время я вопросительно посмотрел на Чейда. В ответ он приподнял брови.

– Начинайте, – предложил я.

– Я пытаюсь, – сердито ответил Дьютифул. – Я могу войти контакт с Олухом. Но не знаю, как взять у него силу и использовать ее.

– Хм-м-м. Олух, ты можешь ему помочь?

Олух открыл глаза и посмотрел на меня.

– Как? – спросил он.

Я не знал.

– Просто откройся принцу. Представь себе, что ты посылаешь ему свою силу.

Они вновь взялись за дело. Я наблюдал за лицом Чейда, надеясь увидеть знак, что Дьютифул вошел с ним в контакт. Через некоторое время Дьютифул повернулся ко мне, на губах у него появилась растерянная улыбка.

– Он повторяет: «Сила, сила, сила», – признался принц.

– Но он же сам сказал! – запротестовал Олух.

– Да, все правильно, – заверил я Олуха. – Успокойся. Никто над тобой не смеется.

Он мрачно смотрел на меня, тяжело дыша через нос. Песья вонючка.

Дьютифул вздрогнул. Губы Чейда дрогнули, но он сумел сдержать улыбку.

– Песья вонючка. Так вот что ты хотел мне передать?

– Похоже, Олух обращался ко мне, – осторожно ответил я.

– Но я ощутил, как его слова прошли через меня к Чейду! – возбужденно воскликнул Дьютифул.

– Хорошо. Мы продвигаемся вперед, – заметил я.

– Могу я теперь съесть булочку?

– Нет, Олух. Пока нет. Нам нужно еще поработать.

Я задумался. Дьютифул направил мысль Олуха. Он воспользовался силой Олуха, чтобы пробиться к Чейду, или просто передал предназначавшиеся для меня слова Олуха Чейду?

Ответа я не знал. Мне не удавалось понять, что произошло.

– Попробуйте вместе сообщить что-нибудь Чейду – но только ему. Действуйте согласованно.

– Согласованно?

– Вместе, – пояснил Дьютифул Олуху. Несколько мгновений они беззвучно совещались. Вероятно, выбирали послание.

– Начинайте, – сказал я, не спуская глаз с Чейда. Он нахмурил лоб.

– Что-то насчет булочки.

Дьютифул недовольно покачал головой.

– Да, но мы собирались сказать тебе другое. Вот только Олух никак не может сосредоточиться.

– Я голодный.

– Вовсе нет. Тебе просто хочется булочку, – возразил Дьютифул.

Олух тут же обиделся. Никакие уговоры не могли заставить его повторить эксперимент. В конце концов, мы разрешили ему поесть и перенесли урок на следующий день.

Однако на следующее утро удача вновь от нас отвернулась. Воздух был напоен ароматами весны, и я распахнул ставни навстречу рассвету. Солнце еще не появилось над горизонтом, но ветер со стороны океана принес свежесть и напомнил, что близится смена времени года. Я долго стоял у открытого окна, дожидаясь прихода своих учеников.