Золотой шут - Хобб Робин - Страница 123

Наверное, это главное, что нравилось Старлинг во мне: для меня она всегда была желанной, а ее тело привлекательным. Кроме того, я до определенной степени ей принадлежал. Она знала мою тайну, а я, как любовник и мужчина, никогда не требовал от нее больше того, что она столь легко мне отдавала. Лишившись моего безоговорочного энтузиазма, с которым я принимал ее в своей хижине и постели, и столкнувшись с угасающим интересом мужа, она испугалась, что перестала быть интересна как женщина. Однако я не мог схватить ее в объятия и потратить час на то, чтобы доказать, что для нее еще не все потеряно, как не мог заверить в любви ее мужа. Я изо всех сил пытался придумать способ ее утешить.

Неожиданно я остановился и заставил Старлинг встать на расстоянии вытянутой руки. Затем я сделал вид, что разглядываю ее лицо и фигуру, словно намереваюсь дать им надлежащую оценку. Но, по правде говоря, я видел перед собой лишь менестреля Старлинг, и больше никого. Впрочем, мне удалось заставить себя ухмыльнуться и сказать:

– Если твой муж не считает тебя желанной и соблазнительной, значит, он дурак. Уверен, что многие мужчины в Баккипе с радостью разделят с тобой постель, ты только намекни. И я тоже – сложись обстоятельства иначе. – Я напустил на себя задумчивый вид. – Хочешь, я ему это скажу?

– Нет! – выкрикнула она и рассмеялась, хотя я видел, что это далось ей с трудом.

Я взял ее за руку, чтобы она оказалась не слишком близко ко мне, и мы пошли дальше.

– Фитц… – через некоторое время смущенно проговорила Старлинг. – Ты хоть немножко меня любишь?

Я знал, что должен ответить на ее вопрос быстро. И на самом деле мне даже не пришлось лгать.

– Да. – Я посмотрел ей в глаза и добавил: – Иногда ты причиняла мне боль. Говорила жестокие вещи и совершала поступки, которые я не мог принять. Я поступал с тобой точно так же. Но ты совершенно права: пятнадцать лет. Когда люди столько времени вместе, они многое принимают как данность. Недостатки и достоинства. Сколько песен ты спела для меня около моего очага? Сколько ужинов я для тебя приготовил? Пятнадцать лет превращают претензии и радости в обычную жизнь. Мы с тобой слишком легкомысленно относились к чувствам друг друга. Точно то же самое происходит со мной и Чейдом. Просто мы знаем, что прожитые вместе годы и то, что мы собой представляем, важнее обидных слов, сказанных в порыве гнева.

– Я тебя обманула, – помолчав немного, тихо проговорила Старлинг.

– Да, обманула. – Я вдруг понял, что больше не сержусь на нее. – А я тебя разочаровал. Я думал, что имею право поступать со своей жизнью так, как считаю нужным, вне зависимости от твоего к этому отношения. И такое же право есть у тебя. Ты вышла замуж. Я выбрал жизнь вдалеке от людей, в полном уединении. Таков был выбор каждого из нас. Но я хочу, чтобы ты знала: сколько бы лет не прошло, даже если мы никогда больше не будем делить постель и ты постареешь, я всегда буду очень высоко тебя ценить. Всегда.

Верил ли я до конца в то, что сейчас ей сказал? Нет. Но как бы там ни было, она оставалась моим другом и нуждалась в поддержке. Мои слова немного ее успокоили, а мне ничего не стоили. Я незаметно ухмыльнулся: Старлинг спала со мной по той же самой причине, по которой я сейчас произнес то, что она хотела услышать.

Она кивнула и снова заплакала. Мы некоторое время шли молча, а потом она спросила:

– Что мне делать с мужем?

Я покачал головой.

– Не знаю, Старлинг. Ты его любишь? Хочешь быть с ним?

Она смущенно кивнула, отвечая сразу на оба вопроса.

– Ну, в таком случае, думаю, ты должна ему это сказать.

– И все?

– Мне кажется, ты не у того спрашиваешь, – пожав плечами, ответил я. – Человек, которому больше повезло в любви, наверное, сможет дать тебе более разумный совет.

– Например, Чейд.

– Чейд? – Я был потрясен и одновременно удивлен, но не устоял перед искушением и совершенно спокойно сказал: – Да, пожалуй, Чейд сможет тебе помочь.

Я пожалел, что не смогу присутствовать при их разговоре.

– Наверное, ты прав. Ему удается держать свои похождения в тайне, а его любовницы всегда всем довольны. Даже когда он решает расстаться с какой-нибудь из них… – задумчиво проговорила Старлинг и рассмеялась, увидев потрясение у меня на лице. – Понятно. Даже ты не знал о его связях. Да, ты прав, он самая подходящая кандидатура. Мне еще ни разу не доводилось слышать, чтобы какая-то женщина его бросила – он всегда уходит первым. А ведь он уже далеко не молод. Ладно, поговорю с ним сегодня вечером, когда буду делать доклад.

Ее последние слова вызвали у меня подозрение, и я решил рискнуть.

– Значит, ты надеешься обнаружить, где поселился однорукий?

Старлинг искоса посмотрела на меня, словно я отыграл очко в игре.

– Раньше, чем ты. А еще он попросил напомнить тебе, чтобы ты держался подальше от Лодвайна, – когда я тебя нагоню. Естественно, в городе его знают под другим именем, иначе Чейд уже давно нашел бы его. Ладно, я тебе передала его слова. Кстати, он заверяет, что в данном вопросе лучше тебя понимает, что следует делать.

– Или он так думает, – холодно заявил я. Значит, мы со Старлинг встретились неслучайно. Чейду каким-то образом удалось узнать, что я покинул замок, и он выслал Старлинг вдогонку, чтобы помешать мне встретиться с Лодвайном. А заодно дать мне возможность помириться с менестрелем. Как же старик любит дергать всех за веревочки! Он неисправим… Я понял, что улыбаюсь.

– Ну, в таком случае, тебе лучше сесть в седло и продолжить путь верхом, если ты намерена отыскать Лодвайна раньше меня.

Старлинг наградила меня удивленным взглядом.

– Ты все равно пойдешь в город?

– Да, у меня там полно дел.

– Каких, например?

– Нед.

– Он в городе? Я думала, он остался в твоей хижине.

Получается, Старлинг знает далеко не все, что известно Чейду. Утешительно, конечно, но не слишком.

– Нет. Одной из главных причин, по которой я вернулся в Баккип, было то, что мне представилась возможность определить его учеником к хорошему мастеру. Сейчас он работает у Гиндаста.

– Правда? И у него получается?

Клянусь всеми богами на свете, мне ужасно хотелось ей соврать и сказать, что дела у Неда идут просто великолепно.

– Он с трудом привыкает к жизни в городе, – осторожно ответил я. – Впрочем, думаю, он справится.

– Нужно будет зайти повидать его. Гиндаст – мой давний поклонник. Неду не повредит, если я поинтересуюсь его делами.

В представлениях Старлинг о славе и ее значении было столько наивности, что я даже не смог на нее обидеться. Неожиданно она замолчала, словно ей в голову пришла мысль, которая ее удивила.

– Слушай, может быть, он все еще на меня сердится?

Она так легко причиняла другим боль, что ей, должно быть, казалось, будто они так же легко забывают обиды. Наверное, это проклятье всех менестрелей – талант играючи разбрасываться словами. Заметив мои колебания, Старлинг сказала:

– Значит, все-таки сердится, так ведь?

– По правде говоря, я не знаю, – поспешно ответил я. – Ты довольно сильно оскорбила его чувства. Но у него сейчас гора своих забот, да и у меня тоже. Так что мы с ним это не обсуждали.

– Ну, хорошо. Тогда, наверное, мне нужно с ним помириться. Если удастся, я утащу его у Гиндаста на целый вечер. Уверена, мастер отпустит мальчика со мной. Сначала я его хорошенько накормлю, а потом покажу районы города, которые ученикам показывать не принято. И нечего хмуриться. Нед всего лишь мальчишка. Вот увидишь, мы с ним скоро снова будем друзьями. А теперь мне действительно пора. Фитц, я рада, что между нами снова все хорошо. Я по тебе скучала.

– Я тоже по тебе скучал, – сказал я, начисто забыв о честности.

Мне стало интересно, как отнесется Нед к ее приглашению и поймет ли Старлинг, насколько сильно он повзрослел и изменился. На самом деле я мечтал только об одном – чтобы она оставила его в покое, но я не знал, как сказать ей это, не причинив новой обиды. Очевидно, Чейд хотел, чтобы у нас с ней снова установились хорошие отношения. Я дал себе слово выяснить, зачем ему это нужно.