Волшебный корабль - Хобб Робин - Страница 141

— Допивать будешь?

— Угощайся, — предложила она. И поспешила за остальными к выходу, в объятия шторма, бушевавшего за дверьми. Успела только краем глаза заметить, как Йорд мигом опорожнил ее кружку и скривил рожу:

— Ух. Тебе, верно, с самого дна бочки наливали…

Вытер рукавом рот и направился следом.

Снаружи в самом деле поддувало вовсю. Альтия зябко спросила себя, бывала ли в поганом городишке какая-нибудь другая погода, кроме беспрестанных штормов?… Она изо всех сил прищурилась против ветра с дождем, который сразу принялся рвать ее одежду и волосы. Еще два шага — и уже трудно было поверить, что они только что сидели в сухости и тепле… «Добро пожаловать назад в моряцкую жизнь…»

Она еле расслышала, как звал ее содержатель таверны. Альтия увидела, как оглянулся Риллер, решила посмотреть, на что это он там уставился позади, — и увидела кабатчика, высунувшегося из дверей.

— Который тут Эттель? — проорал он сквозь гул непогоды.

Риллер молча указал на нее.

— Тебя Брэшен спрашивает! Перепил, бедняга. Иди, вытащи его!

— Чудесненько, — зарычала Альтия вслух. Только этого ей не хватало. Ну с чего ему вздумалось именно ее выбрать?

Риллер жестом велел ей возвращаться назад.

— Встретимся на борту! — проревел он, одолевая ветер. Альтия кивнула и, повернувшись, побежала обратно. Вот уж удовольствие — тащиться по этакой непогоде на корабль да с пьяным Брэшеном на плече. Ладно, на то она и юнга Этт, чтобы такие поручения выполнять… Чего доброго, Брэшена еще вырвет. И опять-таки ей придется все чистить…

Ворча про себя, она поднялась по ступенькам и снова вошла внутрь таверны. Кабатчик указал ей на дверь в задние помещения.

— Там он, ваш Брэшен. Так и заснул в обнимку с одной из девиц!

— Сейчас я его заберу, — пообещала Альтия. И, оставляя мокрые следы, пошла к двери мимо столов и скамей. За дверью обнаружилась скупо освещенная комната, а в комнате — кровать и на ней Брэшен. Над ним склонилась та официанточка в расшнурованном корсаже. Она подняла глазка на Альтию и улыбнулась беспомощно и смущенно.

— Не знаю прямо, что делать… Ты мне не поможешь?

…Будь Альтия в действительности пацаном-юнгой, она вне сомнения засмотрелась бы на обнаженный бюст девушки и попросту шагнула бы в комнату. Будь она парнем, она не присмотрелась бы к распростертому Брэшену с той зоркостью, которая присуща лишь женщинам, — и не поняла бы, что вместо упившегося вдрызг он скорее выглядел как человек, которого крепко стукнули по темечку и потом только уложили в кровать… В то же мгновение Альтия уловила слева от себя какое-то движение — и шарахнулась, приняв удар не макушкой, а стороной головы. Дубинка обрушилась ей на плечо, отчего вся правая рука онемела сразу и целиком. Альтия с криком шатнулась вперед… а напавший на нее человек с треском захлопнул дверь у нее за спиной.

«И девка в этом деле замешана!..» — поняла Альтия. Рванулась вперед и вложила все оставшиеся силы в удар левой, от души заехав официантке прямо по физиономии. Не лучший получился удар, но цели достиг. Девка завизжала от боли и потрясения и попятилась прочь, хватаясь за крепко ушибленную скулу. Альтия, не тратя времени даром, крутанулась навстречу человеку с дубинкой.

— Ах ты маленький бессердечный говнюк!.. — плюнул тот и замахнулся. Альтия умудрилась отчаянным рывком проскочить у него под рукой. Еще одно чудо состояло в том, что ей удалось даже приоткрыть дверь в общий зал.

— Цапуны!!! — завопила она изо всей мочи. В тот же миг перед глазами вспыхнули белые солнца, и она рухнула на пол.

…Сперва она услышала голоса.

— Один с «Крачки», тот самый, которого они еще разыскивали. Сидел связанный в погребе, где пиво. Еще один с «Карлайла», а эти двое — со «Жнеца». Да снаружи парочка… землей слегка припорошенных. Видать, стукнули слишком сильно… Не повезло морячкам!

Второй человек, судя по всему, передернул плечами:

— Так-то оно так, да вот морячков все не убывает.

Альтия открыла глаза и увидела перевернутые столы и скамейки. Ее щека была погружена в лужу… чего-то. Оставалось надеяться — пива. А кругом нее была сплошная стена мужских ног в сапожищах, и она испугалась, как бы на нее кто-нибудь не наступил. Она повернула голову, чтобы удобней было смотреть. Горожане держали в руках прочные фонари, не гаснувшие на ветру. Альтия попыталась сесть, и со второй попытки у нее получилось. Комната перед глазами раскачивалась и кренилась.

— Эге, мальчишка очнулся, — заметил кто-то. — Ты за что, болван, девчонке Пага морду расквасил?

— Она с ними в деле. Она приманкой была, — выговорила Альтия медленно и с трудом. А про себя подумала: «Мужики. Ну надо же — в упор не видят…»

— Может, была, а может, и нет, — проворчал горожанин рассудительно. — Встать можешь?

— Попробую… — Альтия вцепилась в опрокинутый стул и кое-как поднялась. Голова шла кругом, ее мутило. Она осторожно пощупала затылок. Потом посмотрела на пальцы: — У меня кровь идет…

Никто особого внимания не обратил.

— Твой помощник капитана там все еще сидит, — сказал все тот же мужчина. — Забирай-ка его и топайте к себе на корабль. Паг и так тебя придушить готов за то, что ты его дочку обидел. Тебя что, никогда не учили, как надо себя с женщинами вести?

Альтия тупо заметила:

— Он сам тут замешан. Может, не у него в задней комнате и в погребе все происходило?

— Паг?! Да он уже лет десять как держит этот кабак. Так что я на твоем месте поостерегся бы пороть подобную чушь. А кроме того, это по твоей вине тут теперь все столы и стулья вверх ногами. Короче, лучше тебе больше сюда не показываться…

Альтия плотно зажмурилась. Потом вновь открыла глаза. Пол перестал качаться.

— Ясно, — сказала она. — Пойду заберу Брэшена.

Вот такой Закоулок. Вот такие в нем жители… Их город, и управлялись они здесь, как считали необходимым. Хорошо, что в таверне было полным-полно матросни, очень даже неласково относившейся к цапунам. Ибо горожанам явно было наплевать, каким именно образом подрабатывал старина Паг. «Интересно, — подумала Альтия, — если бы не вон те весьма рассерженные матросы, которые еще стоят у огня, — дали бы они нам с Брэшеном отсюда уйти?…»

Во всяком случае, им явно стоило поторопиться.

Кое-как, пошатываясь, она добралась до двери в заднюю комнату и сунула голову внутрь. Брэшен сидел на кровати, опустив голову на руки.

— Брэш… — прокаркала она хрипло.

— Альтия?… — отозвался он, явно ничего еще не соображая.

— Эттель я! Этт! — поправила она этак грубо-ворчливо. — Сколько можно дразнить меня из-за дурацкого имени! Надоело! — Она остановилась подле него и принялась тянуть за руку. — Пошли! На корабль пора!

— Худо мне, — простонал Брэшен. — Ой, худо… В пиве что-то… — И поднес руку к затылку: — Да еще, кажется, стукнули…

— Меня тоже. — Альтия наклонилась к его уху и понизила голос: — Давай живо выбираться, покуда снова не влипли! Паг связан с цапунами, и все остальные с ним заодно!

Брэшен явил сообразительность, поистине недюжинную для опоенного и получившего дубиной.

— Подставь плечо… — велел он. И кое-как поднялся. Альтия закинула его руку себе на плечи и постаралась подпереть, но разница в росте оказалась слишком велика. Все же они — кое-как, шатаясь — вывалились из задней комнаты и пересекли общий зал. Кто-то из матросов возле огня кивнул им, но горожане просто провожали их взглядами, и лица их мало что выражали. Снаружи, на крыльце, Брэшен оступился, и вместе с Альтией они чуть было не рухнули прямо в подмерзшую грязь.

Брэшен поднял голову навстречу ветру и ледяному дождю:

— Холодает…

— Сейчас дождь, а ночью, не иначе, снег выпадет, — мрачно предрекла Альтия.

— Проклятье… А какой хороший вечер был. Поначалу…

Они плелись по темной улице. Брэшен тяжело налегал ей на плечо. Альтия остановилась возле угла какой-то лавки (естественно, закрытой ввиду позднего часа), пытаясь сообразить, куда, собственно, они идут. Понять это оказалось непросто. Во всем городишке не горело ни единого огонька. Только ветер с дождем хлестал в лицо.